Только ты - Джейн Харри

— Дай я посмотрю, — сказал Гарри и внимательно ощупал поврежденное место. Они сидели в его укрытии на дереве, поблизости, как обычно, никого не было. — Попробую вытащить ее. Но будет больно. Ты сможешь потерпеть?

Она молча кивнула. Ей и так уже было очень больно, но, если она покажет ему свою слабость, вдруг в следующий раз он не захочет взять ее с собой. И никогда больше не позволит наблюдать в бинокль за птицами и кроликами. И не покажет, как рисовать фломастерами деревья и цветы.

Он раскрыл старую жестяную коробку из-под печенья, которая всегда казалась ей настоящей сокровищницей — ведь там лежали компас, бинокль, фломастеры, карандаши, потрясающий ножик, со множеством лезвий и пинцет.

Гарри ловко и быстро извлек занозу. Она не проронила ни звука, но ее глаза наполнились слезами. Он посмотрел на нее, его тонкое лицо смягчилось:

— Ты так храбро держалась. Молодец!

Губы Стефании затрепетали в улыбке.

— И все-таки надо промыть ранку и смазать ее йодом. — Он достал из кармана джинсов чистый носовой платок и перевязал ее колено. — Отправляйся лучше домой и покажи ранку маме. — Увидев ее разочарование, Гарри добавил: — И не смотри на меня так, словно я тебя обидел. Ты можешь прийти сюда в другой раз. Вместе со мной. — Он ласково прикоснулся к ее щеке.

— Боже мой! — прошептала Стефания, ощупывая подлокотник кресла. — Я, кажется, задремала. — Она оглядела гостиную мутными глазами. Как странно, что эти воспоминания всплыли в ее памяти именно сейчас!

Вот именно «всплыли», подумала она и тряхнула головой, чтобы прийти в себя. Потом медленно приподняла полу юбки и посмотрела на едва заметный шрам на коленке. Он так давно присутствовал на ее теле, что она перестала замечать его. И вот память вынесла на поверхность тот день, когда он появился.

Я знаю, почему забыла обо всем этом, подумала она. Потому что, когда я в следующий раз пришла в Корнуэлл-Хаус, там был Армандо. И все изменилось. Убежище на дереве превратилось из сказочного тайника в ночной кошмар. А Гарри не только перестал быть моим другом, а превратился из героя во врага. Боль от занозы впоследствии покажется пустяком по сравнению с той болью, которую ей причинит Гарри. Но и теперь, с горечью подумала она, еще не все наши счета, оказывается, сведены.

Она встала, поежившись, и почувствовала, что нетвердо стоит на ногах. Было холодно и темно. Может, я простудилась? — подумала она. Вот меня и лихорадит.

Двигаясь на ощупь, она зажгла лампы и собралась задернуть занавески на окнах. В это мгновение у входной двери раздался мелодичный звук колокольчика. Она замерла, во рту у нее пересохло, сердце бешено застучало.

Если бы, она не включила этот чертов свет, можно было сделать вид, что никого нет дома. А теперь она вынуждена спуститься в холл и открыть дверь.

— Добрый вечер, — сказал Гарри. — Я получил твое сообщение. Можно войти?

— Чего ты хочешь? — Она поежилась, обхватив плечи руками.

— Я сам думал задать тебе этот вопрос. Ведь это ты мне звонила…

— Да-да. — Стефания с трудом сглотнула. — Я действительно тебе звонила. А ты, я вижу, не теряешь времени даром. — Она прислонилась к дверному косяку.

— Ты не очень-то гостеприимна, дорогая. — Гарри изучающе посмотрел на нее. — Ты что, еще не пришла к решению?

Несмотря, на чувство полной беспомощности и незащищенности, она приняла надменный вид.

— Я принимаю твое предложение.

— В этом я не сомневался.

— Это очень низко с твоей стороны — демонстрировать, мне свою победу надо мной же, — почти прошипела она, ненавидя его всей душой.

— Ну, до полной победы еще далеко, — иронично улыбнулся он. — Похоже, ты собираешься дать мне интервью, стоя на пороге?

Она молча развернулась и пошла, пошатываясь, в гостиную. Чтобы удержать равновесие, ей пришлось прислониться несколько раз к стене. Гарри заметил это и протянул ей руку:

— Давай, я помогу тебе.

Она резко отшатнулась от протянутой руки.

— Оставь меня. Я способна самостоятельно передвигаться по собственному дому. — Стефания огляделась и увидела бутылку вина. — Не хочешь ли выпить стаканчик? — спросила она и налила себе полный бокал. — О, похоже, здесь почти ничего не осталось…

Гарри пристально смотрел на нее:

— Когда ты ела в последний раз? Она нахмурилась.

— Не помню, а тебе что за дело?

— Я всего лишь беспокоюсь о тебе, Стеффи.

— Беспокоишься? Это на тебя не похоже. Он рассмеялся.

— Просто пекусь о своих интересах в твоем лице, дорогая. Я совершенно не заинтересован в том, чтобы ты умерла голодной смертью прежде, чем мы совершим нашу сделку. — Гарри немного помолчал. — Скажи, пожалуйста, ты звонила в отель именно в этом состоянии?

— Не знаю, на что ты намекаешь. Я в совершенно нормальном состоянии.

— Ну что ж, — улыбнулся Гарри. — А не продолжить ли нам нашу дружескую беседу за чашечкой кофе? Я полагаю, кухня здесь рядом?

Стефания поплелась за ним следом, молча, наблюдая, как он включает плиту и насыпает растворимый кофе в чашки. Потом запоздало произнесла издевательским тоном:

— Распоряжайся по-хозяйски, будь как дома.

— Спасибо. — Он слегка улыбнулся, бросив взгляд в ее сторону.

— Что тебе, собственно, здесь нужно? — решительно потребовала ясности Стефания.

— Я понял, что нам нужно обсудить кое-какие важные детали. Но это станет возможным, когда ты придешь в нормальное состояние.

— Я не пьяна, — запротестовала она.

— Нет-нет. Только немного спотыкаешься на ровном месте. Я бы предпочел, чтобы ты ходила прямо.

— И твое желание, конечно, превыше всего!

— Рад, что ты с этим уже примирилась. — Он протянул ей чашку с дымящимся кофе. — А у тебя есть в доме яйца?

— Нет, — ответила она. — Ты забыл, что я жила в Корнуэлл-Хаусе?

— Как же я мог забыть! — протянул Гарри. — Ну, ничего, я сейчас позвоню во французский ресторан на Маркет-стрит, они пришлют нам чего-нибудь перекусить.

— Если ты имеешь в виду ресторан Мейсона, то там не дают еду на вынос, — сказала Стефания.

— Не волнуйся, я с ними договорюсь. Первый глоток крепкого кофе сразу освежил ее голову, а второй окончательно привел в чувство. Она приободрилась.

— Тебе не пришла в голову мысль, что я могу не захотеть с тобой ужинать?

— Приходила. Но я решил проигнорировать этот вариант. Ведь нам надо когда-то сделать первый шаг. А чем скорее, тем лучше.

Она поставила чашку на стол.

— Ты сказал «первый шаг». Что это значит?

— Я имею в виду ужин, — ответил он. — И больше ничего. В других обстоятельствах это можно было бы назвать свиданием.