Сожаления Рози Медоуз - Кэтрин Эллиотт

– Неужели? Вот стерва.

– Да, это так.

– Что ж, боюсь, что не могу предложить вам столь же обаятельного джентльмена, но в следующий четверг днем у мисс Палмер есть свободный час. Вас это устраивает?

– Разумеется, – буркнула я.

– Тогда я запишу вас на четыре. О, и вот распечатка наших расценок. – Она протянула мне бумажку с такими непомерными ценами, что у меня выпучились глаза, но я все равно взяла ее, вымучила натянутое «спасибо» и поспешила вон.

По пути к стоянке я еще раз взглянула на распечатку. Ничего, может, папа меня выручит или даже Филли. Точно, Филли одолжит мне немного, но все равно – деньги на ветер! Господи, ну зачем я вообще за него вышла? Это была моя любимая фантазия, и, спускаясь по лестнице подземной стоянки, я снова ей предалась: опять я стала Рози Кэвендиш, на пальце не было кольца, а на мое имя еще не выписали свидетельство о браке. Существовала всего одна проблема: если бы я до сих пор была Рози Кэвендиш, не было бы Айво, а раз это невозможно представить, с недавних пор мои мечты претерпели изменения. Стыдно признаться, но на этот раз я мечтала о смерти Гарри. Понимаю, это чудовищно, и я чувствую себя жутко виноватой, но если бы вы знали, как трудно сопротивляться таким мыслям.

Я бродила между рядами припаркованных машин, предаваясь зловещим фантазиям, и вдруг замерла на минуту и оглянулась. Надо же, как странно. Готова поклясться, я оставила машину где-то здесь. Я повернула обратно, оглядываясь по сторонам, и вскоре почувствовала жутковатую пустоту в животе. Машины не было. Чертова машина пропала. О господи, мою машину угнали! Предприняв последнюю лихорадочную попытку, я промчалась два лестничных пролета и стала искать парня у турникета. И оказалось, напрасно, потому что Парень с Турникета как таковой перестал существовать: вместо него были щелочка, кнопка и громкоговоритель, молчавший в ответ на мой вызов.

Кипя от злости, я еще раз судорожно обыскала стоянку и обнаружила единственное живое существо во всем помещении – шофера, тихонько поедающего сэндвич с рыбным паштетом за рулем хозяйского «ягуара». Я постучала в окно:

– Вы не могли бы мне помочь?

– В чем дело, милашка?

– Мою машину угнали! – заревела я и сразу же приметила на соседнем сиденье мобильный телефон. – Можно взять ваш телефон и позвонить в полицию?

– Конечно, можно, бери. – Он протянул мне телефон, и я с важным видом впервые в жизни набрала 911. Меня сразу же перевели на местный полицейский участок. У дежурного сержанта был тоскливый голос, как в летаргическом сне, и он ясно дал понять, что меньше всего ему хочется собирать поисковую группу.

– Продиктуйте мне детали, и я занесу информацию в компьютер.

– Ну уж нет, – выпалила я. – Я плачу налоги и прекрасно знаю, что эта парковка находится дверь в дверь с вашим участком! Неужели я прошу слишком многого – всего-то пройти сотню ярдов и осмотреть место преступления?

Он неохотно согласился кого-нибудь прислать.

– Уму непостижимо: ему даже лень оторвать задницу от стула! – возмутилась я, возвращая телефон своему новому другу, шоферу.

– Ну да, считай, они ее уже списали, – сообщил шофер. – Знают, что машинка уже на полпути к Эссексу, так с чего дергаться?

– Это мы посмотрим, – злобно прошипела я. – Большое спасибо, мне нужно возвращаться на место и ждать полицию.

– Удачи, детка. Покажи им, почем сотня гребешков.

Я уж покажу, подумала я, облокотившись о чужую машину в ожидании, когда соизволит явиться полиция. Наверное, помешала их чаепитию с печеньями. Ну уж извините!

Через десять минут из-за угла неторопливо вырулил зевающий констебль. Готова поспорить на деньги, что именно с ним я разговаривала минуту назад. Я слезла с капота.

– Чудеса, правда? – проговорила я, когда он подошел ближе. – Нельзя даже оставить машину на стоянке, чтобы ее не уперли.

– Уже третья за эту неделю, – апатично протянул он. – Это печально известная горячая точка. – Он оглянулся. – Угу, и опять на четвертом уровне. Оставили талон в окошке, да? Мило и удобно, не так ли?

– Да, так я и сделала. Получается, я во всем виновата, да?

– Ну, вы как будто сами напросились, понимаете? Эти парни просто обожают многоярусные стоянки. Темно и приятно, можно спрятаться за другими машинами, пока занят грязным делом, а потом, когда вы уходите и оставляете им талон – что ж, можно сказать, вы сами их и осчастливили. И самое главное, написано же черным по белому: заберите талон! – Он указал на повсюду развешанные таблички и смерил меня испепеляющим взглядом. Этого хватило, чтобы мое контролируемое раздражение переросло в безумную ярость. Я могуче вытянулась во все свои пять футов четыре дюйма.

– Значит, очень типичная ситуация, не так ли? Злоумышленник никогда не виноват, да? К чему винить нарушителя закона? Не обижайте несчастного обезумевшего преступника, ведь, скорее всего, у бедняги было трудное детство!

Полицейский с видом мученика вытащил блокнот.

– Марка машины, мадам?

– «Вольво 404». А если бы мой дом ограбили, вы бы твердили, что я сама напросилась, потому что не установила прочные замки на окнах? А если бы меня изнасиловали, значит, у меня слишком короткая юбка, как же иначе.

– Регистрационный номер?

– К128 UBY. И раз это такая печально известная горячая точка, и за последнюю неделю здесь было три угона, вы не возражаете, если я спрошу – почему вы ничего не делаете? Почему не патрулируете район с немецкими овчарками, обрывающими поводки? Вы даже не передали мое сообщение по рации, даже не послали словесный портрет! – (Не зря я не пропускала ни одной серии «Полиции Майами».) – Может, угонщики уже в туннеле Блэкволл, а вы до сих пор и пальцем не пошевелили!

– Мадам, уверяю, мы приложим всевозможные усилия, чтобы найти вашу машину…

– Не пудрите мне мозги! Я-то вижу, вы ее уже списали! Вы думаете, у меня нет ни малейшего шанса получить ее обратно, просто соблюдаете стандартную процедуру, подслащиваете пилюлю, чтобы меня облапошить, и… – Я вдруг осеклась. Что-то привлекло мое внимание. Я замерла на месте.

– Что там? – он оглянулся.

– Ничего, – ахнула я, торопливо посмотрев на него. Ничего-то ничего, вот только в четырех машинах от нас стоял маленький зеленый «пежо». Маленький зеленый «пежо» Гарри. Всего в четырех машинах, там, где я его оставила.

– Хотите верьте, хотите нет, но у нас очень высокий процент успешных дел, стоит только занести данные в компьютер… Вы сказали «вольво 405»?

– Ммм, да. – (Проклятье! Я искала не ту машину!)

– И если ее не перекрасили, шанс вернуть машину равен восьмидесяти процентам.

– Это… впечатляюще, – выдохнула я. Господи, какой же я была идиоткой! Искала «вольво», а приехала на «пежо»!

– Нам нравится думать, что мы делаем успехи, – напыщенно произнес он. И подозрительно взглянул на меня. – Вы в порядке?