Островок рая - Марджери Хилтон

— Нам осталось только ждать корабля, проплывающего мимо, — наконец негромко произнесла она. — Надо придумать, как будем подавать сигнал.

Когда Ник Рэдферн не ответил, Джен вопросительно взглянула на него. По выражению его лица девушка поняла, что Ник ничего не собирался предпринимать.

— Мне очень жаль, Джен. Но я не думаю, что какой-нибудь корабль скоро будет проходить мимо. На Сангрию судна заходят раз в полгода. Вот почему я так стремился повидать доктора Грэгга. Так что если я не починю радио, то, боюсь…

— Ты думаешь, что сможешь его починить? — резко перебила его собеседница.

— Не могу ничего обещать заранее. Радиосвязь как-то выпадает из области моих знаний. Во многих других вопросах я мастер, но залитый водой передатчик… К тому же мы можем оказаться слишком далеко и наш сигнал никто не услышит, даже если мне удастся каким-то образом увеличить мощность, — объяснял пилот. — Вместо меня здесь должен быть старик Коббер!

— Кто такой Коббер?

— Около пяти лет назад он вместе со мной открыл дело. Затем вышел из игры и поселился в Сиднее… он женился. Вот он мог соорудить радио из старой консервной банки и ржавых проводов, если требовалось. Коббер работал десять лет по линии радиокоммуникаций вместе с моим отцом.

— Он должен быть значительно старше тебя, — отозвалась Джен не потому, что ей было интересно знать, кто такой Коббер, а лишь потому, что разговор помогал ей не терять чувство реальности происходящего.

— Да. И позволил охомутать себя, в его-то возрасте. — Рэдферн произнес эти слова чуть ли не с отвращением. — Но я расскажу тебе о нем позже. Мне кажется, у нас еще будет много времени на разговоры… И на то, чтобы узнать друг дружку поближе.

Девушка взглянула на расколотый кокос, который Ник превратил в две чашки.

— А ты не нашел немного кукурузных хлопьев во время исследований сегодня утром?

Он улыбнулся:

— Нет, но я поймал нам завтрак в море.

— Рыба. — Джен закатила глаза.

— Да, рыба. Если ты ее не любишь, можешь жить на одних кокосах. — Мужчина встал и двинулся в сторону пальмовой рощи. — Здесь. — Ник расшвырял листья и передал ей нечто мокрое и скользкое. — Выпотроши ее… Можешь воспользоваться моим ножом. А я пока поищу сухих веток для костра.

Ник исчез в зарослях джунглей, а его спутница с отвращением уставилась на предполагаемый завтрак. Она никогда не была поклонницей рыбы, исключая свежего лосося. И еще ей нравились мидии. Остальные морепродукты вызывали аллергию, красную сыпь по всему телу.

Но все же… Она начала чистить рыбу, отчаянно надеясь, что та не ядовита, и по ходу дела пыталась припомнить свои скаутские навыки. А как насчет сковороды? Немного подумав, путешественница порезала рыбу большими кусками, добротно смазав их толстым слоем глины.

Вернулся Рэдферн с охапкой веток и сухих листьев. Вместе они вырыли в песке неглубокую ямку, обложили ее камнями и раковинами и сложили внутрь хворост.

Джен с тревогой наблюдала, как ее спутник разводит огонь. Ей казалось, что костер ни за что не загорится. «Вот уже почти закончился газ в зажигалке», — с отчаянием думала она. И в этот миг сухие листья вспыхнули, а через пару секунд вверх потянулась тонкая струйка дыма.

Мужчина и женщина сели на песок и стали наблюдать за пламенем, втайне друг от друга опасаясь, что через несколько минут огонь погаснет. Ник честно признался в своих страхах после того, как костер разгорелся.

Джен показалось, что прошли часы, прежде чем Рэдферн наклонился и выудил из костра пищу. Она с нетерпением ждала, когда глина остынет и можно будет наконец поесть. Не выдержав пристального взгляда Ника, девушка быстро расколола глиняную скорлупу и разложила куски на пальмовых листьях.

Чарующий запах печеной рыбы наполнил воздух, и мужчина сухо заметил:

— Ну-ну. Значит, старые методы еще работают. Я подогрел тарелки.

За время своих странствий Джен Келли доводилось пробовать много необычных и даже отталкивающих блюд, но завтрак из рыбы, поданной на тарелках из пальмовых листьев, с кокосовым «лимонадом» был ей неведом. Рыба оказалась великолепной на вкус, или ей так почудилось из-за страшного голода. Возможно, сейчас даже ягоды и корешки выглядели бы изысканным блюдом.

Они решили позволить себе роскошь выкурить по сигарете, и через пару минут мирной тишины Ник неожиданно произнес:

— Джен?..

— Да? — Девушка приподнялась с ложа из теплого песка и взглянула на него.

— Я знаю, что ты меня недолюбливаешь. Но как ты думаешь, могли бы мы заключить пакт?

— Пакт?

— Ну да. Ты знаешь. — Мужчина неопределенно махнул рукой. — Одно из тех соглашений, что заключаются на саммитах и конференциях.

— А, да. — Собеседница слабо улыбнулась, не имея понятия, к чему он клонит. — Продолжай, Ник. Растолкуй мне свою идею.

— «Временное перемирие» будет более точным термином. — Пилот перевернулся на бок и внимательно посмотрел на спутницу. Выражение его лица было более чем серьезным. — Это важно, Джен. Нам будет гораздо легче жить, если мы не будем орать друг на друга. Так что давай позабудем плохое начало нашего знакомства, и я пообещаю, что буду стараться не раздражать тебя. Насколько смогу. Ты согласна пойти мне навстречу? — Он ожидающе протянул ладонь.

Девушка с минуту колебалась, а затем решительно протянула свою.

Маленький загорелый кулачок утонул в не менее бронзовом кулаке. Два взгляда встретились, и теперь в них не читались ярость или презрение.

Ник не выдержал первым: он опустил глаза и расхохотался.

— Значит, согласна, — мягко произнес он. — Счастливого приземления на необитаемом острове… Робинзона Крузо.

Через минуту сомнений Джен отозвалась:

— И тебе того же… Пятница. Ты подписался так в послании на песке.

Громкие раскаты смеха перепугали всех птиц на острове и растаяли в шуме волн.