Дотла 2. Красная королева - Анна Эйч

– Виктория, а как продвигается ваш проект с детским садом? – Алисия продолжает разговор, и я с радостью переключаюсь на привычную и безопасную тему.

– Наконец-то мы сдвинулись с мёртвой точки, – отвечаю я, чувствуя, как оживляется мой голос. Работа всегда легко увлекала меня, и я с удовольствием продолжаю: – Нам согласовали вынесение летней игровой зоны в отдельное пространство, поэтому мы с коллегами решили позаимствовать идею у одного итальянского архитектора и создать детское патио с…

Выстрел.

Крики.

Паника.

– Что происходит? – едва слышно произносит Алисия, хватая меня за руку так сильно, что ногти впиваются в кожу.

Реальность вдруг трескается, распадаясь на фрагменты. Я перестаю воспринимать происходящее целостно – всё вокруг превращается в рваные кадры, будто сознание пытается защититься от ужаса, выхватывая лишь отдельные обрывки. Но это не кино и не кошмарный сон. Это происходит здесь и сейчас.

Несколько мужчин в чёрных масках и с автоматами врываются в зал. Оглушительный звон разбивающихся бокалов, грохот посуды, истошные женские вопли и грубые мужские выкрики. Ещё несколько выстрелов вверх – и резкий приказ всем лечь лицом в пол. Пазл сложился: мы оказались в эпицентре вооружённого нападения.

Алисия в ужасе забивается под стол, её тело мелко дрожит. Я же неподвижно лежу на холодном полу, пытаясь взглядом отыскать Дэна. То ли это адреналин, то ли защитная реакция психики, но страха пока нет – только лихорадочная работа сознания, оценивающего обстановку. Меня с детства учили первым делом анализировать пространство и ситуацию: где выходы, сколько нападающих, есть ли шанс сбежать… Этот навык засел у меня на подкорке и сейчас включился сам собой.

Мне мешает огромная колонна, но по количеству ног, мелькающих между столами, я насчитываю человек пять-шесть. Ещё несколько явно отправились обыскивать помещения, чтобы собрать всех заложников вместе. Несомненно, есть и другие у дверей – они первыми сообщат о приближении полиции. Что им нужно? Деньги? Или это демонстративный акт устрашения?

Я бесшумно пытаюсь подползти вперёд, чтобы увидеть происходящее за колонной и лучше оценить свои шансы на выживание.

– Куда собралась? – грубый голос резко обрывает моё движение. Сильная рука рывком поднимает меня с пола и болезненно стискивает шею. – Я же сказал сидеть тихо! – чувствую, как под ребро впивается холодное дуло автомата.

– Я поняла… – покорно шепчу я, подняв ладони вверх в знак капитуляции. Умирать первой не входит в мои сегодняшние планы.

– Уверена? А то я как раз выбирал, кого сделать показательной жертвой… – мерзко хохочет ублюдок прямо мне в ухо, обдавая отвратительным запахом сигаретного дыма и кислого пота.

Мысли путаются, дыхание сбивается в рваные судорожные вдохи. Никогда прежде смерть не казалась мне настолько реальной и близкой, никогда раньше я не осознавала хрупкость собственной жизни так остро. Вокруг меня царит хаос: люди всхлипывают и молятся вполголоса, кто-то тихо стонет от ужаса или боли. Воздух пропитан запахом страха – тяжёлым, вязким и удушливым. Я отчётливо слышу своё дыхание и пульсацию крови в висках. Кажется, ещё мгновение – и сердце остановится само собой от испуга.

Мои ноги подкашиваются от мысли, что через секунду всё может закончиться навсегда: ни прощаний, ни объяснений, ни шанса сказать близким о любви… Только бессмысленный конец на холодном мраморе среди чужих людей.

Я крепко зажмуриваюсь, готовясь к неизбежному финалу, но вместо боли слышу звон разбивающегося стекла и приглушённый вскрик моего мучителя. Хватка резко ослабевает, меня отбрасывает в сторону. Инстинктивно группируюсь при падении, переворачиваюсь на бок и лихорадочно отползаю назад к колонне.

Денис…

Глава 9. Животный инстинкт

Вика.

Мужчина, который постоянно пропадает на деловых встречах или часами сидит за компьютером – сейчас движется стремительно и чётко, обезоруживая бандита с ловкостью профессионального бойца спецназа. Одним точным ударом он отправляет мерзавца на пол без сознания, мгновенно перезаряжает оружие и хладнокровно стреляет в плечо одному нападающему и в колено другому. Ещё двое бросаются к нему одновременно, но Дэн каким-то немыслимым образом оказывается быстрее: он ловко уклоняется от удара и прикладом автомата ликвидирует атаку.

Мой взгляд метается по залу: несколько мужчин воспользовались решительностью Дэна и скрутили остальных бандитов. Я лежу неподвижно у колонны, боясь пошевелиться или привлечь к себе внимание. Люди вокруг постепенно приходят в себя: кто-то осторожно поднимает голову, кто-то тихо плачет от пережитого шока. Атмосфера напряжения медленно сменяется растерянностью и облегчением.

– Есть ещё… – едва слышно произношу я одними губами, боясь даже вздохнуть громче обычного. Моё сердце всё ещё бешено колотится, дыхание никак не может прийти в норму.

Дэн за считанные секунды оказывается рядом, не говоря ни слова, хватает меня за руку и стремительно увлекает к заднему выходу.

– Там есть ещё… Их должно быть больше! – пытаюсь предупредить его на бегу, но он лишь крепче сжимает моё запястье, властно и молчаливо ведя сквозь лабиринт служебных коридоров. Мы выскакиваем на задний двор, погружённый в густой сумрак, где уже припаркован огромный чёрный внедорожник.

Откуда здесь эта машина?

Дэн без заминки открывает дверцу собственным ключом и одним уверенным движением усаживает меня в кожаный салон.

– Куртов, что происходит? Кто эти люди? Что…

Рёв мощного двигателя заглушает мои вопросы. Внедорожник резко срывается с места, и мы на полной скорости устремляемся прочь от комплекса, растворяясь в ночном потоке машин. Денис ведёт автомобиль дерзко и жёстко, ловко маневрируя между автомобилями, обгоняя и подрезая других водителей. От его безрассудной езды у меня холодеет внутри. Я совершенно не узнаю своего жениха – всегда сдержанного и уравновешенного. Кто этот человек рядом со мной? Что всё это значит?

– Денис! – кричу я, пытаясь прорваться сквозь стену его молчания.

Он лишь сильнее стискивает руль до побелевших костяшек пальцев и сверлит дорогу напряжённым взглядом.

– Куда мы едем? Разве мы не должны дождаться полицию?

– Нет, – коротко бросает ледяным тоном, продолжая игнорировать моё состояние.

Во мне вскипает негодование. Я только что едва не погибла, а теперь он снова подвергает меня опасности. Адреналин смешивается с паникой, яростью и отчаянием, превращаясь в ядовитую лаву эмоций, обливающее сознание керосином.

– Что значит «нет»? Поговори со мной, чёрт возьми! – уже не скрывая эмоций, ору я на своего будущего мужа. – Что это было? Кто эти люди? Где ты научился так драться? – Я начинаю колотить его по плечу, срываясь на истерику. – Что это вообще за машина?

Дэн молча выставляет руку, чтобы я не мешала ему управлять автомобилем.

– Куда ты меня везёшь? Останови! Останови эту гребанную машину сейчас же! Или я