Только ты - Джейн Харри

— Это что, дурная шутка? — оторопело спросила она.

— Разве, похоже, чтобы я смеялся?

Нет, подумала она, с вызовом глядя в его серые неподвижные глаза. Он абсолютно серьезен.

— Итак, ты всего лишь добавил оскорбление ко всему уже сделанному тобою. Время нисколько тебя не изменило. Ты, все такой же мерзавец, как прежде.

К ее удивлению, он рассмеялся.

— А я-то воображал себя рыцарем, примчавшимся к тебе на помощь.

— Очень галантно с твоей стороны.

— Нет, я всего лишь бизнесмен. У тебя тоже есть свое дело. Сейчас ты попала в полосу финансовых затруднений. Я же просто протягиваю тебе соломинку для спасения. — Его глаза скользнули по ее сжатым губам и последовали ниже, по направлению к груди.

— Не зря меня предупреждали, что с тобой надо быть настороже.

— Возможно, мое появление здесь произвело некоторое впечатление. Но еще более впечатляет величина твоего долга. Ты стоишь перед весьма серьезными проблемами. Стефания гордо выпрямилась.

— Я в состоянии справиться со своими проблемами без твоей «рыцарской помощи».

— В таком случае, желаю тебе удачи, — спокойно ответил Гарри. — Надеюсь, у тебя достаточно благоразумия не рассчитывать на банковский чек из Италии. Легче надеяться на выигрыш в национальной лотерее.

— Ты настоящая свинья! — вне себя от ярости выкрикнула она. — Ты уже получил все, что хотел, и наслаждаешься триумфом, не так ли?

— Мне придется немного подождать. Говорят, что месть — это блюдо, которое лучше есть в холодном виде.

— Надеюсь, что ты им подавишься. Дай мне пройти.

Гарри отодвинулся от двери.

— Можешь идти. Ты не заключенная, — холодно проронил он.

— И не собираюсь ею становиться.

— Уж не вообразила ли ты, что я намереваюсь держать тебя в цепях, как сексуальную рабыню? — В его голосе сквозили веселые нотки. — Богатое у тебя воображение, дорогая.

— Не смей смеяться надо мной. То, что ты мне предлагаешь, нельзя назвать нормальным.

— Напротив, в твоей жизни мало что изменится. Ты ведь и так живешь здесь. Ты получишь возможность расплатиться с долгами и закончить реконструкцию, доделать все, что задумала. Можно было бы приступить к работе прямо сейчас. Ты понадобишься мне как хозяйка, когда у меня будут гости.

— Только и всего? — иронически спросила Стефания.

— Нет, — ровно ответил он. — Моя деятельность требует частых поездок за границу. Рассчитываю, что ты будешь сопровождать меня. Не всегда, конечно.

— Наш разговор звучит просто фантастически.

— Прежде чем заключить любой договор, я обычно обсуждаю определяющие детали. Так вот, пока я буду отсутствовать, ты, будешь вольна делать все, что тебе заблагорассудится, — встречаться с друзьями, жить своей жизнью.

— Все это слишком похоже на сказку, чтобы быть правдой. А что мне предстоит делать, когда ты будешь возвращаться?

— Ты уже не маленькая девочка, Стефания. И не романтический подросток, мечтающий о первой любви.

— Ничто не заставит меня делать то, от чего может стошнить.

— Однажды, — медленно произнес он, — тебе это не показалось таким уж тошным.

— Что ты имеешь в виду? — Она оцепенела.

— Помнишь твой день рождения? Тебе тогда исполнилось восемнадцать, и казалось, что тысяча звезд, сияют в твоих глазах. Я поздравил тебя с днем рождения, и ты подставила мне губы для поцелуя. Или я что-нибудь перепутал?

Последовала долгая тяжелая пауза, потом она ответила:

— То была минутная слабость.

— Ага, — мягко сказал он, — значит, ты помнишь ту минуту?

Его глаза жадно впились в ее рот, и Стефания почувствовала, как ее кожа внезапно загорелась. Она безжалостно процедила сквозь зубы:

— А незадолго до этого, я узнала, что на самом деле ты — подлый воришка.

— Вот и хорошо, — задумчиво произнес Гарри. — По крайней мере, ни один из нас, вступая в связь, не будет иметь никаких иллюзий относительно другого. Мне кажется, это дает нам неплохой шанс.

— Как ты себе это представляешь? — Она отчаянно всплеснула руками, но тут же опустила их, чтобы не демонстрировать ему свою слабость, свое отчаяние. — Ты говоришь, что я смогу жить своей собственной жизнью, но это полная чепуха. Что это будет за жизнь, если всем станет известно, что я — твоя собственность!

— Вернись на землю! — сухо сказал он. — Ты не викторианская девственница, соблазненная злодеем эсквайром. Какое кому дело до того, как ты живешь?

— Это чертовски важно для меня самой! — огрызнулась она.

— Ты так не думала, продаваясь Армандо Манчини.

Внутри нее словно что-то взорвалось. С криком «ублюдок!", она хотела отвесить ему звонкую оплеуху, но его рука опередила ее намерение.

— Вижу, что время нисколько не сгладило твой темперамент. Спрячь свое пламя подальше, Стефания, и не рассчитывай на снисходительность к тебе, как к женщине. Это не поможет.

Она выдернула руку и в ярости прокричала:

— Я думала, что ты рассчитывал получить именно такой ответ. Купи, себе кого-нибудь посговорчивее для постели, а я посылаю тебя к черту!

Гарри невозмутимо пожал плечами.

— Это твоя привилегия, Стеффи. Что ж, иди. Пробуй найти пути, которые тебе больше понравятся. Но помни: все дороги приведут тебя ко мне.

— Тебе, видимо, нравится так думать, — ответила она. — Но уж если мне суждено пасть столь низко, я и тогда попытаюсь найти свой собственный путь.

— Как тебе будет угодно. — Он сделал паузу. — Мое предложение остается в силе. Но на все отпущено определенное время. Поэтому, если изменишь свое решение, не затягивай слишком долго. Позвони мне. Я остановился в отеле «Королевский».

— Ты ютишься в отеле? А я думала, что хозяин захочет занять свои новые апартаменты немедленно.