Любовь без правил - Хелен Диксон

Застыв на месте, Ева некоторое время смотрела на него, слушая его оскорбления. Внезапно Еву охватила ярость, и она заставила его замолчать, отвесив ему звонкую пощечину, от которой его голова дернулась в сторону.

– Как вы смеете оскорблять меня, ведь я пришла в ваш дом с благими намерениями? Я этого не потерплю. Что бы вы обо мне ни думали, сэр, я не грубиянка. Вероятно, вы ненавидите моих соотечественников – американцев. Если так, то понятно, как мы смогли победить вас в войне, сражаясь за свою независимость.

Лукас стиснул зубы, и его глаза заблестели.

– Только попробуйте повторить это, и я лично вышвырну вас на улицу, – холодно и спокойно процедил он. – Знаете, миссис Броди, вам лучше меня не злить. Я могу быть страшен в гневе.

Его слова прозвучали непреклонно, и Ева поняла, что спорить бесполезно.

– Отлично. Я уйду. Простите, что ударила вас. – Пытаясь вести себя сдержанно, она достала из сумочки визитку и протянула ему. Он не пошевелился, и Ева положила ее на стол, не желая отказываться от шанса на работу в его доме. – Когда вы придете в себя, успокоитесь и все обдумаете, то, возможно, взглянете на вещи по-другому. Весьма вероятно, что вы передумаете и примете мое предложение.

Коротко кивнув ему, она высоко вскинула голову и направилась к выходу.

* * *

– Ну и что он сказал? – поинтересовалась Бет, с нетерпением ожидавшая возвращения Евы с Аппер-Брук-стрит. – Он согласился на твое предложение или же решил, что ты сошла с ума?

– Думаю, он действительно решил, что я сошла с ума, Бет. Он отказал мне. Окончательно и бесповоротно. Он заявил, что я невоспитанная американка, сказал, что мое предложение абсурдно, и еще много разных вещей, которые я не хочу повторять, чтобы не огорчать тебя. Этот человек – самый настоящий самоуверенный мерзавец.

– И что ты ответила?

– Отвесила ему пощечину.

Бет недоверчиво уставилась на нее:

– Ты ударила лорда Стейнтона?

– Он это заслужил.

Бет наблюдала, как разгневанная Ева меряет шагами комнату.

– А он, конечно, вскипел и попросил тебя уйти.

– Ты слишком хорошо о нем думаешь, Бет. Он не попросил, он выгнал меня.

Бет возмущенно ахнула. Немного помолчав, она робко произнесла:

– Что ж, все ясно. Ты не будешь работать у лорда Стейнтона.

– Похоже, что так. Едва ли он примет на работу женщину, которая осмелилась отвесить ему пощечину.

В следующие два дня Лукас с головой погрузился в свои обычные дела, не сомневаясь, что это поможет ему забыть о визите миссис Броди, который взволновал его гораздо сильнее, чем он мог себе представить. Когда к нему в гости заехал Генри Ченнинг, он обрадовался, что сможет немного отвлечься, и отложил письмо, которое ему только что принесли.

– Боже! И ты называешь это домом, Лукас? – воскликнул Генри, оглядывая пустую гостиную. – Это место больше похоже на мавзолей – стены, колонны, статуи и огромное пустое пространство.

– А чего ты хочешь? Большинство вещей и антиквариата я отправил на аукцион.

Генри налил себе бренди и принялся бродить по комнате.

– Я помню, у тебя были неплохие вещи. Я бы и сам мог кое-что купить.

– Пожалуйста. В «Сотбис»^[1] полно этого добра. Чем обязан твоему приходу, Генри? Это дружеский визит?

– Конечно. Ты знаешь, как я люблю твое общество, дорогой друг. Хотя, – заметил он, и его лицо сделалось серьезным, – недавно я услышал новость в своем клубе в Сент-Джеймс, которая может тебя заинтересовать. Спешу добавить, что новость не очень хорошая. – Когда Лукас внимательно взглянул на него, он продолжил: – Те два участка отгрузки на Темзе закрыты, Лукас. Мне очень жаль.

В глазах Генри застыло искреннее беспокойство за друга. Они были знакомы еще со времени учебы в Кембридже. Генри всегда восхищался Лукасом. Он был таким сдержанным, дисциплинированным и решительным, уверенным и активным и добивался всего, чего пожелает. Он стал невероятно удачливым бизнесменом, вкладывая деньги с умом, покупая патенты на новые изобретения и все, что обещало в дальнейшем принести ощутимую прибыль. И все его вложения всегда окупались. Снова и снова.

К несчастью, его брат Стивен не был столь умен. Лукас заявил, что не собирается бесконечно выплачивать его долги, но, не в силах воспрепятствовать сумасбродным выходкам брата, каждый раз выручал его, продавая акции, пока сам не оказался на грани банкротства.

Новость о том, что два участка отгрузки, в которые он когда-то вложил деньги и которые были его последней спасительной соломинкой, стала для него ударом.

– Господи, Лукас. Ты выглядишь так, словно я только что объявил тебе смертный приговор.

– Возможно, так и есть.

– Что ты хочешь сказать? Я имею в виду, ты не… не решишь…

– Что? Застрелиться? – Циничная ухмылка скривила губы Лукаса. – Это слишком просто. Мне надо думать о дочерях. Мать их бросила, но я этого не сделаю. – Взглянув на письмо, он задумался.

– Что это за письмо, Лукас?

– Пока не знаю. Я только что получил его от адвоката своего брата вместе с документами на какую-то землю на северо-востоке.

– Не знал, что ты владеешь землей в моих краях.

– Я и не владею. Очевидно, это участок, который Стивен выиграл у землевладельца из Ньюкасла.

– Понятно. Это любопытно. Ты ведь знаешь, что моя семья уже несколько десятилетий получает неплохой доход от добычи угля в этих местах. И что ты собираешься делать? Продашь землю? Мой отец с удовольствием купил бы ее у тебя.

Лукас покачал головой:

– Я не стану ее продавать, особенно если там можно добывать уголь. Свяжусь с горным инженером, чтобы все выяснить наверняка. – Его губы тронула ироничная усмешка. – Кто знает, Генри, возможно, это мой путь обратно к процветанию.

– Я искренне на это надеюсь, Лукас. Ты всегда легко находил способы заработать деньги. Не сомневаюсь, что скоро ты преодолеешь трудности и встанешь на ноги. Я желаю тебе удачи, и если ты туда поедешь – мой дом к твоим услугам. Ну а пока ты еще сможешь продержаться на плаву?

– Недолго, но сейчас моя главная забота – найти няню для Софи и Эбигейл, прежде чем мы переедем в Лаурель-Корт.

– И когда?

– Как можно скорее. Я не был там со смерти Стивена. Я собираюсь переехать туда насовсем, но сначала должен лично поехать и все осмотреть. Кто знает, в каком состоянии дом, хотя ремонт все равно придется отложить до лучших времен.

– Мне казалось, у тебя не возникнет проблем с поиском няни.