Долгая дорога к счастью - Карла Кэссиди

В эту минуту она вспомнила расхожее мнение о том, что когда двое людей знакомы достаточно давно, то в неожиданных ситуациях они могут совершать по отношению друг к другу необъяснимые поступки, никак не стыкующиеся с их обычным, устоявшимся поведением. Она слышала о друзьях, воспылавших друг к другу страстной любовью, если им вместе довелось оказаться в стрессовой ситуации.

Они с Тэлботом чуть не погибли, когда самолет так неудачно приземлился на верхушки молодых деревьев. Потом, затерявшись в лесу, провели вместе два дня и две ночи. Здесь, рядом с домом, закончилась их драма. И именно здесь Тэлбот, уставший и измотанный, не сдержался и поцеловал ее в губы. Скоропалительные выводы делать рано.

Элизабет вытерла лицо полотенцем, вышла из ванной и направилась на кухню, где Ричард и Эндрю уже сидели за столом.

Разговор за обедом протекал легко и приятно. Эндрю с гордостью сообщил, что успел излазить вдоль и поперек крохотный городишко Твин-Окс. Когда сын стал бойко рассказывать, как полез купаться в местный пруд, он радостно выкрикнул:

— А папа сказал, что иногда они с дядей заныривали очень глубоко!..

Элизабет безуспешно старалась избавиться от видения, которое не давало ей сейчас покоя: обнаженный Тэлбот с разбега ныряет в воду.

— Это, наверно, тот самый пруд, где сердитый фермер гонялся за папой и дядей с дробовиком?

— Это правда? — Эндрю встрепенулся, звякнул вилкой о тарелку и посмотрел на родителей.

Ричард удивленно покосился на Элизабет.

— Только Тэлбот мог рассказать тебе об этом.

— За те два дня, что мы продирались сквозь лес, мы о многом успели поговорить, — непринужденно объяснила она.

Это могло показаться смешным, но сейчас, поедая аппетитное жаркое, Элизабет неустанно думала об одном: она призналась Тэлботу, что боится темноты. А ведь прежде она никому об этом не говорила, даже Ричарду, с которым состояла в браке в течение девяти лет.

Усилием воли Элизабет сосредоточила свое внимание на Эндрю, который теперь звонким голоском рассказывал о том, что видел дом, где вырос его папа.

Элизабет, впрочем, было известно, что все Маккарти жили в Твин-Оксе, пока Тэлботу не исполнилось двадцать, а Ричарду — тринадцать.

К тому времени их отец, основавший маленькую фирму по сборке компьютеров, начал неплохо зарабатывать. Он построил для своей семьи роскошный особняк и вскоре перевез жену и детей туда.

Они прожили в новом доме чуть больше года, а потом Кейт и Мэгги Маккарти трагически погибли, возвращаясь из деловой поездки...

Чуть позднее, когда обед закончился и Эндрю уже мирно посапывал в своей кровати, Элизабет и Ричард вновь уселись за стол, чтобы выпить кофе.

— Ты что-то чересчур тихий сегодня, — заметила Элизабет. — Скажи, что тебя беспокоит?

Ричард молча размешивал ложкой сахар, на его лбу прорезалась глубокая складка.

— Мне о многом нужно с тобой поговорить. — Он отложил ложку и тяжело вздохнул.

Мрачное предчувствие охватило Элизабет. Она никогда не видела Ричарда таким серьезным и напряженным.

— В чем дело, Ричард? Что стряслось?

Он, казалось, тщательно обдумывал каждое слово, прежде чем его произнести.

— За прошедшие два месяца у меня возникло немало неприятных проблем, и главная из них та, что у меня катастрофически быстро портится зрение. Я сначала думал, что мне помогут очки, но, когда я побывал у окулиста, он у меня ничего не обнаружил.

Элизабет не спускала с бывшего мужа встревоженный взгляд. Ричард машинально нащупал ложку и вновь стал помешивать кофе в чашке. Она вдруг заметила, как мягко и осторожно двигаются его пальцы и как неловко он выронил ложку на стол.

— Ричард, ты пугаешь меня, — сказала наконец Элизабет и накрыла его руку своей ладонью. — Ты же всегда уверял, что у тебя превосходный глазомер и со зрением все в порядке. Что могло случиться?

— У меня опухоль.

Его слова повисли в воздухе.

— Опухоль мозга.

Элизабет так и не догадалась, чьи пальцы сейчас задрожали — его или ее собственные. Ее душу захлестнули переживания, в горле вырос комок. Но в ту же секунду она поняла, что только от нее он сможет почерпнуть силы для борьбы с болезнью.

Элизабет проглотила комок в горле и вновь обрела контроль над собой.

— Ты говорил об этом Тэлботу?

Ричард опустил голову.

— Еще нет. Я собираюсь сказать ему сегодня вечером, когда вернусь домой.

— Хорошо. — Она сняла свою ладонь с его дрожащих пальцев и решительно продолжила: — Ну ладно, допустим, у тебя опухоль мозга. И каков прогноз?

— Если я ничего не предприму... она, скорее всего, убьет меня. — Ричард поднялся со стула, потому что больше не мог сидеть спокойно. С минуту он ходил перед Элизабет, потом остановился и посмотрел на нее.

Где-то глубоко в его глазах она вдруг увидела страх. Несмотря на то, что они развелись, вопреки тому, что Ричард так и не стал тем мужчиной, о котором она втайне мечтала, и невзирая на то, что за время их супружества она не раз плакала из-за него, Элизабет сейчас почувствовала неподдельное беспокойство. Ричард все еще занимал большое место в ее сердце. Он навсегда останется отцом ее сына и только по одной этой причине она не позволит ему сдаться.

— Доктор считает, что необходимо хирургическое вмешательство, — продолжил Ричард. — Как он полагает, опухоль расположена в таком месте, где до нее довольно легко добраться.

— Тогда тебе нужно поскорее решиться на операцию, — сказала Элизабет с непривычной даже для нее уверенностью.

— Тебе легко говорить. Он же не твою голову будет резать!..

— Насколько я поняла, операция — твой единственный шанс, — отрезала Элизабет. Она встала и снова взяла его за руку. — Ричард, самое лучшее в данной ситуации — сделать то, что рекомендует доктор. Подумай об Эндрю. Ему ведь нужен отец.

— О да, какой-то отец обязательно должен быть... — В его голосе прозвучало раздражение.

— Ты всегда был хорошим отцом, — возразила она.

Он натянуто улыбнулся, понимая, что Элизабет проявила великодушие. От его улыбки она вдруг почувствовала себя тепло и уютно.

— Я хороший отец лишь тогда, когда вспоминаю о своем отцовстве...

Она кивнула и с трудом проглотила комок в горле.

— И поэтому ты просто обязан согласиться на операцию...

— Я знаю. И готов к ней. Я о многом передумал, когда мне сообщили диагноз. — И он опять улыбнулся ей своей задорной мальчишеской улыбкой. — Нет ничего полезнее опухоли в мозгу, если нужно заставить человека пересмотреть его жизненные ценности.

Элизабет лишь грустно улыбнулась в ответ.

— Я проводил мало времени с Эндрю. Я не говорил с ним о многих вещах, которые ему уже пора знать, особенно о том, что ему может сказать только отец. Я вдруг остро почувствовал, что у меня больше не будет для этого времени.