Глаза весны - Уинифред Леннокс

Тут одна из кастрюль обиженно зашипела, папаша Кло встал и сердито взглянул на большие часы, висящие над плитой.

Гадкий суп, подумала Дженнифер. Теперь уже папаша Кло больше ничего не скажет. И надо же, на самом интересном месте!

– Какой суп ты будешь есть? – строго обратился к Дженнифер папаша Кло.

Отказываться было бесполезно.

– Мне все равно, если честно.

– Тогда на мое усмотрение.

– Ладно, только немного, пожалуйста, – покорно попросила Дженнифер, встала и направилась к мойке. Подставив руки под воду, она вдруг почувствовала огромное желание долго-долго мыться, чтобы очиститься от скверны всей этой истории.

– Ты правильно делаешь, что не упираешься, – довольно сказал папаша Кло, когда Дженнифер села за стол, и поставил перед ней благоухающую тарелку. – Ты перенервничала, наревелась, набегалась, теперь тебе надо поесть, захотеть спать и отправиться домой.

– Как вы думаете, – спросила Дженнифер, доедая суп, – тетя Элен меня теперь выгонит?

Папаша Кло улыбнулся и покачал головой.

– Вряд ли. Во-первых, не за что, а во-вторых, ей слишком нужны твои руки и фантазия. – Он ненадолго задумался. – 3а то, что убежала от разговора, – влетит, но это поделом.

– Спасибо, было вкусно, – поблагодарила Дженнифер, отодвинув тарелку.

– Может, еще? Или что-нибудь другое?

– Нет-нет, а то не дойду до дома от сытой усталости. Спасибо большое.

– На здоровье, детка. Теперь я за тебя более-менее спокоен, поскольку глубоко убежден, что трудно нервничать на сытый желудок. Теперь беги домой, а то скоро явится Фил и тебе придется все рассказывать и переживать с самого начала. Отдохни, а завтра постарайся наладить отношения с тетей Элен. Я думаю, она первая сделает шаг навстречу.

А ты будь умницей. Тебе ведь нравится работать с витриной?

– Да, очень.

– Тогда помни, что это для тебя самое главное, а эмоции со временем улягутся.

– Да. Спасибо, папаша Кло.

Дженнифер подошла к папаше Кло и поцеловала его в щеку. Старик просиял.

– Как славно! – донеслось от дверей.

На пороге стоял Фил и протирал очки.

– Сейчас будешь как следует протушен с луком за опоздание на полчаса, – проворчал папаша Кло. – Дженни передала мне кое-что от миссис Вейст и теперь убегает обратно на работу.

– Привет, Фил! – Дженнифер направилась к двери. – Я действительно не могу больше задерживаться.

Она хотела проскользнуть мимо него, но Фил поймал ее за локоть. Дженнифер низко опустила голову и попыталась освободиться.

– Мне показалось, что у тебя красные глаза. Ты плакала? Тебя обидели?

Дженнифер молча покачала головой.

– Сидел бы я здесь с кастрюлями, если бы кто-нибудь обидел Дженни, – пробурчал папаша Кло. – Сказали же тебе: спешит человек.

Дженнифер быстро выскочила за дверь. Она медленно шла по улице, медленно поднялась к себе. Действительно, сытость подействовала на нее умиротворяюще. Она опустилась в кресло в прихожей, двигаться было лень. Завтра надо извиниться перед тетей Элен, сказать, что я вдруг плохо себя почувствовала и немедленно вышла на воздух. Какая же я все-таки непрактичная – не удосужилась узнать ни адреса, ни телефона Виктории.

Ведь сейчас можно было бы у нее поинтересоваться, что делалось в магазине после моего бегства…

Робкий звонок в дверь оторвал ее от размышлений. Дженнифер нехотя пошла открывать. Только бы не Фил, подумала она. Говорить с ним сейчас – выше сил. Толькотолько полегчало после разговора с папой Кло – и вот все сначала.

Дженнифер вяло открыла дверь, постаравшись придать и без того усталому лицу еще более унылое выражение. За дверью стояла Люси – в каком-то немыслимом берете и, как всегда, с испуганными глазами.

– Дженнифер! – выдохнула она, снова набрала воздуха и замотала головой.

– У меня что, рога выросли? – мрачно пошутила Дженнифер, втягивая Люси в квартиру. – Что стряслось на этот раз? Я тебя внимательно слушаю.

– Нет, у меня все нормально. Что с тобой, как это все могло случиться?..

– А что со мной? – прикинулась непонимающей Дженнифер.

Она начала, дурачась, оглядывать себя, ощупывать руки и ноги, голову. Потом подошла к зеркалу. Люси, задыхаясь от негодования, следила за ней.

– Да нет же, как я вижу, со мной вроде все в порядке, – Дженнифер внимательно посмотрела на гостью.

– Как… как… как ты могла?.. – с трудом выговорила Люси.

– Можно подумать, что я родила как минимум десяток крокодилов и тебе поручили подробно исследовать сей феномен, – съязвила Дженнифер.

– Ты говоришь совсем как эта Мэри! А тебе не идет, ты ведь другая, Дженнифер! Я пришла, потому что слышала, как тетя Элен говорила с Шарлем, я не дослушала, потому что когда она увидела меня… Ну, ты же знаешь, какая она бывает…

– Догадываюсь.

– Так вот, когда она меня увидела, то захлопнула дверь. А то, что я успела услышать… – Она умолкла и нерешительно посмотрела на Дженнифер.

– Ну, – холодно поторопила та, скрестив руки на груди.

– Она сказала, – Люси перешла на трагический шепот, – что Мэгги и Лейн по вечерам занимались любовью. И… ты на это смотрела… И вчера… – Люси замолчала.

– Ну, и что же было вчера?

– А я не дослушала, – честно призналась Люси.

Дженнифер молчала, начиная злиться. А потом вдруг решила на все плюнуть и ничего никому больше не объяснять. В конце концов, почему она должна доказывать, что она не верблюд?

– Это правда? – Люси страдальчески сморщилась.

– Неужели ты заподозрила тетю Элен во лжи? – с издевкой осведомилась Дженнифер.

Люси растерялась.

– Тебе не идет быть язвительной, циничной… Ведь это очень нехорошо…

– Что именно?

– Ну то, что они делали, то есть то, что ты смотрела…

– Пока я смотрела, они только целовались. А что в этом нехорошего? Да в любом сериале каждую минуту целуются! – Дженнифер начинала выходить из себя. – Тем более что наша высоконравственная тетя Элен тоже подсматривала.

– Но она ждала… чтобы вмешаться…

– Чего ждала?

– Ты тоже должна была вмешаться, – продолжала Люси, не обратив никакого внимания на реплику Дженнифер.

– Пожарных вызвать или полицию? – язвительно поинтересовалась Дженнифер. – Или выдернуть из койки несравненную Эмили? Что, вероятно, и сделала тетя Элен! Я-то что? Я отошла от окна и пошла домой.

– Как ты можешь так спокойно об этом говорить!? Как ты могла отойти и отправиться домой, когда на твоих глазах люди так низко пали, совершили такой страшный грех! – вскричала Люси.