Угрюмый роман - Ния Артурс

Проезжая мимо "Стинтон Инвестмент", я вижу хаос. Полицейские машины мигают красным и синим на фоне груды стали и стекла. Мужчины в костюмах несут коробки с файлами, жесткие диски и компьютеры. Они складывают их в большие черные фургоны. Собирается толпа с мобильными телефонами, чтобы посмотреть на падение империи.

— Нет, нет, нет! — Я загоняю машину на стоянку в подвале, не потрудившись припарковаться должным образом. Голова идет кругом, я поднимаюсь на лифте на третий этаж. Мои пальцы выбивают стаккато по ширинке брюк. Каждая секунда растягивается до часа.

Я прихожу в офис и резко останавливаюсь. Сцена передо мной похожа на отрывок из фильма о стихийных бедствиях, за исключением того, что на заднем плане нет торнадо CGI. Сотрудники бегают взад-вперед. По полу разбросаны обрывки бумаги. На плитке видны следы ботинок. Столы перерыты, телефоны сорваны с крючков.

Я медленно поворачиваюсь по кругу, осматривая сцену со все возрастающим ужасом. Ни одно из лиц не кажется знакомым, поэтому я хватаю ближайшего размахивающего руками офисного работника.

— Извините, не могли бы вы сказать мне, где…

— Я не знаю! Я не знаю! — Он качает головой взад-вперед, как будто я его мучаю. — Я понятия не имел ни о чем из этого.

— Подожди, я просто хочу…

— Боже! — Он вырывается из моих объятий и, плача, выбегает в коридор.

Давление в затылке усиливается из-за запаха страха, которым пропитан этот разгромленный офис. Понятно. Этих людей просто надули, и их средства к существованию были разграблены в мгновение ока.

У меня такое чувство.

Вдалеке я замечаю знакомое лицо. Это менеджер, который был моим связующим звеном со Стинтон Инвестмент.

— Эй! Привет тебе! — Я отчаянно машу рукой.

Мужчина с лысиной на самой макушке поднимает голову. Он видит меня и замирает, как будто полная неподвижность может стереть его из поля моего зрения.

Я упираю руки в бедра и направляюсь к нему. — Ты же знаешь, что я тебя вижу, верно?

Его глаза встречаются с моими. Они слегка расширяются. В порыве движения менеджер бросается в противоположном направлении.

Ты, должно быть, шутишь! Я бросаюсь за ним, уворачиваясь от перевернутых столов, раздавленных папок и открытых дверей шкафов. Размахивая руками, я увеличиваю скорость и хватаю его за галстук, который развевается на ветру, как счастливые собачьи уши. Мои пальцы смыкаются вокруг материала, и я дергаю изо всех сил. Менеджер издает сдавленный звук, его ноги несутся вперед, в то время как плечи и спина наклоняются ко мне.

Мы оба спотыкаемся, но мне удается упереться ногами в землю и удержать равновесие нам обоим. Менеджер резко разворачивается и поднимает руку, как будто я собираюсь забрать у него часы и бумажник.

Я смотрю в его испуганное лицо. — Почему ты убежал?

— Мне жаль. Я не знаю, что еще сказать, кроме как извиниться.

Расслабься, расслабься, расслабься. — Ты здесь не враг. Я это знаю. Мне просто нужно знать, как я могу получить свои деньги.

— Ты не можешь. — Он сглатывает, и его кадык чуть не бьет меня по глазным яблокам.

Я безумно смеюсь. — Да, со мной это не сработает.

— Послушайте, вы не первый человек, который врывается сюда сегодня с требованием оплаты. Я скажу вам то, что говорил всем. Денег нет.

— Нет, ты не понимаешь. — Я дергаю за галстук, и он подскакивает ближе. Запах его тела наполняет мои ноздри, но это ничто по сравнению с той вонью, которую я собираюсь поднять в этом месте. — Вы попросили меня подготовить больше офисов. Вы заверили меня, что мне возместят расходы. Я отказалась от других работ ради этого. Я доверяла этой компании, потому что доверяла тебе.

— И мне очень жаль. Правда.

У меня начинает пульсировать в голове. — Извини, но ты не оплатишь мои счета.

— Оглянитесь вокруг, мы все сейчас в затруднительном положении.

— И я не виню тебя. На самом деле это не так, но ты единственный, кто может подтвердить, что компания мне должна.

— Я должен беспокоиться о себе. — Он отрывает мою руку от своего галстука. — Но я желаю тебе всего наилучшего.

— Нет. — я снова хватаюсь за него.

Он отскакивает назад с изяществом человека вдвое меньшего размера. — Прости. Мне очень жаль.

— Пожалуйста, по крайней мере, скажите мне, куда я могу обратиться, чтобы получить то, что мне причитается.

— Мы все пытаемся понять это прямо сейчас. Мы в одной лодке, мисс Кетцаль.

Не совсем. У некоторых из них есть деньги, чтобы платить адвокатам. Некоторые из них могут состоять в профсоюзах. У немногих счастливчиков есть сберегательный счет, на который можно опереться. У меня нет ничего из этого. Мне нужна эта оплата. Если нет, мне придется выпрашивать у моей лучшей подруги комнату и питание. И она собирается настоять, чтобы я переехала в ее новый дом к Алистеру.

Этого не произойдет.

Жизнь с молодоженами превратится в кошмар. От мысли слышать их счастливое хихиканье всю ночь напролет, натыкаться на них после возвращения домой или ужинать рядом с их отвратительно милым флиртом меня тошнит.

Бедная Белль.

Ей придется как-то это пережить, а мне нет.

— Мне очень жаль, — снова говорит менеджер, как будто эти три слова — все, что осталось от его словарного запаса. Развернувшись, он срывается с места, как будто я Годзилла, собирающийся растоптать его машину.

Шум в моей голове становится громче. Офис слишком сумасшедший, люди слишком обезумевшие, и я на взводе.

Мне нужно убираться отсюда.

Возвращаясь на лифте в вестибюль, я заставляю себя дышать и думаю о том, как мне выпутаться из этого. Ответы не приходят в голову.

Выйдя на солнечный свет, я достаю солнцезащитные очки и вглядываюсь в полицейских. У всех них суровые выражения лиц. У меня такое чувство, что они тоже не знают, где найти мошенника, стоящего за этим беспорядком.

Хватая ртом воздух, я ковыляю к своей машине, не обращая внимания на то, что с каждым шагом мне кажется, будто я все глубже и глубже проваливаюсь под землю. Каким-то образом я добираюсь до машины, но не могу пошевелиться, чтобы завести двигатель.

В этот момент звонит мой мобильный телефон, и на экране высвечивается имя моего бывшего босса.

Привет, неудачный удар номер два.

Я оставила свою старую работу ради острых ощущений от управления собственной компанией, но ушла ли я тихо? Нет, не я. Я прочитала боссу лекцию о важности свободы творчества и поклялась, что стану следующим Нейтом Беркусом. Опьяненная духом предпринимательства и готовности рисковать, я сказала ей остерегаться меня. Что однажды она