Колдовской апрель - Мэрил Хенкс

Джина изумленно обвела взглядом фасады домов. Они так плотно примыкали друг к другу и были построены так давно, что отличить, где кончается один дом и начинается второй, не представлялось возможным.

Старушка, видя недоумение Джины, улыбнулась.

- Когда-то Каза Розале был частью Палаццо. Вот эта, правая, дверь.

- О, спасибо огромное! До свидания.

- До свидания, синьорина.

Дождавшись, когда старушка уйдет, Джина подошла к двери дома и задрала голову, разглядывая его снаружи. Странная робость охватила ее.

Дом был четырехэтажный, на третьем и четвертом этажах красовались затейливые балкончики. Джина и представить себе не могла, что ее дом так велик. На первом этаже не было вообще ни единого окна.

Она поднялась по мраморным ступеням и достала из сумочки ключи. Замок щелкнул и неожиданно легко открылся. Тяжелая дверь отворилась без стука, пропуская новую хозяйку внутрь. После жары и пыли здесь было прохладно и свежо, почти холодно.

Воздух пах так, как и должен пахнуть воздух в доме, простоявшем закрытым в течение нескольких лет. Когда глаза привыкли к полумраку, Джина обнаружила себя стоящей посреди отделанного мрамором холла, откуда наверх вела роскошная лестница, тоже из мрамора. Наверху Джина смутно различила ряд закрытых дверей.

Вообще-то надо было бы прийти сюда с синьором Антониони, а то он еще обидится, но раз уж она здесь, глупо было бы не осмотреть собственный дворец.

Джина без особой надежды пощелкала выключателем, но света не было.

Она решительно поднялась по полутемной лестнице и принялась заглядывать в двери. Некоторые были заперты, но те, которые открылись, таили за собой целую сокровищницу. Старинная мебель, ковры, картины и статуи, шкафы с великолепной посудой...

Последняя дверь вела в длинный и темный коридор, видимо, раньше здесь обитали слуги, но там было слишком темно, и Джина вернулась в холл. Напротив дверей располагался ряд окон, задернутых плотными бархатными шторами. Джина направилась туда, но в этот момент раздался звук, напоминавший пушечный выстрел. Входная дверь, которую Джина оставила приоткрытой, захлопнулась.

Сквозняк, должно быть. Неизвестно, почему, но Джина медлила сойти вниз и снова открыть дверь. Может, и лучше, что она закрылась? Кто знает, как в Венеции обстоит дело с уличным бандитизмом, а в доме полно ценных вещей.

Воцарилась абсолютная тишина. Джина прислушивалась к этой тишине до тех пор, пока не поняла, что слышит свое собственное дыхание. Она усмехнулась и продолжила свой путь.

Следующие две комнаты явно принадлежали Джону и его супруге. Мебель здесь была светлее и изящнее, массивными оставались только входные двери, кованые и тяжелые. Повсюду лежала пыль. На улице между тем стемнело, и в доме стало совсем ничего не видно. Пожалуй, ей лучше вернуться в гостиницу. Джина выскользнула из комнаты и пошла по коридору, осторожно касаясь рукой стены. И вот тут до нее долетел посторонний звук. Явно не ее дыхание!

Она застыла, превратившись в одно большое ухо.

Шаги. Очень осторожные шаги. Замерли. Кто-то явно не хотел, чтобы его услышали. Тем более - увидели.

Снова шаги. Очень близко. Вкрадчивые, скрытные... Кто-то приближался к Джине, и бежать было некуда.

Дыхание перехватило в горле, ноги сразу ослабли, и внутри все предательски затряслось. Здравый смысл подсказал Джине, что единственный выход - продолжить свой путь и укрыться в одной из ближайших комнат. Там есть ключ, а двери тяжелые и крепкие, она сможет запереться, открыть окно и позвать на помощь.

Все это очень напоминало ночной кошмар, а еще больше стало напоминать, когда от стены внезапно отделилась темная тень, и стало ясно, что некто не преследовал ее, а спокойно поджидал в настоящей засаде.

Джина хотела заорать, но из пересохшего горла вырвался только жалобный писк, а потом, охваченная паникой, она попыталась кинуться прочь, во тьму, сломя голову, неважно, что там, в темноте, лишь бы подальше от этого кошмара...

- Джина, постой! Не беги, ты покалечишься! Именно в этот миг нога Джины подвернулась, и она со всего маху врезалась в стенку. В голове вспыхнул фейерверк, потом наступила тьма.

Она открыла глаза и мрачно уставилась в потолок. На ней не было туфель, и лежала она на мягкой кушетке, а незнакомый бородатый мужчина средних лет озабоченно рассматривал ее голову. Увидев, что она пришла в себя, мужчина произнес по-итальянски:

- К счастью, удар был не слишком силен. Надеюсь, ничего страшного.

Потом он быстро достал из кармана медицинский фонарик-ручку и посветил сначала в один глаз Джины, затем в другой.

- Рад констатировать, что сотрясения нет. Что же касается ноги... Нет, и с ногой все в порядке. Возможно, некоторое время будет немного больно при ходьбе, но в остальном - все в порядке. Я оставлю кое-какие лекарства...

В этот момент Джина поняла, что он обращается вовсе не к ней, а к какому-то мужчине. Человек этот стоял в тени, но когда он ответил доктору, Джина едва не потеряла сознание снова.

Этот голос она узнала бы где угодно, на каком бы языке он ни говорил.

Сейчас он говорил на итальянском, и в другой ситуации это напомнило бы Джине музыку небесных сфер, но не теперь. Слишком много вопросов у нее было к обладателю этого низкого и звучного голоса.

- Благодарю вас, доктор. Стефано проводит вас к выходу.

Джина попыталась сесть, но это не удалось. В голове взорвалась ядерная бомба, и женщина с тихим стоном прикрыла глаза.

Рикардо Анжело Хоук, смуглый красавец в светлом костюме, мрачно и озабоченно смотрел на нее своими серыми глазами-клинками, а Джина Хьюстон не понимала ничегошеньки!

- Как ты себя чувствуешь. Джина?

- Я в порядке. Я просто не понимаю... Она едва не свалилась с кушетки, и Рикардо торопливо подхватил ее и подсунул под спину подушку.

- Чего ты не понимаешь?

- Ничего не понимаю. Где я нахожусь? Почему я здесь нахожусь? Почему ты здесь находишься?

- Оригинально! Что ж, отвечаю на твои вопросы по порядку: ты находишься в Палаццо деи Кавалли, куда тебя перенесли после твоей травмы, а я здесь нахожусь потому, что я здесь, собственно, живу. Мы с тобой соседи, дорогая, поэтому я позволил себе перенести тебя сюда, когда ты упала.

- Понятно. Непонятно только, что ты делал в Каза Розале? И откуда ты узнал, что мы соседи?

Голос Рикардо прозвучал неожиданно холодно:

- Давай-ка оставим все вопросы и ответы на потом. Ты здорово ударилась головой, так что должна сначала отдохнуть и прийти в себя. Я скажу слугам, они сделают тебе чай. Я же пока закончу свои дела, а потом мы поговорим. Серьезно поговорим.

Она не успела ничего сказать в ответ. Сероглазый король повернулся и стремительно вышел из комнаты. Тяжелая дубовая дверь тихо закрылась за ним.