Большие девочки не плачут - Франческа Клементис

Все почувствовали, что сейчас последует «но».

— Но вчера вечером мне пришло в голову, что по-настоящему-то мы так и не изучили возможности унифицированного подхода, направленного на то общее, что сплачивает современную пару. Если мужчин и женщин все-таки объединяют финансовые проблемы и домашняя работа, тогда почему бы не предположить, что у представителей обоих полов одни и те же требования к чистоте, что и тем и другим не нравится одно и то же, что и те и другие боятся домашнего рабства.

Давайте не будем снисходительно относиться к женщинам, полагая, будто их надо меньше убеждать в чем-то, раз уж генетически они предрасположены к нудной работе. И не будем обижать мужчин, многие из которых позаботились о себе и о своих квартирах, позаимствовав домашние советы из телесериала «Мужчины, которые плохо себя ведут», так четко там сформулированные.

Будем говорить прямо — у всех нас, здесь собравшихся, молодых, свободных и одиноких мужчин и женщин, связанных узами или уже нет, есть нечто общее. И что же это?

— Нам всем интересно узнать, к чему вы, черт возьми, клоните? — нетерпеливо выкрикнул младший менеджер. Высказавшись столь бесцеремонно в первый и последний раз, он навсегда закрыл для себя дорогу в отдел объявления вакансий, к чему неизменно стремился.

Энди беззлобно рассмеялся над младшим администратором. Тот был раздавлен могильной тишиной, последовавшей за невеселым оживлением.

— Очень смешно. Позвольте мне ответить на этот вопрос, прежде чем кто-то еще попытается осчастливить нас не очень-то хорошо обдуманной репликой с места. Секс. Вот что у нас общего. Мы думаем о нем, ищем его, получаем, если повезет.

Он сделал паузу, ожидая, что все рассмеются; кое-кто из мужчин оправдал его ожидания, но ни одна из женщин не улыбнулась.

— Это общий знаменатель, из тех, которые уже давно эксплуатируются бессчетным числом других потребительских товаров.

Тогда почему же рынок чистящих средств не сделает этот скачок в новое тысячелетие? Почему мы не можем сделать домашнюю работу сексуальной?

Никто не осмелился отвечать. Никто не стал строить догадки в области, где Энди был силен. Все знали, какая упорная борьба велась между ним и Мариной, и потому старались держаться в стороне, пока результат не станет очевиден. Лишь два человека могли безопасно вмешаться в эту дискуссию: Пол Джером, потому что это был его продукт, и Рик Гиффорд, потому что это было его агентство.

Первым заговорил Рик.

— У нас уже были мужчина и женщина, обменивающиеся роковыми взглядами, стоя перед раковиной. Есть что-то новенькое?

Энди улыбнулся.

— Это ненастоящий секс. Я говорю о самой начинке мужской и женской фантазий. О похоти. О тайных желаниях…

Рик перебил его.

— Не открывать же все секреты нашей работы.

Энди покачал головой.

— Я не о кухне говорю. У меня есть еще один вопрос ко всем. Что можно поставить в один ряд с сексом?

— Машины.

Ответ соскочил с губ младшего администратора, прежде чем он успел остановить себя. К счастью для него, ответ был правильным. Энди с восторгом ткнул пальцем в сторону незадачливого молодого человека.

— Именно! Машины. И речь не только о мужчинах. В последнем номере «Рекламы сегодня» опубликованы результаты исследования, которое доказывает, что современные женщины не меньше интересуются машинами, чем мужчины. Машины. Теперь ясно? Машины — это то, что их объединяет.

Никому ничего не было ясно. Какая связь между сексом, машинами и средством для мытья окон?

Энди стал показывать слайды. На них были запечатлены в последовательности сцены, снятые вокруг Лондона и на некоторых самых оживленных городских перекрестках. Аудитория была еще более озадачена. Перед ними предстала далеко не сексуальная, самая непривлекательная группа горожан — мойщики ветровых стекол. Энди передалось недовольство оказавшихся под прицелом камеры автомобилистов, втянутых в неприятный процесс мытья ветровых стекол группой юношей-самозванцев.

— Очень сексуально, — пробормотал кто-то.

Энди перестал показывать слайды.

— Простите, кто-то что-то сказал?

Ответа не последовало. Мысль о том, что нужно доказывать свою правоту, подавляла всякое желание участвовать в дискуссии, обреченной на неудачу.

Энди улыбнулся.

— Что ж, кто бы это ни сказал, он прав. Нет ничего сексуального в том, что какой-то хулиган швыряет замызганную мокрую губку на ветровое стекло машины и видит, как по стеклу струйками стекает грязь. Однако я скажу вам, что тут сексуально… вернее, покажу.

Он начал показывать слайды сначала, и собравшиеся тотчас оживились. Их глазам предстали мастерски поставленные кадры — до порнографии один небольшой шаг. Девушки с третьей страницы[8]прижимались своими драгоценными грудями к намыленным ветровым стеклам. Они стирали пену, из-за которой появлялись счастливые, как космонавты, водители. Мужчины опускали боковые стекла, стройная девушка залезала в рюкзак с логотипом фирмы и вручала счастливому автомобилисту бесплатный образец «Спарклиз». Маленькая бутылочка совершенной формы передавалась точно сексуальная услуга в ответ на улыбку, которую редко увидишь на лице мужчины, которому только что дали какое-то там средство для чистки стекол.

Женщины неловко заерзали на стульях. Точно по сигналу, появились другие экранные образы. На этот раз автомобилистами были женщины. А полуобнаженные девушки, фотографии которых украшают третьи страницы бульварных изданий, превратились в несостоявшихся стриптизеров с идеальными чертами лица и мышцами живота, перекатывающимися точно песчаные дюны. Мужчины, собравшиеся в комнате для совещаний, снисходительно улыбались этой подачке в сторону женщин. На женщин-коллег они смотрели с едва скрываемыми усмешками, точно школьники, подсматривающие в замочную скважину.

Такой реакции со стороны женщин Энди не ожидал. На их лицах было написано напряженное терпение, точно кто-то попытался вывести их из себя. Они выглядели раздраженными. Им было скучно. И вместе с тем они делали вид, что все это их забавляет.

Энди, как и многим мужчинам, приходилось видеть, как растет число женщин, с интересом наблюдающих мужской стриптиз, и он совершенно не понимал, что происходит. Он наивно полагал, что они безудержно и страстно кричат при виде обнаженных тел (к несчастью, не поддержанных) незнакомых мужчин. Он не понимал, что они не кричат, а заходятся от смеха в истерике. Он был введен в заблуждение рекламными проспектами, в которых эксплуатируются накачанные неулыбчивые юноши-мужчины, соблазняющие как служащих, так и домашних работниц на покупки, которые те уже сделали. Он совершенно упустил из виду тот факт, что сами проспекты были сделаны мужчинами, и потому их посылка абсолютно ошибочна.