Пятая зона пульса - Юля Артеева

Отрицательно качаю головой, поднимаюсь на ноги и отшагиваю назад. А потом смотрю на Лешу и засекаю выражение разочарования на нем. Настоящего, неподдельного.

И произношу:

— Пойдем.

— Что?

— Не поедем, а пойдем. Тут рядом. Бери Толика, они дог френдли.

Глава 11

Моргунова Полина: Ты сегодня не приедешь?

Добронравова Ника: Я пока не освободилась. Надеюсь, что успею на следующую пару

Сидя за столиком в небольшой кафешке, чувствую себя паршиво. Мне нравится Полина, мы быстро сошлись в общении, она устроила меня на работу и отнеслась очень искренне. А сейчас я… вроде бы просто недоговариваю, но по факту — обманываю. Кажется, всего час назад она ясно дала мне понять, что смотреть в сторону Погодина не стоит. А я вот, сижу и жду, когда он принесет мне кофе.

Анатолий кладет морду мне на колени и тяжело вздыхает. Так, как это умеют только собаки. Как будто бы этот мир ему абсолютно понятен, и эту жизнь он проживал уже миллиарды триллионов раз.

Склонившись над ним, целую в гладкий короткошерстный лоб.

Сообщаю доверительно:

— Мне неловко.

Пес скашивает на меня взгляд, умилительно складывая бровки. Тогда я наклоняюсь еще ниже и шепчу:

— И немного страшно.

— О чем воркуете? — спрашивает Леша.

Вздрогнув, резко выпрямляюсь и неловко пожимаю плечами:

— О своем, о дворняжьем.

— Он с тобой какой-то спокойный. Как только я беру в руки поводок, Толик превращается в кракена. Пьяного. С охапкой денег и в казино.

Я смеюсь. Честно говоря, не помню, когда последний раз так много смеялась… Это приятно. Погодин ставит на столик две кружки и возвращается к бару, чтобы принести нам по круассану.

Я сразу же отламываю кусочек от своего и даю Толику. Он, кажется, даже не жует, сразу глотает.

— Взяточница, — ворчит Леша.

— Я просто очень добрая.

Перехватываю ответный ироничный взгляд и прыскаю в ладонь. Ладно, нам по крайней мере весело вместе.

— А кроме того очень милая, да?

— Ой, ну еще скажи, что это не так!

Погодин садится рядом и демонстративно оглядывается. Отпивает кофе и сообщает:

— Здесь симпатично.

То, что он возвращается к своему обычному замкнутому образу, даже немного раздражает. Я уже успела увидеть Лешу, который громогласно хохочет, мне теперь не нравится этот немногословный тип.

— Да, мне нравится это место, — отзываюсь тихо. — И Полине тоже.

— Часто бываете?

— Я нет. Была пару раз, — пожимаю плечами с напускным безразличием.

Здесь и правда классно. Высоченные потолки, оформление в стиле лофт, но очень много живых зеленых растений. Открытая кухня, маленький детский уголок, собачьи миски у входа. Честно говоря, я испытала самый настоящий восторг, когда Моргунова привела меня сюда впервые.

Но наша семья крайне ограничена в финансах. Походы в кафе — это не то, чем я могу себя баловать на постоянной основе. Два раза меня угощала Поля, используя это как аргумент, чтобы не идти в кафе одной, и в самый первый раз я купила латте на свои. Потом корила себя за эти проклятые триста двадцать рублей. С каких хренов вообще кофе с молоком столько стоит?!

Погодин возвращает взгляд ко мне, и я снова ощущаю, как печет изнутри от того, насколько он может быть откровенным.

Машинально оцениваю то, как выгляжу. Белая футболка, черный топ на тонких бретелях, надетый поверх, и широкие джинсы. Я привыкла следить за своей одеждой и за тем, как выглядит Никитос, поэтому мы всегда… всегда ходим в чистом и идеально выглаженном. Но в дешевом.

Стискиваю колени, и Толик недовольно вздыхает, тем не менее оставляя морду на прежнем месте, на моих ногах.

Сообщаю вдруг:

— Не злись на Толю. Он невоспитан, это не его проблема. Ему просто нужна любовь и немного границ.

— Границ? — уточняет Леша.

— Детям и животным они нужны.

— У вас с Никитой собака?

Приподнимаю брови:

— С чего ты взял?

— Просто так уверенно об этом говоришь.

Я беру паузу, отпивая свой латте. Делаю большой глоток и, поставив кружку, прикладываю пальцы к губам, стирая остатки пены. Слегка улыбаюсь, чтобы лицо приобрело в достаточной мере доброжелательное выражение.

И говорю:

— У папы была собака.

Леша кивает и отвлекается на телефон. Увлеченно тапает большим пальцем по экрану, а я снова чувствую себя неловко. Зачем я вообще здесь? Ради чего?

Погодин поднимает на меня взгляд, и я в эту же секунду понимаю, ради чего. Он мне нравится. Очень.

— Собаки больше нет? — спрашивает.

Подтверждаю:

— Собаки больше нет.

Осознаю, что, хоть я и продолжаю улыбаться, рука сжимает кружку с кофе слишком сильно. Когда замечаю побелевшие кончики пальцев, заставляю себя расслабиться.

Спрашиваю:

— У тебя только кот?

— Да, Толик — первая псина в моей жизни.

— Не зови его так, — ворчу, снова опуская ладонь на голову псу.

— Ясно. Спелись, — хмыкает Леша. — Надо было тебе его отдать.

С улыбкой качаю головой:

— Я бы не смогла дать ему столько времени, сколько нужно.

— Почему? — спрашивает сразу же.

— Я… учусь и работаю. — Пожимаю плечами, продолжая гладить Толю, что определенно действует успокаивающе. — У Никитоса сложности в школе.

— Он сказал, вы живете с мамой?

Я не поднимаю взгляда, смотрю исключительно на собаку. Но в этот момент почему-то думаю, что красивый тренер ждал момента, чтобы задать этот вопрос. Кто знает, что успел мой брат рассказать ему в машине? У нас есть правила, он знает, что о семье говорить никому нельзя, но…

— Никита много болтает. Как все дети, — отвечаю максимально мягко и легко.

Осмеливаюсь посмотреть Леше в глаза и в очередной раз цепенею от того, насколько он откровенно и цепко смотрит.

Тем не менее сдает назад он сразу же:

— Как скажешь. Ладно, Ника. Какие планы на вечер? И ночь.

— Планы на вечер и… ночь? — переспрашиваю тупо.

Кружка под моими пальцами все еще теплая, а Погодин уже приглашает меня к себе? Я же не ошибаюсь?

— Ну да.

Слежу за его татуированной ладонью, которая скользит в волосы, возвращая блестящие пряди в идеальную прическу. Поза у Леши расслабленная, уверенная. Я же наоборот зажимаюсь.

Перечисляю отстраненно:

— Успеть на пары, отработать остаток смены в кальянной, вернуться домой к брату.

— Во сколько?

— При лучших раскладах в половину третьего.

— Он ведь не ждет тебя с работы обычно? Или мама тоже так поздно работает?

Неприязнь вытесняет все остальные эмоции, но я сохраняю ровный тон:

— Нет, он в это время спит.

— Хочешь, я тебя встречу?

Я отодвигаю недопитый кофе и уточняю:

— Чтобы отвезти — куда?

Погодин чуть сощуривается,