Рискованное пари - Джун Боултон

Сердце Оливера сжалось от дурного предчувствия.

– А зачем он тебе понадобился?

– У Человека-факела что-то с рукой. Возможно, сломал. Надо срочно отвезти его в больницу.

– Что? – Оливер взглянул на часы. До его встречи с Лесли оставалось чуть больше четверти часа. – Никуда я не поеду, у меня дела.

– У него перелом, понимаешь? – прокричал Питер, вскидывая руки.

Вместо сострадания, желания мгновенно что-то предпринять Оливер, к своему стыду, испытал лишь раздражение. Его друзья постоянно попадали в переделки, в основном исключительно по своей вине. Лишиться из-за них свидания с Лесли он просто не мог себе позволить.

– Где он? – спросил Оливер, почти не желая знать местонахождения своего горе-приятеля.

– У себя в комнате, – быстро проговорил Питер.

– У себя в комнате? И как же, черт возьми, его угораздило сломать руку в собственной комнате? – спросил Оливер, не скрывая злости.

– Несколько дней назад он помирился с Глэдис, – протараторил Питер. – А вчера они опять поссорились, по сути, из-за мелочи. Час назад она явилась к нему выяснять отношения, а когда он попытался успокоить ее – притянуть к себе и обнять, – толкнула его, понимаешь?

– Ни черта я не понимаю! – рявкнул Оливер. Бесконечно запутанные амурные отношения Руди с Глэдис, Карен и Эмили всегда казались ему неимоверно глупыми.

– Он пошатнулся и упал прямо на руку. Оливер, у него адская боль! Скорее вези его в больницу! Сейчас же!

Стиснув зубы, Оливер сжал кулак и ударил им по стене. Ему ничего не оставалось, как бежать за мотоциклом и спасать кретина, в сотый раз наступившего на одни и те же грабли.

– Пусть спускается! – бросил он через плечо, уже выходя в коридор. – И поживее!

Они отъехали от «Крамбли» без десяти семь. Лесли еще не вышла, и Оливер порадовался, что она не увидела его в компании стонущего Руди, заплаканной Глэдис и взъерошенного Питера.

Оливер мчался на предельно допустимой скорости, и ему в голову лезли идиотские мысли. Нет, думал он вовсе не о сидящем сзади и страдающим от боли друге. А вспоминал о тех случаях, когда по той или иной причине опаздывал на свидания к Энн и к другим девчонкам, которыми в свое время более или менее дорожил. Они неизменно обижались. Энн вообще устраивала скандалы, даже посылала его куда подальше, а потом целый вечер сидела в комнате и дулась.

Лесли не походила ни на одну из его прежних подружек и отличалась редкой душевностью, но была гордой и независимой. Наверняка она знала себе цену и вряд ли могла отнестись к его опозданию с пониманием. Он даже не надеялся увидеть ее, когда, оставив Руди у врача и попросив вызвать ему на обратный путь такси, понесся назад и затормозил у «Крамбли».

На мгновение он лишился дара речи, когда его взгляд упал на Лесли. Она сидела на зеленой траве напротив общежития и смотрела на него с лучезарной улыбкой. Ее лицо выражало полное спокойствие.

– Лесли! – Оливер поспешно слез с мотоцикла и снял шлем. – Ты… до сих пор меня ждешь? – Он взглянул на башенные часы: двадцать минут восьмого.

Лесли пожала плечами. Оливер только сейчас обратил на них внимание. Они у нее были покатые, удивительно женственные и изящные.

– Я подумала, у тебя что-то случилось. Решила подождать.

– Лесли… – выдохнул Оливер, подскакивая к ней и опускаясь на корточки, – спасибо тебе, у меня действительно кое-что случилось… – Ему захотелось тут же выложить ей все в подробностях, но он подумал, что она устала сидеть на одном месте, ожидая его. – Прогуляемся?

Лесли кивнула и с готовностью поднялась. Они направились через футбольное поле и баскетбольную площадку в душистый, величаво-торжественный в этот вечерний час сосновый лес.

– Я уже собрался спуститься, когда в комнату влетел мой сосед, – принялся несколько сбивчиво объяснять Оливер. У него путались мысли, благодарность к Лесли, восторг от ощущения ее близости смешивались в его душе с чувством вины и желанием поскорее эту вину загладить. – Понимаешь, у одного моего приятеля странная особенность… С самого первого курса он то сходится, то расстается с тремя девушками…

Лесли посмотрела на него, недоуменно сдвинув брови.

– Со всеми тремя одновременно? – спросила она.

Оливер только тут понял, что выразился довольно неточно, и рассмеялся, представив Человека-факела выслушивающим упреки трех своих возлюбленных в одно и то же время.

– Конечно нет. По очереди…

Он вдруг подумал, что Лесли, с ее чистотой и неиспорченностью, будет сложно уразуметь суть истории о сломанной руке Руди и принять его, Оливера, с дурацкими рассказами, идиотами друзьями и массой нелепых проблем. Однако, посмотрев в ее глаза, он не увидел в них и намека на осуждение. У него отлегло от сердца. Лесли словно парила над банальной повседневностью, далекая от зла, грехов и соблазнов и при этом готовая любому протянуть руку помощи, вникнуть в его переживания. Ему опять пришли на ум слова Мириам: «Она здорово умеет выслушать, все понять, принять тебя со всеми недостатками».

– И?..

Оливер вдруг поймал себя на том, что забыл, о чем рассказывал. Ему стало так неловко, что он даже покраснел.

Лесли улыбнулась, по-видимому обо всем догадавшись, и успокаивающе невозмутимым голосом напомнила:

– Ты остановился на том, что твой приятель встречается по очереди с тремя девушками. Я все ломаю голову, каким образом это связано с твоим сегодняшним приключением.

Оливер вздохнул. С ней было очень легко как ни с кем и никогда прежде!

– Так вот несколько дней назад Человек… гм… то есть Руди… Его зовут Руди…

– А человек? – полюбопытствовала Лесли, улыбаясь темными глазами. – Это прозвище?

Оливер улыбнулся. Она была необыкновенная. Неимоверно далекая и немыслимо близкая, чужая и родная, простая и таинственная, земная и возвышенная.

– Да, прозвище, – сказал он, чувствуя, что больше ничуть не смущается и готов рассказать ей все, как есть, не боясь быть непонятым. – Человек-факел.

Лесли засмеялась.

– Так его все стали называть после того, как парень, с которым он живет в комнате, увидел на комоде Руди стопку комиксов, – объяснил Оливер. – Несколько дней назад Руди опять помирился с одной из своих подружек, а сегодня у них вспыхнула ссора. Насколько я понял, этот болван попытался ее обнять, а она оттолкнула его. Он упал и сломал руку.

– Ничего себе! – Лесли вытянула губы трубочкой и покачала головой. У нее был умопомрачительный рот – алый, аппетитный. Оливер даже отвернулся, боясь увлечься фантазиями.

– Да, такая вот досадная история вышла, – сказал он, притворяясь, будто думает единственно о руке Человека-факела. – Я узнал об этом буквально за пятнадцать минут до нашей с тобой встречи. Мне пришлось везти Руди в городскую больницу. Если бы ты знала, как я переживал, что опоздаю!