Китти, любовь моя! - Элизабет Бэйли

Какое-то шестое чувство заставило Китти открыть глаза. Еще не совсем проснувшись, она увидела над собой чье-то хмурое лицо освещенное колеблющимся светом свечей. Она приподнялась, и лицо, и свечи отодвинулись в сторону.

— Не думал, что испугаю вас, — сказал Клод извиняющимся тоном.

Китти машинально откинула упавшую на лоб прядь волос. Она приподнялась на локте и увидела, что лежит на диване в гостиной Клода, одетая в новое, отливающее серебром платье. Она вспомнила, что надела его, надеясь развлечься в отсутствие жениха. Она и не предполагала, что он застанет ее в таком облачении.

— Который час? — спросила она, окончательно проснувшись.

— Точно не скажу. Что-то около часа или двух.

Китти следила за ним взглядом, когда он подошел к камину и поставил подсвечник на каминную полку, еще один подсвечник стоял на столе у окна. Что-то подсказывало ей, что отношение Клода к ней изменилось. Она молчала, стараясь выиграть время.

— Было весело? — наконец спросила она.

— Совсем нет. Сказать по правде, я пожалел, что сразу не ушел.

Он произнес это с едва заметным ожесточением, и смутное ощущение, что он отдалился от нее, у Китти усилилось.

— Там что-то случилось? — с тревогой спросила она.

— Эта проклятая семейка забросала меня вопросами.

— Обо... обо мне?

— О ком же еще?

Он повернулся и, подойдя к окну, нервно отдернул занавеску. Китти молчала. Похоже, он раскаивается, что пообещал на ней жениться.

— Я поняла: вы передумали, — не выдержав гнетущего чувства неопределенности, тихо проговорила она.

Клод обернулся. Он остро ощутил в ее голосе боль и страдание. Копна темных волос обрамляла хорошенькое встревоженное лицо девушки... и в душе Клода что-то дрогнуло. В неверном свете свечей она казалась ему эфемерным, неземным созданием, и он сказал совсем не то, что хотел сказать:

— Нет, не передумал. Я все еще хочу жениться на вас...

До него донесся приглушенный ответ:

— Но понимаете, что не должны этого делать.

Проницательность Китти поразила его, и ему не хватило духу согласиться с ее утверждением. Он молча подошел к дивану и сел на стул, стоявший рядом. Ему вдруг пришло в голову, что, может быть, сама Китти ответит на мучившие всех вопросы. Хотя ее происхождение окутано тайной, что-то же могло сохраниться в ее памяти!

— Китти, кто были ваши родители? — без обиняков спросил он.

— Бесполезно меня об этом спрашивать. Я не знаю, — ответила она, удивленно взглянув на него.

— Но что-то же можно установить! Вот вы сказали, что у вас никого нет, выходит, вы сирота?

— Я знаю только тех, кто выдавал себя за моих родителей!

Китти выкрикнула эту фразу, будучи твердо убеждена, что он начал этот допрос с единственной целью — избавиться от нее.

— Клод, зачем вы меня расспрашиваете? Ведь нам с вами хорошо известно, что мое происхождение держится в секрете. Лучше бы расспросили свою тетю Сильвию!

— Она ничего не расскажет. Но раз я стану вашим мужем, имею я право узнать о вас все, что вам известно?

— Да не станете вы моим мужем! Я очень благодарна вам за вещи, которые вы мне купили, но требую, чтоб вы завтра же отвезли меня обратно в Пэддингтон!

— Но я не хочу везти вас туда!

— Тогда я уеду в дилижансе!

Клод вскочил и, бросившись к камину, изо всех сил ударил кулаками по каминной полке.

— Черт возьми, Китти, вы любого выведете из терпения! — Когда он обернулся, Китти сидела на диване поникшая и расстроенная.

Проворчав себе что-то под нос, Клод подошел к буфету, достал хрустальные бокалы и в один налил вина, а в другой — чего-то покрепче. Взяв бокал с вином, он подошел к Китти.