Мир Аматорио. Доверие - Мари Мур

– Десмонд, – шепчу я.

– Скажи, как ты скучала, – требует он и поднимает руку, чтобы обхватить мой подбородок.

Повернув мое лицо к своему, Десмонд смотрит в мои глаза. Его взгляд полон голода и страсти, а дыхание такое же глубокое, как и у меня. Его парфюм вместе с его собственным ароматом наполняет меня, но я не могу надышаться им. Мне не хватает воздуха рядом с Десмондом.

– Крис, скажи, – умоляет он.

Нет, я не скучала по Десмонду. Я не могу подобрать слов, чтобы описать то состояние, которое я испытываю. Что испытывает птица, если ей отрезать крылья? Боль, потерю, скорое приближение гибели…

– Ты нужен мне. Ты – все, что я хочу, – тихо отвечаю я.

– Я и так твой. И всегда буду твоим.

Десмонд наклоняет голову, и его губы касаются моих. Я открываю рот, впуская его язык, и он углубляет наш чувственный поцелуй. Внутри меня с каждой секундой усиливается пульсация. Я хочу Десмонда, как и он меня. Он прижимается к моей попе бедрами, и через джинсы я чувствую, какой он твердый.

Мне нравится его реакция на меня. Нравится, что он меня хочет. Нравится, как он крепко держит меня и жадно давит на мой рот, словно боится меня потерять. Но я все равно теряюсь в его поцелуе.

Подняв руку, я сгибаю ее в локте и кладу ее на его шею, притягивая Десмонда ближе к себе. Мне так много хочется ему сказать.

Пожалуйста, прости меня.

Пожалуйста, прими меня.

Пожалуйста, не отпускай меня…

Чья-то рука обвивает мою талию, и я резко распахиваю глаза. Развернувшись, я смотрю на стоявшего передо мной парня, и мои щеки моментально вспыхивают.

– Кэш! – выдыхаю я.

Я чувствую себя так, словно он застал меня обнаженной. Надеюсь, Кэш не догадывается, что прямо сейчас я воображала свои бесстыдные фантазии о его брате.

– Расслабься, Жасмин. Я всего лишь хочу с тобой потанцевать, – кажется Кэш воспринимает мой ошарашенный взгляд по-своему.

Я не свожу с него глаз, когда он кладет руку на мою спину и притягивает к себе. Затем наклоняется и смахивает с моего лица несколько прядей. Не зная, куда деть свои руки, я кладу их ему на плечи, чувствуя, как напряжено его тело, как тверд каждый мускул.

Кэш внимательно на меня смотрит. Его глаза изучают мои, будто он пытается найти в них ответы. Ответы, которые я не могу ему дать.

Я не в состоянии признаться в том, что я круглая идиотка. Что я жалкая трусиха и повторяю из раза в раз одни и те же ошибки. Что страдаю от того, что я не та, которая заслуживает быть с его братом.

– Почему ты все время пытаешься задеть Тайлера? – спрашиваю я, стараясь перекричать музыку и отогнать очередные мысли о Десмонде.

– Потому что ему что-то от тебя надо.

– С чего ты взял?

– Тайлер слишком хороший. А когда парень слишком хороший, значит ему что-то от тебя надо. Запомни это, Жасмин.

– Меня завтра не будет в Бостоне, – усмехаюсь я. – Что Тайлеру от меня нужно?

– Это я и пытаюсь выяснить, – Кэш задирает голову и, похоже, пытается найти на втором этаже Тайлера. – Я не удивлюсь, если у него есть тайная комната, где он коллекционируют вещи, связанные с тобой. Твои фотки, пряди волос, украденные трусики…

– Пока ты единственный из «Дирфилда», кто пытался стащить мои трусики.

– По крайней мере, я не строю из себя святошу, – произносит Кэш, и кончики его губ ползут вверх. – Хотя девушки говорят, что я трахаюсь, как Бог.

Я закатываю глаза. Самоуверенный засранец.

Не знаю, как ему удается, но я не могу долго на него злиться. Даже несмотря на то, что по его просьбе меня похитили и прокатили в багажнике. И мне не хочется в этом признаваться, но… Я беспокоюсь о Кэше.

Мое сердце болит за него, если он расстроен. И дико бьется, если он счастлив. И я рада, что с ним не произошло то, чего я боялась: Кэш не пустился во все тяжкие после всего, что случилось в ночь Хеллоуина.

Не каждый день твоя родная сестра теряет рассудок и стреляет в людей. И не каждый день тебе приходится присутствовать на предварительных судебных слушаниях и давать показания против нее.

Против Грейс были выдвинуты обвинения, одно из которых – покушение на убийство и причинение вреда здоровью. Разумеется, мистер Аматорио нанял адвоката, которому удалось убедить присяжных, что Грейс невменяема. В результате на последнем заседании судья объявил приговор отправить Грейс на принудительное лечение в психиатрическую больницу Хейверхилл.

Эта новость мгновенно покинула стены здания Бостонского суда. Лица Грейс, Кайли и Джеймса Уильямсона мелькали на главных страницах популярных сайтов. Интервью родителей Кайли транслировали на CNN. В нем они говорили, какой трагедией обернулась дружба их дочери с одним из членов семьи Аматорио.

Джеймс тоже не стал молчать. Его пиар-менеджер несколько раз упоминал, что гоночный соперник Джеймса – Десмонд Аматорио имеет условный срок за избиение. А еще ведет себя агрессивно не только за рулем, но и в жизни. Я думаю, что пиар-менеджер намеренно говорил так о Десмонде, чтобы "перевести стрелки" со своего подопечного.

Потому что никто, кроме меня не знает, что псих Джеймс жестоко избил Десмонда в ночь Хеллоуина.

И последний факел к инквизиторскому костру семьи Аматорио добавил отец Блаунта. Он постарался, чтобы в прессе каждого Аматорио выставили психом или убийцей. Поэтому можно смело сказать, что я счастлива за Кэша. Он стойко держится после всего дерьма, которое обрушилось на его семью и на него самого.

– Эй, Жасмин, с тобой все в порядке? – из моих мыслей меня выдергивает Кэш.

Я пытаюсь вспомнить, о чем мы разговаривали с Кэшем. Ах, да. Он говорил, что не строит из себя святошу, в отличии от Тайлера.

– Ты не строишь из себя святошу, – я пожимаю плечами. – Но ты строишь из себя плохого и опасного парня.