Стеклянная свадьба - Изабель Вульф

– Они такие милые! – воскликнула Лили, поглаживая Дженнифер по голове. Не правда ли, Кейти просто прелесть со своим психоанализом. Прямо как маленький Юнг. Нам стоит сделать о ней материал, только нужно снять с нее всю эту одежду, как у синего чулка. Джасмин… – она остановилась возле стола, за которым сидела бледная девица лет двадцати. – Я же тебе говорила не пить кофе во время ленча, ты не сможешь уснуть вечером. Мы прошли мимо стола, где фотограф рассматривал пробы, а длинноногие девицы замерли в лучах огромных ламп. Затем мы вошли в застекленный кабинет Лили. Там и тут в керамических горшках стояли разлапистые орхидеи, на стенах красовались большие фотографии манекенщиц с надутыми губками и заключенные в рамки обложки журнала «Я сама», сверкающие наградами. Она взмахнула рукой в сторону высокого, во всю стену, стеллажа, где были выставлены издания ее соперников.

– Низший мир, – насмешливо бросила она, затем из маленького холодильника, стоявшего в углу, достала бутылку с зеленоватой жидкостью.

– Сок пырея?

– Нет, спасибо.

Она налила себе стакан, села за стол, протянула тарелку и предложила:

– Вегетарианское суши?

– О, я совершенно не хочу есть. Спасибо.

– Эти рулеты из морских водорослей просто изумительны…

– Нет, спасибо. Послушай, Лили, – попыталась я начать разговор. – Мне хочется кое о чем спросить тебя…

– Разумеется, дорогая, – сказала она. – Спрашивай что хочешь.

Внезапно раздался стук в дверь, и вошла секретарша Лили, ее звали Полли.

– Лили, вот февральский номер «Вог». Только что пришел.

Лили поморщилась. Она ненавидит «Вог», это просто навязчивая идея. Все потому, что в 1994 году, когда она была там ответственным редактором одного из разделов, ее не утвердили на должность заместителя главного редактора. Такое неумение правильно оценивать работников с профессиональной точки зрения она никогда не забудет и не простит. Она принялась с ленивым, высокомерным видом листать страницы журнала.

– Боже, как скучно, – пробормотала она. – Опять старая история… по-настоящему vieux chapeau.[10]О боже, все те же штампы. А вот мы бежим от шаблонов как от чумы. Только не Кэтрин Зета-Джонс! Боже! – вдруг воскликнула она с выражением отвращения на лице. – Они рекламируют «сэли-дезерт».[11]– Я бы не потерпела, чтобы эта уродливая вещица появилась в моем журнале! Фейт, – объявила она, бросая журнал на пол, – я добьюсь, чтобы мой журнал продавался лучше, чем «Вог».

– Да, не сомневаюсь, Лили, но…

– И мы недалеки от этого, – добавила она, откидываясь на спинку стула, переплетая свои длинные пальцы и устремив взгляд в потолок. – Множество рекламодателей из «Вог» переходят к нам, но кто сможет их осудить? – спросила она, и это был чисто риторический вопрос. – Они не могут отказаться от наших предложений, – продолжала она без паузы, скармливая Дженнифер кусочки суши. – Мы окружаем их заботой, льстим им, предоставляем им выгодные условия. Мы…

– Лили!

– …так и пляшем вокруг них, делаем так, чтобы они почувствовали себя лучшими, короче говоря – не кусаем кормящую нас руку.

– Лили…

– Во всяком случае, теперь все поняли, что «Я сама» – самый модный журнал тысячелетия, – продолжала она, подходя к окну и поднимая жалюзи. – Не правда ли, чудесно? – произнесла она, глядя вниз на огромный стеклянный купол.[12]– Ведь правда чудесно? – повторила она. – Подойди сюда, Фейт, и посмотри. Посмотри на все… это. – Она обхватила своей изящной рукой мою руку. – Тебе не кажется, что все это просто фантастика?

– По правде говоря, для меня это всего лишь форма, лишенная содержания, – честно призналась я, вдыхая аромат «Ипнотик Пуазон».

– Я была там, – мечтательно пробормотала она, проигнорировав мое замечание. – Я была там, Фейт, на вечере.

– Знаю.

– Там присутствовали королева и Тони Блэр. Тебя это не удивляет, Фейт? Что твою маленькую школьную подружку туда пригласили? Я бросила взгляд на профиль Лили. Внезапно мне показалось, что мы перенеслись на двадцать пять лет назад. Я вспомнила неловкую девочку, стоявшую на сцене в голубом льняном платье, выражение страха и смущения на ее лице. А теперь она смотрела сверху вниз на самые высокие лондонские здания, и весь мир простирался у ее ног.

– Тебя это не удивляет? – настойчиво переспросила она.

– Что? Ну да, то есть нет. Я хочу сказать, не очень, Лили, я всегда знала, что тебя ждет успех.

– Да, – задумчиво согласилась она, и мы обе устремили взгляды на сверкающую внизу реку, усеянную лодками. – Я преуспела, несмотря на попытки иных особ вставлять мне палки в колеса.

– Каких особ? – поинтересовалась я.

– О, не имеет значения, – тихо проговорила она. – Это всего лишь ничтожества, которые собирались помешать моему успеху. Но они знают, кто они. И я тоже знаю, кто они, – с угрозой в голосе продолжала она. – Но никому не под силу остановить меня. Никто не вернет меня назад.

– Лили, – перебила я, мечтая, чтобы она хоть на секунду замолчала и выслушала меня.

– Я побеждаю своих врагов, Фейт, – спокойно продолжала она. – Благодаря своей прозорливости и упорному труду. «Я сама» станет номером один среди глянцевых журналов, потому что у нас множество оригинальных идей. А теперь, – с энтузиазмом сказала она, вернувшись к своему столу, – я хочу услышать твое мнение по поводу нового раздела, который мы хотим включить – это, разумеется, секрет. Что ты думаешь об этом? – И она протянула мне макет страницы. Она была озаглавлена: «Ответы вашим собакам: как ухаживать за своей внешностью». Я йоркширский терьер, – прочитала я. – У меня очень тонкая развевающаяся шерсть. Мне никак не удается держать ее в порядке. Что мне делать? Я белый карликовый пудель, – писал другой. – Но сейчас моя шубка выглядит поблекшей и покрыта пятнами. И это меня сильно огорчает. Какие средства для ухода мне использовать, чтобы вернулась былая красота?

– Читателям это понравится, – взволнованно улыбаясь, сказала Лили. – Я собираюсь сделать приложение большого формата, посвященное собакам, возможно, к июльскому номеру, – рассеянно продолжала она. – Можно будет назвать его «Chienne».[13]Мы могли бы получить спонсорскую помощь от «Уиналот».

– Лили! – я встала. Это был единственный способ привлечь ее внимание. – Лили, – повторила я. – Я не проезжала мимо.