Единственная для охотников - Tommy Glub

- Вы нападаете на невооружённых деревенских… Это как-то даже не честно.

- Кип, давай без сцен, - хмыкает уже другой мужчина. - Отдавай девчонку и никто не пострадает.

- Я думал, у нас честное соревнование. А то как-то нечестно, согласись. Мы сделали всю грязную работу, нашли и даже не позволили ей сбежать. А вы, как стая стервятников, на всё готовое… - ответил Александр незнакомцам. Я же вздрагиваю от этих слов. Соревнование? То есть, у охотников это всего лишь соревнование? И главный приз - я?

- На кону стоит многое, Ал, - отвечает вновь один из охотников, стоящих около крыльца и террасы. - Смотри-ка, эта малышка льнёт к Кипу так, словно он её защитит. Вы постарались на славу, малыши, - уверенно хмыкает мужчина. - Теперь… Нужно, чтобы вы передали её нам и мы уже не ошиблись и доставили её прямиком в нужный год.

Каждое слово, словно лезвием бьёт по больному. По всем чувствам и сердцу. Режет на тонкие маленькие полосочки душу…

- Ну, нет, - Киприан уверенно хмыкает. - Я сам её доставлю. А ты достань свой Бесконечный и вали вон, - грубо и нагло, но именно этот ответ вселяет в меня хоть немножко уверенности в том, что ещё есть шанс и что они всё же не врали…

- Малыш, да ты не понял, с кем говоришь! - хрипло и зло слышу я от того самого, с которым уже как-то встречалась и вздрагиваю снова.

- Судя по реакции нашего общего приза - ты участвовал в убийстве её семьи. Мне жаль. Но вы её не получите, - я не понимаю, что происходит сначала. То ли Киприан заканчивает говорить, то ли уверенно толкает меня в дом, тут же доставая откуда-то оружие. Уже из дома я слышу выстрелы и звонкие удары металла. Бабуля тоже проскакивает в дом. А когда на пороге появляется Ал, она быстро кидает точно ему в руки его клинок.

Но, поймав оружие, он уверенно садится и быстро гладит моё лицо.

- У тебя есть силы. Я вижу это в твоих глазах. Силы и желание бороться. Значит, ты не должна сдаваться. За следующую нашу встречу я готов защищать тебя…

- Нет… - я мотаю головой. Совсем рядом раздаётся какой-то мощный и громкий взрыв и около дверей в дом поднимается вполне быстро опасное и жаркое пламя. Я трусливо дрожу и не могу выговорить ни слова. Ничего, чтобы его остановить.

Он молча впивается в мои губы. В этот самый момент в дом вваливается Киприан с одним из мужчин. У них жестокая и довольно яростная борьба. Я вижу и замечаю только их взмахи оружия и брызги крови, словно в замедленной съёмке. Александр же берёт на себя остальных, не пуская их в дом.

- Слушай и запоминай, - внезапно слышу я голос Дарьи у себя за спиной. - Май 1975-ого года. Ты должна лишь сказать, что знаешь, что я сестра Алекса. Соберись с мыслями и прыгай, детка. Мы встретимся уже совсем скоро!

- Но…

- Никаких «но». Так и было нужно, - шепчет бабуля. - Иначе, как бы я узнала, что вы окажетесь тут?

- Прячься! - рыкнул на неё Киприан, уложив на пол и вонзив в тело наёмника свой кинжал. Бабуля быстро накидывает куртку и ловко выходит из дома, и я порываюсь за ней, увидев, что Киприан просто прошёл мимо. Но уже через пару секунд он вернулся, зажимая в руке камень, который уже однажды меня чуть не убил. Мужчина присел на одно колено рядом со мной, а на другом поставил свою руку с окровавленным кинжалом. Сам он был ранен, по руке текла его кровь. Я нервно сглатываю, впервые не боясь вида крови. А того, что он хочет мне сказать.

- Там на улице их так много, что я не знаю, как их остановить… Только твоим побегом, - быстро произносит мужчина, так привычно проводя по моим губам пальцами. Он немного улыбнулся и наклонил голову. - Не думал, что кто-то заставит меня изменить вектор своих целей и перенаправить все силы совсем не на борьбу… А на защиту, - Киприан наклоняется, касается лбом моего лба и прикрывает глаза. - Выживи, маленькая путешественница. Выживи и будь нашей. Борись и знай, что мы оба принадлежим тебе.

- Киприан… - я шепчу, чувствуя сейчас от камня совсем другую энергию. Словно из него я беру силы. Из него, из слов мужчины… От того, насколько сильно я верю ему и его словам. - Вы тоже… - слёзы текут ручьём. Мне так страшно за их жизни, что я задыхаюсь. И впервые сомневаюсь в прыжке. - Вы тоже сохраните себе жизни, - я быстро и уверенно напираю и целую его в губы, чувствуя вкус крови на губах. Но ещё больше - его запах. Именно он и запоминается мне лучше и больше всего. Я плачу и чувствую, что у меня есть силы на несколько прыжков.

- Начни, - просит Киприан мне в губы. - И в последний миг возьми его, чтобы он дал тебе сил.

- Ты… Уверен?

- Как и в том, что я найду тебя даже в эпоху Средневековья, - хмыкнул мужчина.

- Не так быстро, сопляк! - вздрагиваем от внезапного голоса того самого мужчины, с которым мы встречались раньше. Киприан отпускает меня, а я тут же шепчу себе под нос как мантру:

- Май 1975-ого года… Май… 1975-ого года… Май 1975-ого года… Май…

И едва я на грани, подхватываю камешек, прижимаю к груди. Он жжётся и становится невыносимо больно. Лишь на секунду. А после он словно сам переносит меня в нужное время…

Сохраняя мои силы и беспрекословно подчиняясь моему дару.

Я сваливаюсь на грубый деревянный пол и всхлипываю, понимая, что только, что сбежала от тех, от кого бежать хотела в последнюю очередь. Камешек глухо прокатывается по паркету, а я тихонько хныкаю, снова и снова, всё ещё ощущая их вкус губ на своих губах и их запахи, сносящие к чёрту всю мою ненависть именно к этим охотникам.

Я люблю вас.

Конец первой части