( Не) моя малышка - Валентина Элиме

Глава 8

Любовь или долг?

В этой жизни никто никому ничего не должен,

только многие об этом забывают,

требуя всё больше и больше,

как и становясь ненасытными.

Слова автора.

Нигде не написано, что мы всем должны

делиться с младшими сёстрами.

Слова автора.

Анна Владимировна

«Сколько это может продолжаться?» − задрала голову к потолку и задала вопрос… В пустоту? За всё время молитвы Богу им же не были услышаны ни разу… Уже и надеяться не стоило…

− Ты не можешь вот так снова оставить меня одну, − со всхлипами встала за моей спиной Рая, словно маленькая девочка, не захотевшая отпускать родителей на работу.

Честно, хотелось зло огрызнуться. Прошло уже два месяца с нашего знакомства с Артуром, а на свидании с ним я была всего лишь четыре раза. Нет, он звал меня на встречи намного чаще, но у меня не получалось. Точнее, я чувствовала себя школьницей, которой стоило отпрашиваться у матери. А моей «матерью» в данный момент была Рая. Как только я начинала собираться на свидание, так у неё сразу начинал болеть то живот, то голова, то её тошнило, то она очень плохо себя чувствовала. И мне не позволяла совесть бросить сестру на произвол. Да и на те четыре свидания у меня получилось сходить только из-за того, что Артур уставал от моих постоянных «отказов» и встречал меня возле школы после работы. Всё это было в первый месяц после нашего знакомства, когда ещё я работала и не успела уйти на отдых. Сейчас же был такой мной долгожданный отпуск, а мне, наоборот, хотелось сбежать из дома обратно в школу. Да хоть в пустой от ребят в класс, лишь бы не слышать Раю…

Во второй месяц «жалобы» сестры увеличились в несколько раз, чем было раньше. Если быть точнее, то в геометрической прогрессии. Хотя и раньше им не было конца и края. И мне приходилось сидеть дома рядом с ней, нянчиться, вместо того, чтобы в прекрасный летний вечер гулять за руку с понравившимся мне молодым человеком. Отпуск стал не мил и не сладок. Он превратился в добровольно вынужденную каторгу. И теперь я знала, как выудить ту или иную секретную информацию из врагов: направить к ним мою сестру Раю. А что? Она кого угодно доведёт своими вечными причитаниями.

«Дура ты! — ругала меня каждый раз Варвара, когда вечером на её сообщение «Как прошло очередное ваше свидание с Артуром?» я отвечала грустным смайликом. — Смотри, Артур устанет от твоих постоянных отказов и найдет другую. Отказы только в первое время хочется превратить в положительный ответ. Азарт у них. После и это проходит. Останешься до старости одна и будешь нянчить свою Раю? Она не безногий и безрукий инвалид, и не маленький ребенок. Который может засунуть руку в розетку, пару часов и без тебя сможет дома посидеть или пусть тоже идет погулять со своими подругами. Что она вечно дома сидит?»

И такой разговор происходил у нас почти каждую неделю. Я и её понимала, она хотела для меня, как лучше. Я тоже хотела устроить свою личную жизнь, но и страх за сестру не отпускал. Она одна у меня осталась на этом белом свете, как и я у неё. Оставить её одну в тяжелое для неё время я никак не могла. Но сегодня Рая так допекла, что меня не мог остановить ничто и никто. Я задвинула чувство долга и ответственности перед сестрой и перед погибшими родителями куда подальше. Собиралась на свидание упорством барана, стараясь не обращать внимания на нытьё Раи, как и на её угрозы. Меня сегодня ничем не пронять. Даже на её притворные манипуляции что у неё что-то болит, не произвели на меня никакого эффекта. Привела себя в порядок, слегка накрасилась, надела своё самое лучшее платье и покрутилась перед зеркалом.

«Думаю, Артуру понравится», − мысленно улыбнулась себе и развернулась, чтобы взять сумочку.

− Слёзы на этот раз не помогут, Рая, − строго произнесла я, видя, что сестра плачет. — Иди прогуляйся с подругами. Раньше они тебе покоя не давали. Не сиди дома. На улице такая прекрасная погода. Тебе сейчас полезного много ходить, − но всхлипы не прекратились.

Я всё понять не могла, как она это делала? Как выдавливала из себя слёзы? У меня никогда не получалось даже слезинку выпросить от организма, не говоря уже о граде слез. Или же Рая действительно боялась оставаться одна? Но есть же телефоны, есть скорая, на крайний случай — соседи, стоит только их позвать. Как бы Рая их тоже не допекла, но пожилые люди в беде нас одних не оставляли. Никогда. Чего она так боится? До родов ещё уйма времени. Да и меня всё равно не впустят вместе с ней, чтобы я её за ручку подержала. Нет, нет, сегодня никто и ничто не отговорит меня от встречи с Артуром. Хватить убегать от своего счастья.

− Если что я всё время на связи, но не переусердствуй сообщениями и звонками, − окрыленная предстоящей встречей легкой поступью сбежала вниз по ступенькам.

Летний теплый вечер встретил меня приветливо. Было не так душно, как днем. Солнце всё ещё светило, не торопясь покидать нас и окидывая места, куда дотягивались её лучи, словно проверяя свои владения, всё ли там в порядке. Я огляделась в поисках машины Артура, как увидела его самого, идущего мне на встречу с широкой улыбкой и с огромным букетом в руках. Но чем больше уменьшалось между нами расстояние, тем быстрее сползала улыбка с его лица. Что такое? Я по инерции провела рукой по платью и пригладила волосы. Вроде, всё нормально.

− Ты не предупреждала, что у нас будет двойное свидание, − смотря мне за спину, проговорил он. Голос звучал не слишком радостно. Ещё бы! — Я бы друга позвал.

И я с замиранием сердца повернула голову назад, чтобы встретиться с бесстыжими глазами… Рая!

− Ты что тут делаешь? — спросила я, шагнув ей на встречу и чуть ли не прошипев свой вопрос ей в лицо. Но Рая будто не заметила мой гневный взгляд.

− Познакомишь со своим красавчиком? — она обогнула меня и в упор посмотрела на Артура, широко улыбнувшись. На её лице ни намёка на слезы, которые она так горячо лила по моему уходу из дома буквально пару минут назад.