Повеса из Пуэрто-Бануса - Кэрол Маринелли

Гордон отнесся к тому, что случилось, с пониманием. Конечно, Эстель рассказала ему не все: об их разговоре с Раулем и о том, что он поцеловал ее, потому что прятался от другой женщины, Эстель не упомянула.

– Мне так неудобно…

– Не стоит беспокоиться. – Гордон вложил чек в ладонь Эстель. – Если кто-то и станет сплетничать, то соперничество за внимание дамы с самим Раулем Санчесом Фуэнте мне только на руку. Я могу сказать, что из-за этого мы расстались с тобой и я осознал, как мне дорога Вирджиния.

– Простите меня!

– Не стоит извиняться, – сказал Гордон, поцеловав Эстель в щеку. – Просто будь осторожна.

– Я больше никогда его не увижу, – ответила Эстель, – и он ничего обо мне не знает.

– Для такого человека, как Рауль, все, что ты говоришь, – лишь детали, разузнать о тебе для него не составит труда.

По телу Эстель пробежали мурашки.

– Причешись, накрасься поярче и пойдем позавтракаем, – предложил Гордон. – Если кто-то что-то скажет о прошлой ночи, просто смейся и пожимай плечами.

Эстель была рада наложить на разрумянившееся лицо толстый слой косметики. Она надела короткую юбку и босоножки на платформе и собрала волосы в высокий хвост.

– Чувствую себя клоуном, – сказала она Гордону, когда тот оглядел ее отражение в зеркале.

– Меня твой облик радует.

Рауль уже уехал, и Эстель пришлось терпеть косые взгляды Араминты за завтраком. Отъезд Рауля стал для Эстель облегчением, хотя она чувствовала и странное разочарование.

Наконец они отправились в обратный путь. Домой девушка приехала только к обеду.

– Подумай о моем предложении, – напомнил ей Гордон, когда она выходила из машины.

– Думаю, приключений мне хватило на год вперед, – призналась она, прощаясь с ним.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Эстель у подруги, войдя в гостиную.

– Ужасно!

Выглядела Джинни соответствующе.

– Поеду домой на пару дней. Папа заедет за мной, мне очень нужно повидать маму, поесть супа и получить дозу сочувствия.

– Звучит заманчиво!

– Как все прошло?

– Хорошо, – ответила Эстель. Она была не в настроении рассказывать Джинни обо всех своих приключениях.

Без сомнения, они наверняка обсудят все с Гордоном, ведь они болтают обо всем на свете. Эстель еще злилась на Джинни за то, что та рассказала Гордону о ее девственности, но Джинни болела, и Эстель решила отчитать ее позже.

– Гордон замечательный!

– Я говорила – тебе не о чем волноваться.

– Я без сил, – призналась Эстель. – Почему ты не предупредила, что у Гордона проблемы с дыханием? Я до смерти напугалась, когда увидела его аппарат для вентиляции легких.

Джинни рассмеялась:

– Честно говоря, я и забыла. Звонил твой брат. Несколько раз.

Тут зазвонил телефон. Это был Эндрю. Он сообщил, что все еще не нашел работу.

– Ты обязательно что-нибудь найдешь.

В голосе брата слышалось отчаяние.

– Не знаю, что делать, Эстель. Я попросил родителей Аманды, может, они смогут помочь…

Его голос дрогнул. Эстель отлично знала, что Эндрю пришлось переступить через свою гордость.

– Но они не смогли…

Эстель чувствовала, как растет его отчаяние.

– Ты что-нибудь найдешь, – повторила она, стараясь говорить убедительно. – Тебе просто нужно продолжать искать.

– Я знаю. – Эндрю тяжело вздохнул. – Ну, хватит обо мне, – сказал он. – Джинни рассказала, что ты была в Шотландии. Что ты там делала?

– Ездила на свадьбу.

– На чью?

– Завтра расскажу.

– Завтра?

Эстель не знала, как сказать брату, что у нее есть для него деньги. К тому же она понимала, что, выплатив его ипотеку за месяц, она лишь на время облегчит его трудности. Она была рада тому, что Джинни уезжает на пару дней: можно будет спокойно все взвесить и обдумать.

Может, ей взять академический отпуск, переехать к Эндрю и Аманде, платить им аренду за комнату и помогать присматривать за Сесилией? Может, она даже примет предложение Гордона… Да, хорошо, что Джинни уезжает, потому что ей нужно как следует подумать.

– Эстель, еще раз спасибо, что подменила меня вчера! Отец уже приехал за мной. Пока! – сказала Джинни, взяла сумку и вышла из дома.

Джинни плохо себя чувствовала из-за того, что накануне приняла много лекарств, и не обратила внимания на дорогой автомобиль, припаркованный неподалеку.

Но Рауль ее заметил. Он нахмурился: Вирджиния, девушка, которая постоянно сопровождала Гордона, села в машину к другому пожилому мужчине. После того, что рассказал ему отец, Рауля вряд ли что-то могло удивить, но сейчас он испытывал странное разочарование. Нет. Ему это совсем не нравилось! Тогда он вообразил более приятный вариант развития событий: Эстель встретила Гордона вовсе не «У Дарио». Наверное, они с Вирджинией работают на одно агентство.

Рауль напомнил себе, что ему нужна сильная женщина, та, что сможет разграничить чувства и секс, та, которая поймет, что его предложение коммерческое, а не романтическое.

Однако костяшки его пальцев побелели, когда он схватился за руль. Со вчерашнего вечера Раулю было некомфортно при одной только мысли о том, что Эстель с Гордоном.

С ним Эстель было бы гораздо лучше.

Не слишком ли он высокомерен? Рауль нервничал, поднимаясь к дому по дорожке. Может, и так, но он был твердо уверен в своей правоте.