Гарантия на любовь - Шэрон Кендрик

– Ерунда. Какое счастье видеть тебя такой счастливой и знать, что у тебя все хорошо. Приходи сегодня ко мне, и мы устроим прощальный ужин, отпразднуем.

После работы Элли поднялась в свою крохотную квартирку, и, конечно, телефон ее приготовил ей сюрприз – сообщение от Алека.

«Я все уладил с твоей начальницей. Завтра за тобой приедет машина в одиннадцать утра. Приготовь все к отъезду. Алек».

Если бы она могла что-то изменить, она бы написала ему язвительный ответ, но Элли решила даже не пытаться.

Элли упаковала свои скудные пожитки, а потом отправилась в гости к Бриджет, в ее маленький домик, и они разделили вегетарианский гуляш. Теплым летним вечером, возвращаясь домой, она с грустью посмотрела на звездное небо. Она будет скучать по этой лесной глуши – по этим маленьким пони, бродящим вокруг и стоящим посреди проезжей части, помахивая пушистыми хвостиками, так что на дорогах регулярно возникали пробки. Она всегда мечтала когда-нибудь переехать в большой город, но и предположить не могла, в каких обстоятельствах она это сделает.

Но этой ночью она спала глубоким сном, и с утра ее разбудил автомобильный гудок, ворвавшийся в открытое окно. Она поспешно выбралась из кровати и натянула халат.

Вот только водитель, вопреки ее ожиданиям, был ей очень хорошо знаком. Темные очки прикрывали его глаза, а потертые модные джинсы идеально облегали длинные мускулистые ноги. Рукава рубашки были закатаны, обнажая сильные руки, а волосы блестели на солнце и казались иссиня-черными. Элли ощутила, как внизу живота пульсирует желание.

– О, – сказала она спокойно, не желая показывать своих истинных чувств. – Это ты.

Сняв черные очки, он прищурился, пряча глаза от яркого света.

– Бывало, меня приветствовали и получше, – сухо ответил Алек. – Может, откроешь дверь, я поднимусь и заберу твои вещи?

– Над дверным карнизом висит ключ, – ответила она, отошла от окна, собрала кое-какую одежду и направилась в ванную.

Когда она вышла оттуда, умытая и одетая, Алек стоял посреди ее гостиной, нимало не смущенный.

Элли положила брусок мыла на стол и повернулась к Алеку, чувствуя, как в ней начинает пылать ярость при взгляде на его надменное лицо.

– Как ты посмел звонить моей начальнице и предлагать ей деньги, чтобы она сняла с меня обязательства по контракту, хотя я тебе говорила, что хочу доработать до конца? Тебе нравится командовать?

– Если бы ты могла привести мне хоть один достойный аргумент, кроме слегка задетого самолюбия – тогда бы я тебя выслушал. Но ты не можешь возражать, Элли. Тебя тошнит каждое утро, ты ужасно выглядишь – и все еще хочешь работать? Не лучшая реклама кондитерской, не считаешь?

Он перевел взгляд на два потрепанных чемодана в середине комнаты.

– Это все твои вещи?

– Нет, еще пара чемоданов от Луи Виттона, в другой комнате, – сказала она язвительно.

Алек поднял чемоданы так, будто в них были перья.

– Пойдем, машина ждет.

Элли зашла в магазин, чтобы отдать ключи от квартиры Бриджет, которая показывала новой продавщице товар. Элли почувствовала, что настала пора проститься со своей прежней незатейливой жизнью и ринуться навстречу загадочной неизвестности. Ирландка тепло обняла ее, и сердце Элли сжалось. Бриджет проводила ее к сияющей машине.

Они ехали с опущенным верхом, и из-за свиста ветра говорить что-либо было трудно, однако Элли была этому рада, не испытывая ни малейшего желания беседовать, – о чем ей говорить? Как можно начать разговор с практически незнакомым мужчиной, который случайно стал отцом твоего ребенка? Она принялась смотреть в окно, и деревья с полями стали сменяться высотными зданиями.

Путешествие их пролегало по Южному Кенсингтону – однажды она с классом ездила сюда. Тридцать пять шумных детишек провели то утро в Музее естествоведения, а потом им разрешили спуститься в магазин на первом этаже. Элли потратила все свои карманные деньги, чтобы купить маме подарок – маленькое мыло в форме динозаврика. Но подарок ей не понравился.

– Если бы твой отец на мне женился, ты бы могла себе позволить купить мне подарок побольше грецкого ореха!

Алек не стал снимать с себя ответственность за жизнь ребенка, которого они создали вместе. Он принял на свои плечи часть ее ноши, сказал, что готов поддерживать его материально. Он не такой уж и ужасный. Украдкой Элли взглянула на его суровый профиль. И ощутила прилив нового чувства, которому обрадовалась гораздо меньше. Алек был таким невероятно привлекательным, и она не переставала думать о том, что будет, когда они будут жить вместе в его квартире.

Алек жил в Найтсбридж, и квартира его превзошла все ожидания Элли как по размерам, так и по внутреннему убранству. Даже роскошь отеля «Хог» меркла по сравнению с комнатами с высокими потолками, плавно перетекающими одна в другую. Пухлые диваны, обитые бархатом, стояли на ковриках из бледного шелка, и повсюду, куда ни кинь взгляд, была красота. На маленьком столике стояла перламутровая шкатулка и позолоченное яйцо, украшенное изумрудными и голубыми камнями, весело переливающимися на солнце. Элли зажмурилась, ослепленная бликами, – не могут же эти камни быть настоящими. Может, спросить у него?

Она с восторгом посмотрела на Алека:

– Чудесные картины.

– Спасибо. – Он слегка склонил голову, и тон его голоса изменился, будто слова Элли позабавили его. – Это вроде хобби. Ты любишь искусство?

Элли закусила губу в обиде, сдерживая слова, готовые сорваться с языка. Он думает, люди, которые работают в сфере услуг, не способны ценить произведения искусства?

– Я люблю ходить в галереи, когда у меня выдается такая возможность, – чопорно ответила она. – Хотя ничего подобного не видела в обычном доме.

Подойдя к одному из окон, выходящих в изумительно красивый парк, Элли внезапно повернулась и наткнулась на бесстрастный взгляд голубых глаз Алека.

– Полагаю, тебе все нравится?

– А как может быть иначе? – пожала плечами Элли, стараясь увернуться от его глаз, сиявших, точно сапфиры. – У тебя удивительно красиво. Ты сам работал над дизайном?

– Боюсь, здесь мне нечем хвастаться, – слабо улыбнулся Алек. – Мне кое-кто помогал. Женщина по имени Аланна Коллинз.

– Она талантливый дизайнер, – сказала Элли.

– Да уж. – Алек прищурился. – Так, я полагаю, ты находишь это место достойным для проживания?

– Кто знает, – быстро возразила она. – Может, к концу недели мы захотим убить друг друга.

– Может, и так. – Последовала пауза. – Или, может, мы найдем гораздо более удовлетворительный способ поладить. Как считаешь, Элли?

В словах Алека слышалась издевка, но в холодном взгляде был безошибочный намек на секс, и, само собой, ее этот взгляд не мог оставить равнодушным.