Учитель флирта - Келли Хантер

— Не слишком ли это? Будто я беспомощная трусиха.

— Мне нравится чувствовать, что женщина во мне нуждается.

— Всем нравится быть нужными. Только я за равноправие: оба должны быть одинаково нужны друг другу. Только так.

— Хорошо. Оставим образ несчастной бедняжки. Но на будущее — он действительно может сработать. Что ж, представьте себя тогда женщиной-вамп. Этакой Мэрилин Монро в тренчкоте.

— И что я должна делать?

— Изучите расклад партии и встаньте точно туда, куда бы я перешел для следующего удара.

Это было просто. С аналитическими способностями у Лии все было в порядке. Только поведение мужчин не поддавалось, по ее мнению, никакому здравому объяснению. Она переместилась к лузе, куда Себ тут же загнал белый шар. Затем он взял со стола с напитками ее бокал, подошел к ней и проинструктировал:

— Возьмите и при этом коснитесь моих пальцев. — Лия так и сделала, и он улыбнулся. — Вот теперь вы привлекли мое внимание. — Отворачиваясь к столу, он задел ее плечо, и она почувствовала тепло его тела.

— Вы вторглись в мое личное пространство, — заметила она.

— Это проверка: если не нравится, отойдите. Если вас это не отпугивает, повернитесь ко мне. — С этими словами он вернулся к Лии и заправил ей за ухо выбившуюся прядь волос.

— Это что, тоже проверка?

— Может быть, и так. Посмотреть, как вы отреагируете.

— Посмотрели?

— Да. Мне понравилось, как приоткрылись ваши губы и чуть участилось дыхание. Но, как истинный джентльмен, я делаю шаг назад и возвращаюсь к столу.

— Может, мне лучше подвинуться, чтобы не мешать вам играть?

— Если вы во мне заинтересованы, не надо.

— А что надо?

— Пододвиньтесь ближе так, чтобы касаться меня плечом и локтем. И следите за игрой.

— Слежу. Трудная комбинация. Вряд ли у вас получится! — заметила Лия.

— На что спорим?

— Десять долларов, что не выйдет!

— Поцелуй, если выйдет.

Лия посмотрела, не шутит ли он.

— Мы ведь флиртовать тренируемся, — напомнил ей Себ.

— Ладно. — Черт побери, что она делает?

— А вот теперь можете отойти, — сказал Себ, отвернулся к столу и загнал мяч в лузу.

Воцарилось молчание, разбавляемое только звуками музыки и биением сердца Лии. Наконец она осторожно поинтересовалась:

— На самом деле вы же не ждете от меня поцелуя? Здесь, в нашей реальности, а не в воображаемом баре…

— Зависит от того, насколько далеко вы готовы зайти в овладении наукой флирта, — спокойно ответил Себ. — Можете взамен помыть туалет.

— Лучше поцелуй. Это быстрее.

— Можно и так посмотреть.

Но можно было посмотреть и иначе, и Лия об этом знала. Какими терминами тут ни играй, назови это исследовательским интересом или необходимостью практиковаться, но ей страстно хотелось ощутить прикосновение его губ к своим. Призвав на помощь всю свою решимость, она положила руки ему на грудь, потянулась на цыпочках и поцеловала Себастьяна Рейна.

Себ искренне думал отступить, пока не поздно, покончить с уроком флирта и переключить разговор на более безобидные темы. Например, узнать у Лии, когда она планирует окончить работу, то есть когда они уже смогут покинуть остров. Ему крайне необходимо было заняться решением некоторых вопросов на материке, в том числе укрощением своего либидо. Благие намерения…

Себ не знал, чего он ждал от этого поцелуя, но точно не того, что ощутил. Губы Офелии Вест оказались мягкими и пышными, и никакая сила не способна была бы помешать ему попытаться проникнуть за них. Медленно, нежно, аккуратными касаниями языка он проложил себе путь в ее рот, и сладостный вкус ее заставил Себа издать протяжный стон удовольствия.

Он схватился за бильярдный стол, пытаясь не увлекаться слишком и не настаивать на продолжении. У него мелькнула мысль, что Лия, возможно, девушка в плотских утехах совершенно неопытная. Кто их разберет?

Руки Лии взлетели сначала к его плечам, а потом легли на шею под затылком. Себ не шевелился. Закрыв глаза, он, как гурман, упивался внезапно доставшимся угощением: то не торопясь и смакуя, то жадно и напористо, когда забывался. А забывался он то и дело.

Лия придвинулась к нему поближе, и, одной рукой по-прежнему держась за стол, другой Себ притянул ее к себе еще плотнее, сначала нежно и аккуратно, а потом, издав звук, похожий на звериное рычание, резко и так сильно, что она ощутила его напрягшуюся плоть.

Дыхание Лии сбилось и стало поверхностным и частым. Наступила полная тишина. Себ стоял, не открывая глаз, и лишь поносил себя всеми словами, чувствуя, как руки ее отпускают его шею, а губы отрываются от его рта. Он убрал руку с ее бедра, открыл глаза и напомнил себе о необходимости дышать.

Васильковые глаза смотрели изумленно. Затем Лия начала сбивчиво извиняться, хотя было совершенно непонятно, за что именно.

— Я… ох… Я, наверное, не должна была… — не уверенно пролепетала она и сделала шаг назад. — Вы так добры ко мне, а я…

Себу случалось проявлять в жизни доброту, но явно не здесь и не сейчас. О чем она говорит?

— Вы разрешили потренироваться на вас, — словно прочитав его мысли, пояснила Лия.

— Пустяки… Прошу только, скажите, вы ведь имеете хоть какой-нибудь опыт в этих делах? Ну, там, поцелуи и все такое?

Молча они сверлили друг друга взглядами, казалось, это длилось целую вечность. Наконец Лия пожала плечами, всем своим видом демонстрируя вызов.

— Хоть какой-нибудь — имею.

«Боже правый, смилуйся надо мной!» — взмолился Себ и решил уточнить:

— Хоть какой-нибудь — это какой?

— Себастьян, я не маленькая девочка. — Губы ее сжались в тонкую линию. — Опыт у меня достаточный.

Как ни хотелось ему в это верить, все же не удавалось отделаться от ощущения, что Лия совершенно невинна.

— И что теперь? Продолжим с того же места, где остановились? — пробормотал он.

— Я… Э-э-э…

Точно, девственница. Или просто нерешительная? Хотя так ли это важно? Себ попытался поставить себя на ее место. Молодая женщина приехала поработать, волей случая оказалась втянутой в шутливый флирт и не знает, хочет ли продолжать. При этом, что немаловажно, женщина в некотором роде от него зависит: он предоставил ей крышу над головой, еду и является ее единственным проводником в большой мир. Если уж ему все это в голову пришло, кто знает, что сейчас в ее мозгу творится…

— Вот что, — произнес он. — Предлагаю списать все на погоду, а завтра с утра начать все с чистого листа. «Привет, я Себ, брат Тома, чувствуйте себя как дома на этом острове», вроде того.