Учитель флирта - Келли Хантер

Утро Себастьян начал с небольшого заплыва и чашки крепкого кофе. В доме было тихо, и это немного действовало на нервы. Приходилось признать: он ждал, когда же появится Лия, и постоянно прокручивал в голове события предыдущего вечера.

Да, он первый начал. И сам же положил конец поцелую, но только после того, как Лия вдруг окаменела в его руках. Если бы не это, проснулись бы они сегодня в одной постели, он принес бы ей кофе и, пожалуй, снова занялся бы с ней любовью. Уж он бы постарался, чтобы они оба получили максимум удовольствия. При таком сценарии ближайшие дни обещали быть весьма приятными, а потом, когда пришло бы время ей уезжать, они расстались бы, довольные друг другом.

Но не сложилось. С чем он столкнулся — с невинностью или осторожностью? Или с чем-то совсем другим? Вот над чем он ломал голову все утро и еще над тем, какое ему, собственно, дело до всего этого. Да она вообще не в его вкусе: слишком уж робкая и непримечательная. Как говорит брат, серая мышка.

Тут дверь без стука отворилась, и в дом вошла изящная, стройная женщина с глазами цвета васильков в обрамлении густых темных ресниц и с каштановыми волосами, забранными на затылке в толстый хвост. Все мысли мигом улетучились из головы Себа, и осталось одно лишь чувство первобытного голода мужчины по женщине.

— Есть свежий кофе, — поспешил сообщить он, заметив, что Лии не терпится скорее скрыться в своей компьютерной берлоге. — Крепкий, без молока, одна ложечка сахара, так?

— Верно. — Плечи ее понурились. Лия шагнула к Себу и проговорила: — Насчет вчерашнего вечера…

— Да, слушаю.

— Я подумала, что сама вас запутала. И хотела поблагодарить, что вы остановились. Вы прямо джентльмен. В глубине души.

— В глубине, значит? А что же на поверхности? — поинтересовался он.

— Безразличие. Безрассудство.

— Лия, вы продолжаете меня запутывать.

— Ох. Тогда, наверное, кофе не надо, пойду я поработаю.

Но Себ уже протягивал ей кружку:

— С собой возьмите.

Лия робко улыбнулась, поблагодарила его и, взяв кружку, скрылась среди своих компьютеров.

День не задался. Время обеда уже прошло, но Себ больше не появлялся. И защита никак не хотела поддаваться. Где-то около четырех часов пополудни Лия вышла на кухню. Себа там не было, но на скамье обнаружилась сумка-холодильник и записка, сообщавшая, что обед внутри. Да уж, из него получился намного более успешный радушный хозяин, чем из нее — благодарный гость. Причем у Лии сложилось впечатление, что во всем, что касается флирта и поцелуев, Себ решил с ней больше не связываться.

И его можно понять. То сама соглашается на поцелуй, то вдруг каменеет в его руках. Скрывается от него весь день, а потом ждет, что он окажется на месте в тот момент, когда она наберется наконец дерзости взглянуть ему в глаза.

Лия отвезла еду в гостевой дом, постояла минут пять, задумчиво глядя на океан, а потом, выругавшись, снова завела квадроцикл и отправилась в бухту, где накануне обнаружила Себа. И вовсе она его не искала. А так просто…

И хорошо, что не искала, потому что в бухте его не оказалось. Она прошла по берегу в обе стороны, а затем закатала брюки до колен и ступила в воду, глядя, как за коралловым рифом мелькают черные плавники безобидных, как сказал Себ, акул. Тоскливо следя за ними, она раздумывала над собственной осторожностью, массой возможностей, упущенных в жизни, и сотней рисков, на которые она так и не решилась.

— Решили махнуть до ближайшего коралла? — раздался вдруг за спиной голос Себа. Обернувшись, она обнаружила его стоящим прямо за ее спиной в широких шортах и с маской для подводного плавания — мужчина, открытый всем чудесам и удовольствиям, которые жизнь может ему предложить. — Я бы мог показать вам интересные местечки.

— Очень мило с вашей стороны, но, спасибо, нет.

— Ах да, там же акулы…

— У меня нет с собой купальника.

— Да какая разница? Вы и так уже наполовину вымокли. Плывите как есть.

Лия снова бросила взгляд на риф, прикидывая, что до него всего-то метров двадцать, притом в этом месте, как кажется, не очень глубоко.

— А сейчас прилив или отлив? — уточнила она.

— Прилив, — обрадовал ее Себ.

— А водоворотов там нет?