Операция "Аист". Ищу Маму! - Елена Верная

– А почему одна пришла? Где твой новоиспеченный муженек? – отец смотрел на меня сурово, словно допрашивал опасного преступника.

– Он сейчас к своим родителям поехал, – ответила я, стараясь говорить как можно увереннее, хотя внутри все дрожало от страха. – Им тоже нужно все объяснить. Мы договорились, что сначала я поговорю с вами, а потом он – со своими. Просто… они у него немного строгие. Ну, вы знаете, как это бывает.

Мама все еще сверлила меня взглядом, но я заметила, что ее гнев немного поутих. Казалось, она пытается переварить всю ту кашу, что я на нее вывалила. Папа подошел ко мне, обнял за плечи и тихо сказал:

– Ладно, дочка, не плачь. Раз уж так случилось, будем думать, что делать дальше. Главное, чтобы ты была счастлива. Но в следующий раз, пожалуйста, предупреждай нас заранее. Мы же твои родители, нам не все равно.

Эти слова подействовали на меня, как ушат холодной воды. Вместо облегчения я почувствовала еще большую вину, еще больший стыд. Я обняла отца в ответ и прошептала:

– Простите меня, пожалуйста. Я больше так не буду.

Мама вздохнула и сказала:

– Ладно, Софья, хватит реветь. Лучше расскажи нам все по порядку. Как вы познакомились, когда решили пожениться, почему скрывали это от нас? И самое главное – что теперь будет? Мы ведь даже на свадьбе не были. Или вы не делали ничего?

Я начала рассказывать нашу "легенду", стараясь придерживаться плана, который мы набросали с Марком. Говорила о внезапной любви, о желании сохранить все в тайне, о неловкости перед родителями из-за ситуации с Владиком. Врала, не краснея, и чувствовала себя от этого еще хуже, словно предавала самых близких людей. Но нужно было держаться, нужно было убедить их, чтобы хоть как-то выиграть время и придумать, как выпутаться из этого клубка лжи.

– Ладно, – мама завершила мой поток лжи и я замолчала испуганно подняв на нее взгляд. – Ты, я так понимаю, переезжаешь, – я с непониманием захлопала глазами, глядя на мать. – Или ты и дальше собиралась комедию ломать?

– Нет, – ответила сперва покачав головой в знак согласия, а потом в знак отрицания, окончательно запутавшись в собственной лжи.

– В общем, иди, собирайся, дочка, а на выходных ждем тебя с мужем, – похлопал меня отец по спине, словно ничего и не произошло. – Знакомиться будем.

Я облегченно выдохнула. Они поверили! Или сделали вид, что поверили? В любом случае, у нас есть неделя, целая неделя, чтобы разрешить всю эту ситуацию и выпутаться из этой паутины лжи, в которую мы сами же себя и засунули. Неделя, чтобы не потерять все, что мне дорого.

Глава 7.

Марк встретил меня у подъезда, его лицо выражало смесь облегчения и какой-то настороженности.

– Чемоданы? – Баринов вытащил их из багажника и удивленно смотрел на внушительный багаж, будто я собиралась не просто переехать, а эмигрировать.

– И что удивительного в том, что муж и жена будут жить вместе? – я недовольно поджала губы. Усталость и нервное напряжение последних дней давили на плечи непосильным грузом, и мне совсем не хотелось сейчас выслушивать его вопросы.

– Так, погоди, – Марк поставил чемоданы на асфальт, их падение глухо отозвалось в тишине двора, и схватил меня за руку. Его пальцы сжали мою ладонь, словно пытаясь удержать меня от падения в пропасть. – Что произошло? Они поверили? Ты сказала про Родиона? И про свадьбу?

Я кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. Слезы, которые я сдерживала все это время, грозили вырваться наружу, затопить всё вокруг соленой горечью.

– Всё сказала, Марк. Всё, как мы и договаривались. Каждое слово, каждую деталь. И они поверили. Или сделали вид, что поверили, не знаю. Но они ждут тебя на выходных. Знакомиться. Как с мужем, – и я с укором посмотрела на мужчину. В его глазах я искала хоть каплю сочувствия, но видела лишь отражение собственного страха.

Марк присвистнул.

– Слушай, Сонечка, ну ты даешь, – он попытался улыбнуться, но улыбка получилась натянутой, неестественной, как маска. – Не переживай, прорвемся. Что-нибудь придумаем. Может, и вправду сыграем свадьбу? Ну, хотя бы для вида?

– Баринов, ты вообще в своем уме? – я отдернула руку, злость мгновенно вытеснила подступающую истерику. – Ты понимаешь, что будет, когда родители узнают правду? Ты понимаешь, как они ко мне будут относиться? Их и так едва не хватил удар от новости что я вышла замуж за мужчину с ребенком, да еще и тайком.

– Прости, я дурак, – признал очевидное мужчина, опустив голову. Его взгляд метался по сторонам, избегая моего.

– Они и так в шоке от свалившейся новости по поводу брата, теперь еще я со своим тайным браком, – я тыкала в Марка пальцем, словно пытаясь пробить броню его беспечности. – Они ведь мне этого никогда не простят.

– А что с братом? – Баринов нахмурился, его лицо стало серьезным.

– Я говорила уже, – попыталась взять себя в руки, унять дрожь в голосе.

– Не говорила, – спорит мужчина.

– Говорила, – не уступаю. Я точно помнила, что упоминала о болезни Влада, но, видимо, в хаосе последних дней это просто вылетело у него из головы.

– Тогда повтори еще раз, – просит Марк, и в его голосе я услышала неподдельный интерес.

– У него проблемы со зрением, срочно нужна операция, – ответила я недовольно.

– И-и-и-и-и-и? – приподнимает брови Баринов, ожидая продолжения.

– Что и? – я поджала губы, чувствуя, как во мне снова закипает раздражение.

– Когда операция? – интересуется мужчина, а я злюсь на него из-за его беспечности. Мне казалось, что он не осознает всей серьезности ситуации, не понимает, что на кону стоит не только моя репутация, но и здоровье ребенка.

– Сразу же, как только деньги накопим, – хватаю чемодан и тащу в сторону подъезда.

Марк подхватил второй чемодан и поплелся за мной, молча. Я знала, что он сейчас переваривает информацию. С одной стороны – наш адский план, который, похоже, сработал. С другой – мой брат с его злосчастной операцией. Все это навалилось разом, и я чувствовала, как земля