Измена за изменой - Ария Тес

Она тянется ко мне ближе, сжимает мои руки.

- Лизонька, пожалуйста…умоляю, не плачь.

Переживает. Это плохо. Я не хочу, чтобы ребенок пострадал, но ничего не могу с собой поделать.

- Прости, Кать. Прости…

- Не извиняйся, чего ты? С ума сошла что ли?! Это он должен просить прощения! Умолять! Каяться!

- Да какой в этом смысл? - тихо всхлипываю, - Я никогда его не прощу за это я… просто проверить не могу! Что он действительно…

- Я тоже…это так…странно…Он же любит тебя! Какого черта?!

Вот и я не знаю. Какого черта?! Адам же меня правда любит! Я это чувствую! Тогда…почему?…за что?…

Дверь в спальню открывается, запустив призрачный лучик света. Я не поворачиваюсь. Лишь сжимаюсь сильнее в надежде, что это не он.

- Лиз, я сейчас.

Она встает с кровати и уходит, но стены тонкие, так что я слышу разговор, в который хочу вслушиваться:

- ...Я надеюсь, что ты не привез его сюда?!

Тишина.

- Сай!

- Он - ее муж! Что я должен был делать?!

Твою мать.

У меня внутри все обрывается. Я не могу его сейчас увидеть! Я никогда не смогу. Никогда больше не захочу. Никогда…

- Я его не пущу!

- Катя.

- Я сказала - не пущу! - воинственно шипит подруга, - Вам обоим придется пройти через мой хладный труп!

Сай тихо усмехается.

- Ну раз через хладный…

Шлепок.

- Ай!

- Это не смешно! Выстави его немедленно!

- Кать…

- Нет! Он твой брат, я все понимаю, но я не желаю видеть его в своем доме! По крайней мере, сегодня!

Слышу шуршание, а потом твердую точку.

- Я сказала - нет! Убери его, Сай!

- Кать, ты должна понимать. Он - ее муж. Им придется поговорить рано или поздно.

- Он больше не будет правила устанавливать, ясно?! Он ей изменил! Пусть говорит со своей шлюхой, а Лизу оставит в покое!

- Это не вариант.

- Что значит "не вариант"?! Еще какой!

- Поверь мне, просто поверь. Не. Вариант.

- Тогда пошли! Я сама ему все объясню!

Я слышу, как счастливо женатая пара отдаляется, по пути бурча что-то, а сама сажусь на кровати и тяжело вздыхаю.

Слез было так много, что у меня щеки щиплет, когда я вытираю их руками, становится только хуже. Поэтому я иду в ванну. Свет слепит, я от него отвыкла, будто не видела полжизни, только вот стоило привыкнуть - стало еще хуже.

Из отражения на меня смотрела потерянная девочка с опухшими, красными глазами. Волосы сбились в кучу, промокли, некрасиво прилипли к лицу. Губы искусаны в кровь. На щеках покраснения от раздражения. Я так напоминаю себе себя из далекого прошлого…примерно такое же отражение смотрело на меня после маминых похорон.

Хотя…сегодня тоже были похороны в каком-то смысле…мои. Я ведь действительно умерла в его кабинете. Так просто. Как пуля навылет прямо в голову. И нет Лизы. Счастливой жены, госпожи Салмановой. Ее просто больше нет…

Прикрываю глаза, вздыхаю, набираю холодной воды в ладони. Не помогает. Повторяю. Тоже не помогает. Мне не удается прийти в себя, и скоро доходит - не удастся еще очень и очень долго. Возможно, никогда. Да. Вероятно, что никогда и не выйдет - я вечно буду болеть изнутри, раздираемая на части той раной, которая отравит меня насквозь с годами. Легче станет - я знаю. Боль притупится - тоже знаю. Но бесследно такая рана не пройдет.

Как он мог?!

Изменил мне.

Он меня предал.

Мой любимый человек, которому я доверяла, как себе, меня предал.

Прав был папа, когда говорил, что верить нельзя никому. А я? Забыла обо всем, чему он меня учил. Понадеялась на свою исключительность - дура! Ты просто дура, Елизавета. Просто дура…

Мне ведь все говорили, все предупреждали, а я...это просто смешно! Такой любви, какой я видела нашу - не существует. Чтобы без проблемы, чтобы так гладко...Даже у Сая и Кати есть свои ухабы. Не такие как наши, конечно, но когда-то я слепо думала, что мы просто лучше подходим друг другу.

А то как же.

За розовыми очками правды не видать - вот и весь ответ, и лучше бы мы ссорились, как Сай и Катя, чем все это...

Выдыхаю очередную волну боли, потом беру умывалку и смываю остатки косметики. Легче не становится. Обычно после таких процедур - да. Это как чистка и избавление от тяжелого дня, но, видимо, никакие прежние заповеди с изменой не работают.

А что работает - я не знаю.

Наверно, никто не знает.

Мне почему-то кажется, что никто так и не понял, как с этим справиться, и мне придется самой как-то вошкаться, чтобы разобраться.

Но это будет завтра. Сейчас я ни на что не способна, даже принять душ не могу. Поэтому открываю дверь и хочу снова свернуться калачиком на своей постели, только не успеваю и шага сделать в темную комнату, как утыкаюсь носом в препятствие. Широкую грудь, обтянутую знакомой рубашкой с запахом, от которого у меня подгибаются колени и дрожит все внутри.

Даже сейчас.

В первую секунду я ловлю ступор. В следующую не понимаю: Сай его пустил?! Как он мог?! Но потом отбрасываю все в сторону и хватаюсь за дверь, чтобы ее закрыть.

Адам ударяет по полотну кулаком, и ту отбрасывает обратно в стену. Ужасный грохот разносится эхом и бьет по мне со всей своей троекратной силой. Вжимаю голову в плечи и пячусь.

Он наступает.

- Не подходи, - мотаю головой, себя крепче стискиваю, а никто не слышит!

Меня ведь реально не слышат! Адам продолжает идти, пока не «сжирает» всю свободу для маневров, прижав меня к стеклянным дверям душевой кабины.

- Рассвет…

Замолчи-замолчи-замолчи!!!

Боль обухом бьет меня в затылок, сразу растекается по телу ядом. Каждая молекула моя начинает гореть.

Я опять задыхаюсь.

Хочется зажать уши руками, но я предпочитаю использовать их для другого - выдержка дистанции между нами сейчас самое важное! Упираюсь пальцами в грудь, пытаюсь оттолкнуть! Но куда мне, Моське, против слона?!

Адам не двигается ни на миллиметр.

- Да отойди!!! - ору, теряю терпение, - Уйди! Проваливай! Пошел на хер отсюда! От меня!

Руки тут же перехватывают его лапы и сдавливают за спиной, а сама я неизменно попадаю носом в его грудь.

Слышу сердце.

Оно так отчаянно, так быстро стучит… так вибрирует…с ума сходит!