Спасибо, любимый - Кэтти Форсайт

— Но у меня есть дела.

— Пока не расчистят дороги, ты все равно не сможешь уехать. Да и я не хочу, чтобы твой папочка отговорил тебя.

— Папа будет приветствовать любое мое решение.

— Ну да, конечно. — Она ведь не знает, на что способен ее отец. Но ему, Джейсу, это прекрасно известно.

Дэниэль облизала губы и налила себе кофе, следя глазами за поднимающейся над чашкой струйкой пара. На его замечание она никак не отреагировала. Раньше Джейс и без слов догадывался, о чем она думает. К сожалению, теперь жизнь научила ее скрывать свои мысли и чувства за непроницаемой броней.

— Мне необходимо привезти одежду. — Она с вызывающим видом повернулась к нему, явно готовая к новым спорам.

Перед ним мелькнули видения, в которых Дэниэль фигурировала без всякой одежды.

— С моей точки зрения, она тебе не так уж и нужна.

Дэниэль покраснела до корней волос.

— Нужна, — твердо заявила она. — Иначе я не смогу здесь остаться.

— А жаль. — Он отхлебнул кофе и постарался сосредоточиться мыслями на ранчо. Все его работники знают, что надо делать во время снежных буранов, но, прежде чем уехать на медовый месяц, он должен удостовериться, что все в порядке.

Медовый месяц!

От одной мысли об этом у него перехватывает дыхание.

Ждать осталось недолго. Вскоре она снова будет принадлежать ему. И уж он постарается сделать их ночи такими, чтобы у нее никогда не могло возникнуть желание бросить его.

— Мой отец, Джейс, и не подозревает о нашем соглашении.

— Да. Но отступить я тебе не позволю.

— Тогда постарайся доверять мне и не мешай делать то, что я считаю нужным.

— Я тебе доверяю.

Она явно задумалась над его словами и интонацией, с которой они были произнесены.

Он отошел от нее подальше — близ нее ему плохо думалось — и направился к окну. Она за ним. И ему вдруг померещилось, что уже не он преследует ее, а она его. Он даже на миг утратил самообладание, но взял себя в руки и прислушался к тому, что говорила Дэниэль.

— Если я сегодня вечером заеду домой, папы дома не будет, он в это время обычно на работе. Я сложу вещи и уйду, он даже не сразу поймет, зачем я приезжала. Оставлю ему записку, в которой все объясню, а также чек и вернусь сюда.

Джейс выслушал Дэниэль. Подумал и понял, что это его не устраивает. Но промолчал — пусть она выскажется до конца.

— После этого мы назначим день свадьбы и, если хочешь, в конце месяца обвенчаемся. — Голос ее слегка дрожал, вопреки нарочито спокойному виду.

Она перевела дыхание, явно с намерением продолжать говорить. А он не спускал глаз с ее груди, обтянутой зеленым свитером. Да он умрет, если ему придется ждать целый месяц!

— До свадьбы никаких денег.

— Но ты же знаешь, Джейс, они мне необходимы именно сейчас!

— Знаю.

— К пятнице.

Он кивнул в знак согласия.

— Сегодня вторник. Но разве тебе не хочется устроить пышную свадьбу и пригласить на нее всех наших друзей?

— Нет.

— Но мне необходимо…

— Дэниэль!

Она замолчала.

— Мне необходима ты. — Он сделал паузу. — И сейчас.

Забыв о хороших манерах, он швырнул свою чашку на стол, притянул Дэниэль к себе и начал ее страстно целовать. Она раскрыла рот от удивления, но он, воспользовавшись этим, проник в его нежные недра языком. И, стеная от наслаждения, прижался всем телом к ней, такой близкой и в то же время такой далекой.

И все же ему хватило силы воли отпустить ее. Бежать, скорее бежать от Дэниэль, его ждет работа. Но на пороге он остановился и повернулся к ней лицом.

— Когда у нас будет медовый месяц, мы купим любую одежду, какая только тебе понадобится.

И он поспешно вышел, унося с собой образ Дэниэль, которая, прижав пальцы к губам, в задумчивости прислонилась к стене.

Ну и дурак, ругал себя Джейс. Если он будет на каждом шагу так явно выказывать свое вожделение, она быстро научится спекулировать на этом. А ведь он твердо решил играть в их супружеских отношениях первую скрипку.

Затем Джейс погрузился в работу. Надо быть уверенным, что в его отсутствие все будет в порядке. Как только дороги очистятся, он увезет Дэниэль на несколько дней из Джэксона, ведь, пока они с ней не связаны законным браком, ее отец может выкинуть что угодно. К тому же нельзя исключать, что и сама Дэниэль изменит свое решение.

А Джейс ни в коем случае не желает рисковать. Значит, на всякий случай следует подстраховаться.

Он дал подробные инструкции своему помощнику, сложил стопкой бумаги на письменном столе и поехал в «Гранд-Тетонс».

Ему повезло. В отеле, где они с Дэниэль когда-то останавливались, как раз освободился подходящий номер. Элегантная гостиная вполне могла послужить часовней, в которой местный священник их обвенчает. Договорившись обо всем, Джейс поехал к себе.

Все утро на ранчо никто не брал трубку. Если бы не заносы, он бы подумал, что Дэниэль сбежала от него. Но еще издалека ему в глаза бросился верх ее машины, торчащий над снежными сугробами, а идти до города тридцать пять миль пешком она вряд ли решилась бы.

Дэниэль и в самом деле была дома и возилась на кухне. Прислонившись к дверному косяку, Джейс удивленно наблюдал за ее действиями. В начале их знакомства она не знала даже, как поджарить яичницу. Но сейчас, сохраняя олимпийское спокойствие, готовила нечто, издававшее неземные запахи.

Она взглянула на Джейса с настороженной улыбкой.

— Делать мне было нечего, вот я и решила вести себя как дома. Ты, надеюсь, любишь киш?

— Не знаю. Никогда не пробовал.

Он приблизился к ней. А что, если он обнимет ее и потрется носом об ее шею? Как она к этому отнесется?

— Что? Такой мужчина — и никогда не пробовал киш?

Кажется, она шутит! Вот об этом он и мечтал — о семейной жизни с шутками, смехом, совместными шумными трапезами.

— Настоящие мужчины едят все, что им положат на тарелку.

— Замечательно. Значит, накормить тебя будет нетрудно.

Он подставил ей стул, радуясь перемене ее настроения. Он будет всячески его поддерживать. Ковырнул вилкой еду на своей тарелке и улыбнулся.

— Вкусно!

— Не удивляйся, — улыбнулась она в ответ. — Чтобы выжить, мне надо было научиться готовить.

— А картошку с мясом ты умеешь делать?

— Не волнуйся, — снова улыбнулась она. — Рядом со мной с голоду не умрешь.

— Я не волнуюсь. Стоять у плиты не входит в твои обязанности, но, если ты иногда ради развлечения пойдешь на кухню, я не буду возражать.