Девочка-наваждение - Натали Лав

прогуляла школу. Пошла в медпункт и сказала, что у меня сильно болит живот. Медсестра позвала классного руководителя. Меня на скорой отправили в больницу с подозрением на аппендицит. Диагноз не подтвердился. Но мне разрешили пойти домой. Марина Леонидовна отвезла меня на такси и передала в руки к бабушке.

Я не стала ей ничего рассказывать. Но вечером решила поговорить с ней.

— Ба, — помыв посуду после ужина, подошла я к ней, — Давай я вернусь в старую школу? В новой все такие… Не к месту я там.

Бабушка сразу насупилась

— И что, Алис? Тебя там обижают? Может, бьют? Нет! — она сама ответила на свой вопрос, — Нет ничего такого. Это приличное место. А что они нос задирают, так ты туда пришла не друзей заводить. Ты туда пришла учиться. Вот и учись.

Но заметив мой несчастный вид, смягчилась и добавила:

— Алисонька, я же тебе добра желаю. Из этой школы ты легко поступишь в нормальный вуз. После на нормальную работу. Ты же умненькая у меня. Неужели так всю жизнь и будешь с хлеба на воду перебиваться?

Бабушка, конечно, желала добра. И винить я ее не могла. Тем более, что через десять дней ее забрали в больницу со страшным диагнозом "инфаркт".

Вот тогда я испугалась по-настоящему. Остаться одной. Совсем одной. Попасть в детский дом, к которому я вряд ли смогу приспособиться.

Больше разговоров о смене школы я не заводила, не желая огорчать ее. И ничего ей не рассказывала. Никогда.

Глава 13

Алиса. Школа.

Я продолжила учиться, как того хотела бабушка. Со мной не общались, я тоже не делала никаких попыток сближения. Не трогали, и это уже было хорошо.

По истории я помогала учительнице с презентацией, поэтому часто задерживалась после уроков. Прошло уже четыре месяца, как я училась в этой ужасной школе. И уже вжилась в роль неведимки. Харламов продолжал на меня смотреть исподтишка, когда этого никто не мог заметить. Я почему-то чувствовала, когда он на меня смотрит. И часто обернувшись внезапно, сталкивалась с ним взглядами. О чем он думает, я не представляла. Но сразу же вспоминала тот обидный разговор. И отворачивалась.

Так получилось и сегодня. Разложив материалы, которые использовались для подготовки, я обернулась. В дверном проеме стоял Борис и буравил меня глазами.

— Что ты смотришь постоянно? — не выдержала я.

— В кино со мной пойдешь? — Борис подошел ко мне, дверь в коридор осталась открытой.

Наверное, если бы мне вылили на голову ведро ледяной воды, и то эффект был бы не такой, как от этого предложения.

Борис стоял спиной ко входу. Он был выше меня и загораживал собой ту сторону класса. Может быть, если бы не это, я бы заметила свидетеля нашего разговора. А может быть, и нет. Потому что, в одночасье я потеряла способность видеть еще что-то, кроме лица юноши.

— Это что — шутка такая? — глухо произнесла я в ответ.

— Ты мне нравишься, Алис. Очень.

А от этих слов я ощутила, что меня окунули в холодную воду и держат у самого дна. Сразу стало и жарко, и холодно, сердце застучало, как бешеное, а щеки покрылись лихорадочным румянцем.

Я? Ему? Нравлюсь?

Если бы это могло быть правдой…

В памяти закружилось вихрем обидные слова "помыл три раза руки с мылом", "да у нее просто сиськи классные", "я весь твой, Котен".

Нет, я не поверю ему. Он просто издевается.

— Я не пойду с тобой никуда. Понял? Ты мне не нравишься, — зацедила я зло и быстро, — Придется тебе дожидаться, когда у Котены сиськи вырастут. Классные.

Борис обомлел. Его глаза метались по моему лицу. Но что ответить мне, он не знал. Да и что можно ответить на правду?

Я отступила на шаг назад и схватила свою сумку и понеслась к выходу.

На ходу бросила:

— И не пялься на меня больше!

Выбежав из класса, я чуть не сшибла с ног ту самую Катю, которая поливала меня грязью.

Наверное, я бы перед ней извинилась.

— Куда летишь, дура?! — грубо обругала она меня.

И желание извиняться пропало.

— Сама ты… дура! — крикнула я и побежала прочь.

Подальше от этих двух.

Кое-как натянула куртку и выбежала из школы. И снова я плакала. На этот раз на скамейке в сквере недалеко от школы. Хотя, казалось бы, причин для слез нет. Просто меня пригласил в кино мальчик. Что в этом такого? Если бы это было по-настоящему! А так, я уверена, это был жестокий розыгрыш.

Я надеялась, что эта неприятная сцена останется между нами двумя.

Но, когда пришла в школу на следующий день, обнаружила, что на меня как-то странно косятся. Половину дня я не понимала причин этого.

До большой перемены.

Пора было идти в столовую, но большинство одноклассников что-то увлеченно разглядывало в своих навороченных гаджетах. Я не придала этому значения и собралась выйти из класса.

— Борь! — вдруг раздалось, словно гром среди ясного неба, — Слушай, а когда ты нашей Золушке предложение делать будешь? Ты бы с ним помягче, Селиванова. У него же к тебе любовь. Вы так потрясающе вместе смотритесь.

И мне в лицо ткнули экран телефона, на котором шла запись того, как Харламов приглашал меня в кино.

— Или ты на сиськи обиделась? — толстый, противный Саша продолжал глумиться надо мной.

И заодно над Харламовым. Его поддерживали смешками. Которых было много.

— Борь, как тебя угораздило-то? Ты ж нормальный пацан. А эта… Правду говорят, любовь зла. И козу полюбишь… Безродную.

Дальше он получил удар в лицо. Брызнула кровь. Завязалась драка.

После был кабинет директора, в который зачем-то привели меня.

Но самое ужасное случилось по дороге домой.

Харламов меня караулил. Злой, с играющими желваками, взгляд совершенно ненормальный. Он поволок меня в сквер, где я вчера плакала.

— Кто нас снимал? — рявкнул он, как только поблизости никого не оказалось.

Я испугалась его.

— Не знаю, — ответила я, а сама ощутила, что у меня дрожат губы.

— Да ты что? Кого ты попросила? А? Признавайся! — он меня встряхнул, да так, что у меня клацнули зубы.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — я попыталась скинуть его руки.

У меня, конечно же, не получилось.

— Что ты мне врешь, дрянь мелкая? Посмешище из меня сделать решила?

Он встряхнул меня еще раз.

— Говори правду! Нас вчера снимали, а потом выложили в чат. Сама ты такое провернуть не смогла бы. Кто тебя надоумил?

— Я правду говорю. Я ничего не делала!

— А