Моя в наказание - Мария Анатольевна Акулова

Машины Леши под садиком нет. Я выдыхаю.

Чувствую жужжание мобильного в заднем кармане джинсов. Сначала хочу проигнорировать, а потом понимаю: да бессмысленно.

На экране запрос на переписку в том же мессенджере, который всегда для общения предпочитал Айдар.

Я открываю диалоговое окно. Мы с дочкой замедляемся, чтобы я могла прочитать.

«Сохрани этот номер, Айлин. Когда я звоню — бери трубку. Пишу — отвечай»

Сглатываю. Он видит, что сообщение прочтено. Я знаю, что мы вдвоем в диалоге. Но отвечать не буду. Что?.

Айдар снова печатает, я непроизвольно сильно сжимаю дочкину ладошку. Слышу удивленное «ай, анне[5]!». Ослабляю.

«И чтоб никаких Леш я рядом со своей дочерью не видел»

Сердце болезненно колет. Я закрываю глаза и блокирую телефон.

Всё ясно. Началось.

Глава 6

Айлин

Подозреваю, Салманов не знаком с такой опцией, как приехать в новый город и остаться незамеченным.

Когда-то он ворвался в тихую жизнь моего города, заняв должность областного прокурора и взбудоражив умы.

Многие обрадовались, что на важном кресле сидеть теперь будет «свой». Приглашали его всюду. Пытались заполучить расположение. Дочек предлагали в невесты…

Среди этих «многих» был и мой отец. Но все эти люди поняли моего мужа плохо, потому что его расположение так не заполучить. Подозреваю, вышло только у меня. Ну и, возможно, у его любовницы. Только я свое расположение благополучно… М-м-м… Прости меня Аллах, но по-другому не скажешь: просрала. Просрала ли она — не знаю. Да и неважно.

Важно, что теперь мне снова приходится наблюдать, как на Салманова реагирует публика.

— Можно вас попросить немного повернуться, Милана? — Спрашиваю у клиентки, поднимая взгляд от белоснежной ткани и улыбаясь стоящей на примерочном пьедестале девушке.

— А? — она переспрашивает, а мне не сложно повторить.

— Чуть-чуть, вот так, — сама берусь за её бедра, ощущая выпирающие косточки, и двигаю, как мне нужно.

— Так что там Салманов, Магда? Рассказывай…

Мурашки по коже от адресованного не мне вопроса. Не хочу о нем слушать, но дело в том, что меня не спрашивают.

Мы шьем платье для Миланы Миллер — младшей дочери мэра нашего города. Это уже четвертая примерка. На будущей невесте — сколотая булавками выкройка.

Заказ оплачивается щедро, но и простым его не назовешь. Я принялась за работу со страхом и азартом. Пусть мне когда-то было плевать, насколько хорошо мое свадебное платье, но я уверена, что Милане — далеко нет. Поэтому стараюсь.

Невеста ждет ответа старшей сестры — Магдалины, которая сидит на кушетке вместе с их матерью, а я жалею, что не могу зажать уши.

Делаю пометки на ткани. Смотрю на отражение невесты в зеркалах.

— Да нечего рассказывать, Милан… — Вот и славно, не рассказывай тогда… Моя молчаливая просьба всем, конечно же, по боку. — Папа толком ничего не объяснил. Говорит: а почему бы и не приехать? Город-то у нас хороший. Развивается…

Старшая дочь Миллера копирует манеру отца. Сжимает руку в кулак и потряхивает им в воздухе. Получается достоверно. Это забавно. Три женщины смеются. Я тоже улыбаюсь, хотя и понимаю, что шутка адресована была не мне.

А еще царапает мысль: он здесь без году неделя, а уже контачит с мэром. Страшный человек. Важный и страшный. Мой бывший муж.

— Злая ты, дочка… — Мария Миллер грозит старшей пальцем, та пожимает плечами. А я привлекаю внимание своей модели.

— Смотрите, Милана. По длине вы бы как хотели? — немного приподнимаю ткань, вижу, что невеста фиксирует взглядом длину в отражении, потом опускаю назад.

— Чтобы носки туфель было видно, Айлин. Мам, ты как думаешь?

— Покороче, пожалуйста, — киваю сначала Марии, потом Милане.

— Хорошо, сделаем покороче.

Приседаю, чтобы подколоть подол, и снова хочу зажать уши.

— Он вроде бы думает что-то у нас открывать. Я правда не представляю, что в нашей дыре можно открыть…

Бросаю на Магдалину быстрый взгляд. Отвожу, пока девушка не заметила.

Я неплохо знаю их семью в силу работы. Они заказывают у меня пошив одежды и ремонт. Я приезжаю, чтобы накрасить и уложить их к мероприятиям. Получаю щедрую плату и комплименты за старательность. Веду себя вежливо. Но не могу сказать, что испытываю восторг от сотрудничества.

Мне кажется, самая приятная из них — Милана. На втором месте — её отец. А вот Мария и Магдалина… Тяжелые люди. Пафосные. Требовательные.

Их ожидания сложно оправдывать.

Да и я бы в жизни не позволила себе назвать родной город дырой.

— Посмотрим, дочка.

— Да посмотрим… — Магда пожимает плечами. Переводит взгляд на младшую сестру. Я чувствую, как придирчиво проезжается по её силуэту и скатывается на меня.

— А вы вот эту гармошку сзади так и оставите? — Спрашивает, указывая пальцем на обтянувшую ягодицы ткань.

— Нет. Перешьем. Я пометила себе, не переживайте, — стараюсь сгладить замечание улыбкой. В ответ получаю кивок.

Ху-у-ух. Правда сложный человек.

— Да может и не придется. Я собираюсь похудеть. — вступившейся за меня Милане я улыбаюсь и ничего не говорю. Сделаю, как знаю. Им не важна механика, лишь бы село хорошо.

— Но папу-то ты послушала? Присмотрелась? — Милана бросает на сестру взгляд через плечо. Я слышу в голосе игривость. В груди неприятно ворочается.

Магда закатывает глаза и со стоном выдыхает. Я встаю и снова двигаю модель, сжав ее бедра.

— Давайте еще сверху посмотрим и я вас отпущу.

Милана кивает. Я надеюсь, что развивать разговор они не будут.

Айдар давал мне неделю, но прошло уже две. Он больше не писал и не звонил. Слава Аллаху, не приезжал.

Дочь готовить я ни к чему не начинала. Когда даст о себе знать — хочу еще раз с ним поговорить. По-взрослому. Без эмоций. Объяснить, что не надо форсировать. Пусть едет домой. Пусть занимается своими делами. Мы останемся тут. Я без спешки начну подводить Сафичку ко встрече. И проведем ее… Через полгода, к примеру.

Даже за это короткое время он уже несколько раз мотался в столицу. Думаю, мое предложение вполне рационально. Но как воспримет… Загадка.

А пока мы с дочкой продолжаем жить нашу привычную жизнь. В пять мне за Сафие в сад. После этой примерки — поеду по делам. Через три дня — сделка на машину.

Только ночами плохо сплю. Думаю много.

— Ну он правда ничего такой… — Магда, к сожалению, меня не щадит. Тянет слова, хищно смотря при этом в глаза младшей сестры в отражении одного из