Не с тобой. Дилогия - Gesiona

— Это позже, — не поведя и бровью, согласилась пакистанка.

Вторая акушерка смочила губы Фионы. Та обессилено откинулась на спинку кресла.

— Не могу больше, — прошептала она.

— Сможешь, — успокаивающе погладила ее по руке Асия. — Мы с тобой уже вон сколько всего сделали, осталось…

— Кончить, — вновь влез Марк.

— Выгоню юмориста, — прошипела сквозь маску Алиса. — Ты там точно кофе пил?

— Точно, — проворчал он. — Я его за смену не меньше литра выцедил, а потом еще и Патрика спаивал. То есть, угощал.

— Чем угощал? — подозрительно спросила Алиса.

— Как чем? Кофе, конечно.

Отдых затягивался, и Алиса стала легонько пощипывать живот роженицы, стимулируя родовую деятельность.

— Во-во-во! — обрадовалась Асия, видя результат и обращаясь к Фионе: — Мы сейчас на схватке с тобой попробуем глубоко вздохнуть и выдохнуть попой. Слабо?

Та не то всхлипнула, не то хихикнула, но загадочное указание выполнила в точности. Она, вообще, была очень исполнительной и дисциплинированной. Мечта, а не роженица.

Последующий процесс занял несколько минут. И вот уже розовато-синюшный младенец, огласив негромким, почти кошачьим писком родильный зал, был пристроен у груди свежеиспеченной матери. Фиона дрожащей рукой дотронулась до слипшихся волосенок дочки и тихо заплакала.

— Ну вот видишь, — улыбалась Асия. — Я же говорила, что родим, а ты — «не могу больше». Сейчас мы с тобой еще разок потужимся, и это будет уже все.

— Ладно, дамы, — заявил Марк. — Пойду-ка я нашего изгнанника осчастливлю. Наверняка шоколадку уже нашел. Будете шоколадку, миссис Уолш?

Фиона медленно кивнула, не сводя зачарованного взгляда со своего ребенка.

Спустя полчаса, наложив последний аккуратный шов, Алиса устало разогнулась и поводила головой, разминая затекшую шею. Хотелось кофе. Да и от какого-нибудь сандвича она тоже не отказалась бы. Оставалось надеяться, что в ближайшие полчаса рожать никто не надумает. Переодевшись, она двинулась в сторону ординаторской, представляя, как сейчас войдет, включит чайник, насыплет в свою большую белую кружку кофе и растянется в предвкушении на диване. И… пусть весь мир подождет.

Она открыла дверь и ошарашенно застыла на пороге. Вся комната была увешана воздушными шариками, на жалюзи были вкривь и вкось прицеплены разноцветные буквы, которые хоть и с трудом, но все же складывались в знакомое слово Happy Birthday. А по центру с улыбками до ушей выстроилась в полном составе вся дежурная смена, возглавляемая перебежчиком Марком, который торжественно держал на вытянутых руках огромный торт.

— С днем рождения! — слаженно гаркнули они.

Алиса непроизвольно попятилась и сглотнула.

— Эй, ты чего? — удивился Марк, видя ее растерянность.

— Ребята, — прошептала Алиса и закрыла ладонями лицо. — Я забыла. Вчера помнила, а сегодня забыла.

— О своем дне рождения? — на всякий случай уточнила Асия.

Алиса лишь молча кивнула.

— Иди сюда, блаженная, — вздохнул Марк, ставя торт на стол и из-под него же извлекая бутылку шампанского. — Будем лечить твою амнезию.

Глава 8

Надпись на подаренной футболке «В декрет не уйду! Рожу на работе!» походила на провокацию. И автора сего перла вычислить было не сложно.

— А что? — совершенно невинно спросил Марк, на всякий случай отодвигаясь к противоположному краю дивана. — В отношении тебя это даже не прикол. Сухая констатация факта.

— Ну спасибо, — хмыкнула Алиса. — Это что, воспринимать, как пожелание?

— Воспринимай, — охотно согласился Марк. — Я бы сам поспособствовал на старте, но боюсь недопонимания заинтересованных сторон.

Способствователь был уже года три, как прочно и вполне себе счастливо женат, поэтому для опасений имел все основания. Подзатыльник все-таки настиг его, и, ойкнув, Марк втянул голову в плечи.

— Я, между прочим, от чистого сердца! — возмутился он.

— Я тоже, — искренне ответила Алиса.

Среди других подарков обнаружились: крайне полезная подушка-подголовник, представлявшая собой изогнувшегося буквой С отчаянно косящего зеленого кота с надписью на хвосте «Я все вижу!», коврик для компьютерной мыши, повторявший очертания мыши настоящей, коллекционный брелок для ключей в виде фигуры Дарта Вейдера («Звездные войны» были слабостью Алисы с детства) и горшок с деревцем бонсай.

От избытка чувств Алиса готова была расплакаться. Она не ожидала от коллег такого внимания.

— Подвинься! — Асия с куском торта в одной руке и кружкой в другой легонько толкнула мощным бедром колено Марка.

— Женщина! Вот где твое передовое мусульманское воспитание? Где уважение к мужчине — господину и повелителю?

— Ну, во-первых, ты не мой господин и повелитель, так что особо не возбуждайся, а во-вторых, я к тебе со всем уважением, поэтому и ПРОШУ подвинуться.

— Пакистан — страна победившего феминизма, — проворчал, вставая, Марк.

— Твой-то тебя уже поздравил? — спросила Алису Асия, энергично жуя.

Об их отношениях с Ноланом знали только Марк и Асия. Тайну эту они свято блюли, с расспросами не приставали и в личную жизнь деликатно не лезли, за что Алиса была особенно благодарна.

— Не знаю, — пожала плечами она, — у меня телефон разрядился. К тому же в Штатах сейчас глубокая ночь.

— Сколько вы не виделись?

— Больше трех месяцев, — вздохнула Алиса.

Асия перестала жевать и оценивающе посмотрела на надпись на футболке.

— Да, — протянула она, — и как ты с такой частотой совместной жизни собираешься воплощать лозунг в жизнь?

— Собственно, пока никак. Мы с Ноланом даже не разговаривали об этом.

— А чего тут разговаривать? — искренне удивилась Асия. — Разговорами дети не делаются. Для этого другим заниматься надо. Подсказать?

— Да уж сами как-нибудь сообразим. Я имела в виду, мы никогда не обсуждали саму возможность, — поправилась Алиса.

— Вы, европейские женщины, как-то извращенно подходите к такой простой и естественной вещи, как рождение детей. Готовитесь к зачатию годами, просчитываете все опять же на годы вперед, и в результате рожаете первого ребенка после сорока, потратив кучу денег на восстановление фертильности. Это, по-твоему, нормально?

— Наверное, нет, — согласилась с ней Алиса.

— Все надо делать во-вре-мя! — внушительно произнесла Асия. — Вот тебе двадцать пять?

— Двадцать пять, — с улыбкой согласилась Алиса.

— Пора. Уже давно пора. В твоем возрасте у меня их было трое.

— Еще бы, ты же двойню родила!

— Это уже частности, а