"Фабрика слез" - Вера и Марина Воробей

– Симонян, Карташева, Савельева, Марченко, Андреева, Крик! – Молоденькая ассистентка выкрикивала фамилии девушек.

На этот раз участниц кастинга вызывали поименно, по шесть человек.

– Проходите, присаживайтесь. – Игорь указал рукой на шесть стульев, выставленных вдоль стены.

«Хорошо хоть, стулья догадались поставить, – удовлетворенно отметила про себя Каркуша. – Интересно, а куда эта старушка подевалась, Анна Павловна?»

За длинным столом, накрытым темно-синей скатертью, теперь сидели двое – Игорь и толстяк Федор Михайлович.

Вначале девушек попросили встать и прогуляться парами по комнате. При всей кажущейся на первый взгляд легкости этого задания справились с ним не все. Пара подруг – высокие, чем-то похожие друг на друга девушки с распущенными волосами – явно не знала, куда им деть руки и как идти так, чтобы со стороны это выглядело красиво. Вероятно, поэтому они начали вдруг громко хихикать и толкать друг дружку.

– Савельева и Марченко, – обратился к ним Федор Михайлович, – подойдите к столу. Остальные продолжают прогулку.

Невольно прислушиваясь к тому, что говорилось за столом, Каркуша, потянув Клаву за руку, замедлила шаг.

– Не спеши, – шепнула она на ухо подруге. – Давай прохаживаться медленно.

– Не замедляем темпа, – будто подслушав ее, прогнусавил толстяк. – То есть как не читала? – Вопрос был обращен либо к Савельевой, либо к Марченко.

Вскоре обе девушки, опустив головы, покинули комнату.

– Стоп! – хлопнул в ладоши Игорь. – Можете занять свои места.

– Симонян и Карташева… – Он заглянул в лежащий перед ним листок. – Аня и Марина… У комиссии по поводу вашей пары возникли сомнения. Нас насторожил ответ Марины, когда ее в прошлый раз спросили, зачем она пришла на кастинг… Марина сказала, что месяц назад пыталась покончить с собой из-за несчастной любви и именно по этой причине решила принять участие в нашем шоу, чтобы, так сказать, отвлечься от грустных мыслей. Мы направили Марину на консультацию к нашему психологу. Его ответ оказался неутешительным. Побеседовав с Мариной, психолог пришел к выводу, что у нее неуравновешенная психика. Дело в том, что наше шоу… оно не совсем обычное, и поэтому нам нужны уравновешенные девушки с максимально здоровой психикой. Поэтому, Марина, мы не можем тебя взять, а следовательно, и тебя, Аня…

– Блин! – взорвалась Аня. – Вечно ты всех подставляешь! – чуть не плакала она. – Ну кто тебя за язык тянул? Подумаешь, чикнула себе по руке бритвой! Да вы не слушайте ее! – Аня подскочила к столу. – Ни с кем она покончить не пыталась! Я видела ее руку на следующий день! Царапина еле заметная там была, вот и все! Если бы она мне не показала, я бы и не увидела даже! Возьмите нас! Чего ты молчишь? – Она обернулась к подруге. – Скажи, что это все были твои обычные понты!

– Симонян и Карташева, – чуть повысил голос Игорь. – Вы свободны. Всего хорошего.

Ни слова больше не сказав, Аня метнулась к двери. Мгновение спустя Марина поднялась и демонстративно медленно проследовала за подругой.

– Девчонки, – обратился Игорь к Каркуше и Клаве, когда дверь за Мариной закрылась. – Мы вас берем.

Каркушино сердце радостно подпрыгнуло. На лице Клавы появилась едва заметная улыбка.

– Это однозначно, – продолжал Игорь. – Перед тем как вы подпишете контракт, нам бы хотелось узнать о причинах, которые привели вас на кастинг. Только, пожалуйста, говорите правду, – сказав это, Игорь так выразительно взглянул на Каркушу своими голубыми, далеко посаженными друг от друга глазами, что у той даже мурашки по спине пробежали.

Не дав себе времени на раздумья, она решительно произнесла:

– Это моя идея. Это я уговорила Клаву мне помочь… Но я бы не стала ничего этого делать, если бы не мой парень…

– В каком смысле? Твой парень тоже хотел пойти на кастинг?

– Не только хотел, но и пошел, и успешно прошел первый тур.

– Да?! – Игорь невероятно оживился и, отбросив в сторону ручку, подался вперед всем корпусом. – Как его имя и фамилия?

– Роман Березин, у него еще косичка такая сзади…

– Федя, ты помнишь такого? – Игорь посмотрел на своего коллегу.

– Сейчас поглядим, – пропищал тот и принялся рыться в каких-то бумагах, кучей сваленных на столе справа от него.

Тем временем Игорь продолжал интересоваться:

– А почему же вы сразу об этом не сказали?

– Нас никто не спрашивал, – нашлась Каркуша.

– Понятно, – неопределенно протянул Игорь, и тут Федор Михайлович, толкнув его в бок, объявил: