Повелитель соблазна - Николь Джордан

Каро, не ожидавшая столь странного вопроса, растерянно уставилась на него.

– Ни в коем случае.

– Прекрасно. Просто гора с плеч!

– Непонятно, с чего бы это вдруг?

Макс, не отвечая, направился к окну, откинул тяжелую штору и осторожно выглянул наружу.

– Надеюсь, вы не возражаете, если я ненадолго найду здесь убежище?

– Вряд ли это прилично, – поколебавшись, ответила она. – Все-таки это моя спальня.

Макс, обернувшись, оперся плечом об оконную раму и продолжал молчать. Но при этом, подняв брови, изучал ее, всем своим видом словно говоря: «Мы с тобой были в куда более интимной обстановке, чем твоя спальня!»

– Вас так волнуют правила приличия? – осведомился он наконец. – Судя по слухам, вы при каждом удобном случае выказываете полное пренебрежение любыми правилами приличия.

Настал черед Каро опровергать сплетни.

– Вовсе не при каждом удобном случае! Насколько я поняла, вас уже просветили, объяснив шокирующие детали моего лондонского сезона, – сухо бросила она.

– Представьте, я не был так уж шокирован. Похоже, вашим главным преступлением было изучение человеческих внутренностей. А уж этого я насмотрелся во время войны столько, что меня ничем не проймешь.

– Но я женщина, – парировала Каро, не в силах скрыть язвительные нотки. – Светское общество считает возмутительным, если женщина пытается сделать для пациента нечто большее, чем пичкать его заливным из телячьей ножки.

– Нет, вы и в самом деле преступница, – ухмыльнулся он.

На миг забыв о привычной сдержанности, она выдавила улыбку.

– Почему бы вам не вернуться на бал, к вашим поклонницам? Уж поверьте, они поведают обо мне истории, леденящие кровь.

Макс покачал головой:

– Бьюсь об заклад, они ничего не знают о настоящей мисс Каро Иверс. Например, то обстоятельство, что вы любите купаться при лунном свете.

У Каро перехватило дыхание.

– Вам действительно не следует оставаться здесь, мистер Лейтон.

– Но почему?

Не дождавшись ответа, он медленно пересек комнату и встал прямо перед ней. Так близко, что Каро поспешно отступила. И, как выяснилось, зря, потому что нечаянно уперлась спиной в дверь, каковая тут же, щелкнув, закрылась.

– Ты боишься меня? – спросил Макс, и его тихий голос показался более интимным, чем прикосновение рук к обнаженной коже.

– Конечно, нет. Но мне кажется, что вы по какой-то причине пытаетесь меня запугать.

– О, пустая трата времени, – улыбнулся он. – Всякому ясно, что такую женщину запугать не просто.

– И это совершенная правда. Но я все же предпочла бы, чтобы вы ушли.

– А в ту ночь тебя не волновали приличия.

– В какую ночь?

– Опять притворяешься, что не помнишь?

Не отводя взгляда от ее лица, он шагнул еще ближе и коснулся ее губы подушечкой большого пальца.

Каро лихорадочно втянула в себя воздух. Еще бы не помнить! Все это время он присутствовал в ее снах. Даже днем она иногда мечтала…

– Вряд ли ты забыла о той ночи, – усмехнулся он. – Я уж точно не забыл.

Она не могла лгать так дерзко… но по крайней мере… притвориться вполне способна.

– Нет, не забыла. Довольно… интересные впечатления.

– Всего лишь интересные?

Полная решимости противиться этому нелепому притяжению, Каро отошла к столу, где лежал ее чемодан, и принялась деловито складывать шаль.

– Вы задаете слишком много нескромных вопросов, – заметила она.

– Тогда ответь на один. Почему ты отдалась в ту ночь мне, незнакомому человеку?

Каро раздраженно поджала губы, но продолжала играть роль.

– Пожалела вас. Просто пожалела.

Брови Макса взлетели вверх.

– Пожалела?

– Вам было больно. Вы нуждались в утешении.

– И поэтому ты пожертвовала собственной девственностью? – саркастически бросил он. – Скажи, ты каждого чужака утешаешь подобным образом?

– Разумеется, нет, – выдохнула она.

– Разумеется. Я был твоим первым любовником. Некоторые мужчины терзались бы угрызениями совести, лишив тебя невинности.

– У вас нет причин чувствовать себя виноватым, – возразила Каро. – Я, и только я, несу ответственность за все, что случилось между нами. Это я… настояла…

– Насколько припоминаю, я не слишком противился, – сухо перебил Макс. – Не пойму лишь, почему именно ты настаивала. Потому что ты целительница и хотела меня исцелить?

– Не только. – Она отвела глаза, не в силах выдержать его настойчивого взгляда. – Я еще тогда сказала, что хочу познать истинную страсть. Читала в медицинских учебниках о… соитиях… и мне стало любопытно…

В доказательство она вынула из чемодана тяжелый том в кожаном переплете и протянула ему.

Макс, однако, намеренно проигнорировал книгу и снова надвинулся на Каро. Той потребовалась вся сила воли, чтобы остаться на месте и не сбежать с позором и стыдом.

– И я удовлетворил твое любопытство? – внезапно охрипшим голосом осведомился он.

– Полагаю, что так.

О, какое невероятное преуменьшение! Страсть опустошает куда сильнее, чем она ожидала. По крайней мере страсть с этим мужчиной.

Он, казалось, ощущал то же самое, потому что тихо заверил:

– Поверь, я никогда не испытывал ничего подобного, как в ту ночь.

Она попыталась что-то сказать, но он приложил палец к ее губам:

– Только не тверди, что это магические чары острова. Это было нечто большее. Гораздо большее.

– Возможно, вы правы, – осторожно обронила она. – Слишком много смертей вы видели и нуждались в мире и тишине. Физическая страсть – один из способов бросить вызов смерти, удостовериться, что ты жив. А интим – естественное средство утешения. В ту ночь вы искали это утешение. Несколько моментов тепла и близости с другим человеческим существом – вот что было тогда главным.

– И откуда вы набрались столько мудрости? – поинтересовался он с веселым восхищением.

Она неловко передернула плечами:

– Дело не в мудрости. Я попросту практична. И хочу, чтобы вы знали… может, я не совсем обычная женщина, но все же не из тех, кто легко отдается незнакомым мужчинам.

– Конечно, нет. Иначе вы не были бы невинны. Он явно дразнит ее! Что тут смешного?

Но Каро не знала, куда деваться от смущения.

Макс несколько секунд изучал ее, прежде чем кивнуть.

– Кажется, я вижу, в чем проблема. Его туманное замечание смутило ее.