Ее избранник - Карен Роуз Смит

В постель. Вместе с мужем. Окончательно закрепить и подтвердить клятвы, данные этим вечером.

— Хорошо.

Ив принялась снимать фату и запуталась. Хантер отцепил непослушный крючок и спросил охрипшим голосом:

— Тебе помочь с платьем?

Ив знала: от ее ответа зависит, что произойдет дальше. По ее тону Хантер поймет, хочет она отдаться ему или нет.

— Да, пожалуйста. Ты не мог бы расстегнуть пуговицы сзади?

Лазурь его глаз своей глубиной и таинственностью напоминала воды океана. Ив хотелось бы понять, что там. Может, не только желание?

— Повернись, — велел Хантер.

Он принялся расстегивать платье, его пальцы обжигали. Ив задрожала. Хантер расстегнул третью пуговицу… четвертую… а потом его губы скользнули по ее шее, и дыхание Ив пресеклось. Он осыпал ее затылок поцелуями, а Ив все было мало.

Наконец платье упало на пол, образовав у ее ног пышное белоснежное облачко. Ив повернулась, и Хантер, сжав ее в объятиях, прильнул к ее рту с пылом, которого она даже не могла себе представить. Потом он подхватил жену на руки и понес в постель.

Он положил Ив на подушки и принялся расстегивать пуговицы на своей рубашке. Она стала помогать ему. Когда ее ладони коснулись груди Хантера, он с шумом втянул воздух, и Ив ощутила, как забилось его сердце. Они смотрели друг другу в глаза, долго, внимательно, и Ив показалось, что она прочла во взгляде Хантера жажду не только телесной, но и просто человеческой близости.

Они помогли друг другу избавиться от одежды, и тогда Хантер окинул ее голодным взглядом, провел рукой по волосам и выдохнул:

— Ты такая красивая.

— Ты тоже, — прошептала Ив.

Она хотела дать понять мужу, что не боится ответить ему равной страстью, равным пылом. Хантер был ее первым и единственным мужчиной, но сейчас неподходящее время для подобных откровений. Тонкую ниточку, хрупкую связь, возникшую между ними, может порвать, разрушить любое неловкое движение, любое неосторожное слово.

— Я не хочу торопить тебя, Ив. Если ты не готова…

— Я хочу быть твоей женой… по-настоящему… я готова.

И тогда он склонился к ней и стал целовать с такой властностью, что все внутри Ив откликнулось на его призыв. Она ласкала спину Хантера, наслаждаясь его физическим совершенством. Она помнила это чувство… Как часто она грезила о том, чтобы однажды снова испытать его… и внезапно поняла — почему.

Она все это время продолжала любить Хантера Коулберна.

Это было как озарение, как вспышка молнии. А что, если Хантер безразличен к ней? Если не может простить ее ошибку пятилетней давности? Что, если он навсегда останется для нее чужим человеком?

Но сейчас он не был чужим. В его глазах полыхало желание, и Ив, словно загипнотизированная, не могла оторвать взгляда от Хантера. А он ласкал ее до тех пор, пока Ив не задрожала от сладкой муки.

Его прикосновения сделали и ее более смелой. Она коснулась груди Хантера, потом ее рука скользнула ниже. Он застонал и хриплым от страсти голосом произнес:

— Ив, я так долго не выдержу, и если ты не хочешь торопиться…

— А если я хочу поторопиться? — с лукавой застенчивостью спросила она.

Хантер внимательно посмотрел на нее.

— Я хочу, чтобы тебе было приятно.

— Мне будет приятно, — уверила его Ив.

— О чем ты думаешь? — спросил он.

— О том, что хочу доставить тебе удовольствие.

— Ты доставляешь мне огромное удовольствие, — ответил Хантер и добавил с грубоватой и такой возбуждающей откровенностью: — Я хочу тебя.

— Я тоже хочу тебя, — прошептала Ив.

И тогда они слились воедино, и Ив начала взбираться на вершину, которой однажды уже достигла. Наслаждение, эротическое удовольствие накатывали на нее волна за волной, а потом Ив услышала, как Хантер произнес ее имя с таким глубоким чувством, что слезы полились из ее глаза.

И мир взорвался вокруг них.

Как отдать ему сердце, зная, что Хантер может разбить его? Ведь семья для него важнее, чем она, Ив.

И что он скажет, когда узнает, что они потеряли ребенка?

Но ответы на эти вопросы она будет искать завтра.

А этой ночью она просто хочет быть с ним и верить, что он хочет быть с ней.