Сокол для Ягодки - Ольга Дашкова

Махнула рукой и зашла в дом.

Он не узнал ее? Реально не узнал? Даже дом, где провел двое суток?

– Козел какой. Вот пусть теперь попетляет по деревне.

Поворот был назван не тот, от него дорога шла к болотам. И если внедорожник помощника Терехова сядет там днищем, так ему и надо.

У Светочки даже настроение поднялось.

Глава 10

– Смотри сюда и запоминай. Это твои новые друзья на ближайшие две недели. Красавцы, правда? Ох, вы мои хорошие.

Соколов с недоверием посмотрел на своего начальника, тот улыбался, показывая Павлу его «новых друзей».

Друзья были так себе. Сомнительные.

– Семен Николаевич, это шутка такая?

– Шутка? Какая шутка? Когда это я так шутил?

Терехов и правда шутил мало, но даже если шутил, то это можно было понять не сразу.

– Вы меня дернули из города в праздники, в заслуженные выходные, чтобы… чтобы что? Я так и не понял?

Семен Николаевич перевел взгляд на своего помощника и заместителя одновременно, начал подбирать слова, стараясь, чтобы они были приличные. Он обещал Серафиме не давить на парня.

– Ребятки, а ну, идите ко мне, цыпа-цыпа, гули-гули, как там вас звать? Вот, Павлик, это лучшая у нас в стране порода индюков. Называется «Московский бронзовый», обещали не птицу, а кабана с вкуснейшим мясом,– Терехов показал руками, какого размера обещали кабана.

Соколов еще раз посмотрел на подошедших «ребят» и, как сказал Терехов, его «новых друзей» – страшные они были до жути.

– А при чем здесь я?

Павел, вот прям задницей чуял, что Терехов замышляет авантюру, даже под ложечкой сосало всю дорогу, пока ехал. Ведь попал все-таки в пробку на мосту, потом проехал мимо заправки, а стрелка топливного датчика готова была зайти за красную черту.

Потом долго петлял по деревне, большая часть дорог была подтоплена, свернул не на ту улицу, уперся практически в лес, развернулся, чуть не поцарапав машину. А когда решил спросить у местного населения, где нужная улица, не сразу узнал дом и девушку.

Это была Светочка, та самая ягодно-сладкая и шикарная девушка, с которой он провел два дня в конце зимы. Наверное, лучшие два дня в его холостяцкой жизни, которые он проводил хоть когда-то с женщинами.

В ее рыжих кудрях путалось заходящее солнце, Света ответила резко, а Соколов, как дурак, еще спросил, она ли это. Вот точно кретин. Но он реально растерялся, как студент на первом экзамене, и не знал, как повести себя дальше.

Она, конечно, ушла, но сказала, куда ехать, Павел и поехал в указанном направлении и чуть не сел тяжелым внедорожником в болото. Ай да молодец Светочка, поделом ему, паршивцу, за то, что провел два дня в безудержном сексе, а потом ушел и не вернулся.

Какая женщина простит мужику отсутствие в течение двух месяцев? Да никакая или та, которая совсем не имеет гордости. А в Светочке она была, он видел и чувствовал.

Некрасиво вышло, очень некрасиво. И оправдания никакие не помогут, сам виноват. Тогда в город его сорвала другая ошеломительная новость.

Но что бы ни происходило, все эти два месяца он вспоминал ее, все его мокрые, эротические порносновидения были с ней. У Соколова даже женщины не было, вот кому рассказать – не поверят, но не было. Ушел в работу, напросился восстанавливать сгоревший комбинат, а там дел было по горло.

И вот снова деревня Косогоры с ее свежим воздухом, воспоминаниями о близости с той девушкой, о которой не должен был, но думал все это время.

– Страшные такие.

– Страшные, но вкусные. Нам теперь нужно диетическое мясо для наследника, мне через полгода, обещали, эти чудища будут весить каждый по тринадцать килограмм. Я специально парней взял, чтоб потяжелее да пожирнее были и на девок не отвлекались.

Терехов увлеченно рассказывал о птицеводстве, Павел не наблюдал за ним такой тяги раньше. Да, начальник, было дело, ушел в отшельничество, купил дом в деревне, варил самогон, ставил настойки да в лес ходил, но чтобы вот так – это что-то новое.

– Так, запомни, сокол мой ясный: кормить ребят, поить, говно убирать – с этим ты справишься. Там дома бумажка есть, инструкция, Сима покажет, изучишь, но ничего не перепутай. Если заморозки, то в индюшатник загонишь.

– А где он?

– Построишь, я не успел, пиломатериал лежит за баней. Я все думал, куда его применить. Это как я удачно встретил Макарова, помнишь, того, что полгода назад закуп у нас делал древесины? У него, оказывается, ферма индюшачья, один звонок – и вот каких красавцев мне привезли.

Соколов с недоверием смотрел на «красавцев», это определение они не оправдывали: тощие, длинные, какие-то неказистые, с висящими розовыми бородками. Страх, одним словом. А еще они издавали странные звуки, от которых мороз шел по коже.

Пес Гром все это время крутился рядом, так и хотел залезть в загон, периодически лаял, а Терехов его отгонял.

– Смотри, чтобы этот паразит не сожрал их.

– Семен Николаевич, я не совсем понял, я что, остаюсь здесь жить?

– Догадливый ты парень, Паша! – Терехов шлепнул помощника по плечу, заржал, почесал бороду.

– В качестве кого?

– Ты теперь замещаешь меня и здесь. А на кого еще оставить «ребят» и хозяйство?

– Нет, нет, минуточку, я не согласен.

– Согласие не нужно, завтра мы с Симой на море улетаем, сам понимаешь, нужно успеть до рождения сына насладиться прелестями отпуска вдвоем.

– Как же бизнес?

– Я дал задание Воронкову, он справится.

– Он главбух, как он может справиться?

– Справится, он за каждую копейку трясется, да и помогут ему, если что, а у тебя, Соколов, отпуск по системе «все включено». Свежий воздух, молоко парное с творожком Клава приносить будет через день, я договорился. Живность, собака, баба Зоя через дом, как что дуй к ней.

Нет, Терехов точно над ним издевается, Павел не мог остаться в деревне жить, пусть даже в хорошем доме. А индюки? Его начальник от любви к Серафиме совсем свихнулся? Да и потом – у него в городе дела, а здесь еще Светочка так близко, такая желанная мечта его порносновидений.

Еще какая-то Клава с молоком. Да он даже вещи с собой не взял, лишь дорожную сумку, бросил в нее смену белья и спортивный костюм.

– Самогона и настойки много не пей, это вредно, только для аппетита, ну и если с дамой, даму угостить можно.

Семен подмигнул, начал тащить Павла в дом, рассказывая, что жена сварила шикарный