Долгая дорога к счастью - Карла Кэссиди

Элизабет снова засмеялась, потом вдруг замолкла, и он почувствовал на себе ее взгляд.

— А почему ты до сих пор не женился?

«Потому что женщина, которую я хотел, вышла замуж за моего брата», — подумалось вдруг ему, но он тут же отогнал прочь неприятную мысль.

— Не знаю... Наверное, я слишком много времени уделял бизнесу. У меня не было ни минутки на личную жизнь. Кроме того, я считал, что мне лучше оставаться одному.

— Никому еще не становилось лучше от одиночества, — мягко возразила Элизабет.

Он быстро взглянул на нее.

— О чем это ты? И кстати, почему ты сама до сих пор повторно не вышла замуж?

Элизабет сухо рассмеялась.

— А разве у меня было на это время? Кроме того, я не одна. У меня есть Эндрю. Работа и возня с Эндрю отнимают все силы.

Тэлбот вновь сосредоточился на дороге. Они уже подъезжали к Канзас-Сити, и движение на автостраде стало более интенсивным. Его так и подмывало убедить ее в том, что ребенок, скрашивающий ее одиночество, никогда не сможет заменить любящего мужчину.

Однако вместо того, чтобы затевать новый спор, оба надолго замолчали. Тэлбот целиком сконцентрировался на управлении автомобилем, стараясь не столкнуться с другими машинами, до предела запрудившими шоссе.

Всем женщинам, с которыми Тэлбот когда-либо встречался, было нужно одно — его деньги. Но если бы дело коснулось Элизабет, то, как он подчас смутно думал, ей бы понадобилось от него совсем другое.

Дорожная авария, унесшая жизнь его собственных родителей, в считанные секунды отняла у него мать. Его отец умер два дня спустя, в больнице. «Обещай мне... — с трудом шептал он, когда Тэлбот, сжав его руку в своих ладонях, умолял его не умирать, — обещай мне всегда заботиться о Ричарде. Он не такой сильный, как ты».

И Тэлбот пообещал. Он уже давно привык считать себя не старшим братом Ричарда, а его отцом.

Он притормозил возле ее дома и заглушил двигатель, слегка удивленный острым чувством разочарования, которое вдруг его охватило.

— Надо полагать, наши приключения закончились, — едва слышно проговорил Тэлбот.

— Я тоже так думаю.

На какой-то момент ему показалось, что он уловил в ее голосе нотки сожаления.

— Зайдешь к нам?..

— Нет, мне нужно возвращаться домой, а тебе — обсудить все с Ричардом, — сказал Тэлбот и, почувствовав, как затекли ноги, вылез из машины и помог выбраться Элизабет. Потом взял ее чемоданчик, лежавший на заднем сиденье, и проводил молодую женщину до дверей дома.

— Спасибо, что заботился обо мне все это время, Тэлбот, — поблагодарила Элизабет.

Он принужденно улыбнулся.

— Я весьма скверно о тебе заботился. Держу пари, если бы мы провели с тобой в лесу целую неделю, ты бы наконец сумела это понять.

— Ну, по крайней мере я была не одна... и кто-то был рядом во мраке ночи. — Ее щеки залил легкий румянец.

И Тэлбот, проклиная себя, с трудом удержался, чтобы не протянуть руку и не провести пальцами по ее щеке. Где-то глубоко внутри вновь напомнила о себе нестерпимая боль. Ему вновь, как и несчетное количество раз прежде, отчаянно хотелось к ней прикоснуться.

— Пожалуйста, скажи Ричарду, что я хотел бы увидеться с ним в Морнин-Вью.

Тэлбот подался вперед, чтобы запечатлеть на ее щеке ни к чему не обязывающий легкий поцелуй.

Он не был уверен в том, что случилось — может, он не рассчитал траекторию наклона или Элизабет не так повернула голову, — но внезапно ее губы прикоснулись к его губам.

И хотя этот поцелуй был не более чем легким прикосновением губ, Элизабет почувствовала себя так, будто ее тело пронзил электрический разряд. Рот Тэлбота, обычно крепко сжатый, всегда придававший его лицу строгое и неумолимое выражение, оказался мягким и чувственным, отчего ее охватил жар.

Однако, прежде чем Элизабет успела что-то произнести, Тэлбот повернулся и поспешно покинул ее.

Глядя, как Тэлбот садится в автомобиль, она прикоснулась к тому месту на губах, где осталась неизгладимая печать от его губ.

Он поцеловал ее. Тэлбот Маккарти поцеловал ее. Думал ли он о том, что делает? Что побудило его совершить такой дерзкий поступок?

Его автомобиль уже скрылся в потоке машин, а Элизабет все никак не могла опомниться, в который раз прокручивая в мозгу то, что произошло.

Этот поцелуй стал для нее полной неожиданностью. Но гораздо больше ее смущало то, что в ее душе проснулось желание. Она безумно хотела, чтобы он целовал ее еще, еще и еще...

Впрочем, как только за дверью показался Эндрю, Элизабет тут же забыла о собственных переживаниях. Обняв сына, она поблагодарила небо за то, что они снова вместе.

— Элизабет, я так рад, что с тобой ничего не случилось, — воскликнул Ричард, поднимаясь с софы, чтобы поприветствовать ее. — А где Тэлбот?

— Он укатил в Морнин-Вью, — ответила она и добавила: — И еще он сказал, что хотел бы увидеться там с тобой. — После чего внимательно посмотрела на мужчину, который еще недавно был ее мужем.

В отличие от своего брата Ричард не принадлежал к числу тех мужчин, которые способны выдержать сильный удар и достойно ответить. Но он, несомненно, был мил, хотя и не всегда послушен, а его очаровательные карие глаза всегда искрились неподдельным энтузиазмом. Но эти глаза сейчас смотрели на нее очень серьезно.

— Папа приготовил жаркое, — бойко проговорил Эндрю, — с картошкой и морковью.

— В самом деле? — Элизабет удивленно уставилась на Ричарда. — Кто бы мог подумать, что ты умеешь готовить!

Ричард пожал плечами.

— Пока мы были вместе, Эндрю отказывался есть покупную пищу. Он любит домашнюю и чтобы была хорошо приготовлена.

Элизабет посмотрела на него, недоумевая: когда это Ричард успел так измениться?.. Этот мужчина, которого она знала десять лет, прежде никогда не беспокоился о том, что ест утром или в обед его собственный сын.

— Какие волшебные запахи, — наконец изрекла она и вдруг почувствовала голод. Ведь в последний раз она ела с Тэлботом, а это было довольно давно.

— Ужин готов. Мы ждали только тебя, — проговорил Ричард.

— Я быстро приму душ и тут же вернусь, — сказала Элизабет и направилась в ванную. Ричард состряпал жаркое, а Тэлбот поцеловал ее на прощание в губы... Это был самый странный день в ее жизни.

На секунду она засмотрелась на свое отражение в зеркале, удивленная тем, что поцелуй не оставил никаких следов на ее губах. Все, что у нее осталось, — это воспоминания, жгущие изнутри и подогревающие воображение.

Элизабет умылась, надеясь смыть с водой всякое воспоминание о Тэлботе и попутно успокоить сердце, колотившееся чересчур быстро. Почему он все-таки поцеловал ее? И, что еще важнее, почему она сама хотела этого поцелуя?