Единственная для охотников - Tommy Glub

скажу! - я чуть громче воскликнула и поспешно отошла в сторону, чтобы не быть между ними. А то кажется, словно я окружена хищными коршунами, которые сейчас же набросятся и съедят меня. - Я до шестнадцати лет вообще не знала, что в реальной жизни такое существует! Не знала, что мои любимые фильмы - могут стать реальностью, а книги превратиться в реальную жизнь! Вы даже не пытаетесь понять меня, ведь для вас я лишь игрушка и товар. А я живой человек! И умирать в девятнадцать не входит в мои планы.

- Да, тебе, возможно, можно посочувствовать, - тихо и хрипло произнёс Александр.

- Но мы оба знаем, что путешественники ещё те манипуляторы и лжецы. Потому, прекрати этот спектакль, жалко смотреть, - Киприан наклонил голову. - Скажи спасибо, что не попалась одному из братьев или отцу Александра. Тогда бы ты уже была в нужном времени… И, скорее всего, мертва, - ухмыльнулся мужчина, даже не понимая, что, возможно, это было бы лучше.

- Мне радоваться, что теперь я точно знаю, что умру, Киприан? - яростно смотрю на мужчину и смаргиваю слёзы. Холодные капли текут по щекам. - Спасибо. Это очень мило с вашей стороны. Что ещё мне нужно принять? Чему радоваться? - я тихо всхлипываю. - Тому, что даже обычный камешек меня может убить? Или что на меня всё ещё открыта охота? Или что четыре года я бегу в надежде, что рано или поздно вам надоест меня преследовать?

- Не пытайся, - Киприан уверенно и немного зло смотрит мне в глаза своей сталью. Да так, что всё внутри холодеет - я съёживаюсь и нервно кусаю губу. - Путешественники убили мою семью. Потому я отыскал охотников и решил избавиться от вас, как назойливых насекомых, которые только и делают, как всё рушат. Так что, дорогая путешественница, ты никогда не станешь мне дороже моей жены и маленького ребёнка.

- Я и не прошу. Но я никого не убивала. И не знаю тех, кто это сделали, - не думаю, что это мой отец или кто-то, кто жил вот совсем недавно. Даже если и путешественники лишили жизни его жены и ребёнка я ему глубоко сочувствую. А ещё… Прекрасно понимаю. Почему он пошёл по этой тропе и почему теперь непреклонен в своих решениях и действиях.

- Только потому я с тобой и могу общаться. Я лишь хочу вернуть их к жизни и спасти от действий твоих предков. Скажи, с моей стороны легче убить одну маленькую путешественницу и вернуть своих любимых, или пощадить и спасти тебя?

- Я понимаю, - тихо прошептала я. - Но… Как ты хочешь их вернуть?

- В отличии от тебя и тебе подобных, камень может перемещать куда тебе нужно, а не куда ты можешь. Так что, если достаточно подкопить энергию Бесконечного камня, я могу отправиться в нужное время и спасти жену с сыном, - улыбнулся Киприан. Почти впервые я вижу такую тёплую улыбку. Он глубоко любящий и одновременно с этим - невероятно несчастен.

- Ты ведь понимаешь, как это разнится с тем, почему вы хотите меня убить? - я моргнула. Слёзы снова брызнули из глаз, от чего я снова раздражённо потёрла кистью щёку. - Я все четыре года ни разу не повлияла на историю человечества. Даже небольшого городка. А ты хочешь вернуть к жизни тех, кто, может в будущем что-то сделает такое, что повлияет на историю или изменит её, да так, что, например, не родятся те, кто будет ключевым звеном в эволюции?

- Слишком много для одной моей семьи, дорогая, - издевательски тянет Киприан.

- Нет, - спорю я. - Если ты владеешь этим камешком, - я указала на дом и моя ладонь при этом дрогнула. Фантомная боль за секунду прошла всё тело, прошибая его насквозь. - Ты точно имеешь влияние на историю и точно можешь что-то, что не могут обычные люди.

- Тебе не удастся меня запутать или убедить в том, что ты важнее моей семьи, - Киприан уверенно хмыкнул. - Потому, что это не так. И ты во многом ошибаешься, многого не знаешь.

- А мне кажется, Киприан, если кто-то и ошибается, так ты.

Секунда и его выдержки не хватает, чтобы не прижать меня к старенькой, деревянной стенке сарая и в одно мгновение сжать пальцами мою шею, поднять немного над землёй. Мужчина стальными глазами буквально режет меня яростью, хмурится и злится. Он наклоняется так, что мой нос утыкается в мужскую кожу, я чувствую его запах, хоть и воздух получается хватать едва ли не через раз. Всё его мощное тело, способное убивать, так и пригвоздило меня, сжало до боли в стену.

- Никогда так со мной не разговаривай, крошка. Если кто-то и ошибается в правильности своего существования - так это ты. И поверь, маленькая и ещё нежная, невинная и нетронутая малышка - ты вскоре поймёшь, в чём твоя суть. И если я тебя отпущу, ты придёшь уже сама. Чтобы убить меня и Алекса. Так, что… Смирись. Смирись и будь послушной.

- Киприан, ты убьёшь её… - тихо произнёс Александр, но никак не помешал своему другу душить меня. Я же едва понимала о чём он говорит.

- Не убью, - хмыкнул блондин, отпрянув и уверенно посмотрел мне в глаза. - Она сильная малышка. Мне кажется, что она выживет даже после процедуры извлечения Паулины, - снова усмехнулся он, пока у меня от его слов и от отчаянья, от его бесконечного горя и одновременно - дикой злобы, которыми пропитаны его слова.

- Ты не прав… - тихо шепчу я. Ртом пытаюсь хватануть воздуха, но ничего не получается.

- Прав, - хмыкнул Киприан. - Просто я знаю правду, а ты - нет. Но, рано или поздно… Рано или поздно, маленькая путешественница - ты тоже всё узнаешь…

- Отпускай, - слышу я голос бабушки Дарьи и резко дёргаюсь в руках блондина. - Ты уже всё доказал. Девушка не убивала твоих любимых. Отпусти и вспомни, что с вами сделает Паула, если вы её убьёте.

Это действует на Киприана. Он отпускает мою шею, и я обессиленно осела по стене вниз, чувствуя, как текут по щекам слёзы и одновременно с этим - как лёгкие обжигает долгожданный кислород. Я прикладываю к шее ладонь и плачу навзрыд, пока как Киприан молча уходит вслед за Дарьей.