Почти касаясь - Колин Оукли

– Нет, – выдавила я из себя. Голос слабый, неуверенный, и он смущает меня не меньше моего внешнего вида.

Она уставилась на меня, будто бы ждала продолжения, объяснения того, чем я занималась последние девять лет, и та же паника, что и у кассы, снова подкралась ко мне. Куда смотреть? Что надо делать, если все молчат? Что, если я засмеюсь чему-то вовсе не смешному?

– А я вот в разводе. – Она хихикнула, будто бы только что рассказала банальный анекдот. – Пытаюсь вернуться на рынок свиданий, но с тремя детьми это не так просто.

Глаза полезли на лоб сами собой, хоть я и пыталась сдержаться. Идеальная, красивая, популярная Мэдисон Х., которую все считали будущей телезвездой, ну или что она хотя бы выйдет за него замуж, стала разведенкой с тремя детьми?!

Смотри-ка, все стало на свои места, слышу я в голове голос матери. Я не думала, что я настолько ехидная, чтобы радоваться чужим падениям, даже если это происходит с Мэдисон Х.

– Мне жаль. По поводу твоего, кгхм… – Я надеялась, что голос обретет былую громкость, станет увереннее, нормальнее. – Развода. – Нет, не стал.

Она замахала на меня рукой.

– Ой, да все в порядке. Все эти школьные любови не могут длиться вечно. Надо было слушать Нану, когда она предупреждала.

Школьные любови?!

– То есть… Ты хочешь сказать… Ты была замужем за… – Я пыталась найти язык во рту и заставить его произнести имя, но у меня не было слов в самом прямом смысле слова. Я не могла говорить. Во всяком случае произнести его имя.

– За Донованом, ага.

Она произносла это так легко, так обыкновенно, будто бы говорила о чем-то неважном, вроде того, что у нее на завтрак были мюсли.

Я попыталась повторить имя, вдруг и у меня так же легко получится. Вдруг оно просто соскользнет с языка.

Нет, этого не происходит.

– Ты не знала? – Она наклонила голову. – Тебя нет на Фейсбуке?

Я замотала головой, надеясь, что я оставляю лучшее впечатление, чем моя страничка в соцсети. Я была там зарегистрирована аж целых три недели, и за это время ко мне в друзья добавился единственный мужчина, информация в профиле у которого была не на английском. Может, это был русский, я не уверена – не сильна в славянских языках. Короче, я удалила страничку.

– Ну, что же. – Она так и бегала по мне взглядом, на перчатках он задержался на секунду дольше, так, что я опять начала переживать из-за своей внешности. – А ты куда собралась?

Я прокашлялась, пока разум лихорадочно подбирал ответ.

– У меня бензин закончился. И мне еще понадобилось. – Боже, какая тупость. Конечно, он мне нужен, раз он кончился. – А вообще… я… работу ищу.

– Иди ты! – Она взмахнула рукой так, будто сейчас ткнет мне в руку своим пальцем с красным лаком, но в последнюю минуту остановилась. Я все равно отшатнулась. Неловко вышло.

– Прости! – сказала она. – Просто у нас в библиотеке ушел ассистент, и я подумала, вдруг тебе такое интересно.

В библиотеке?! Мэдисон Х. – библиотекарша? Яркое воспоминание всплыло у меня в мозгу – Мэдисон Х. в первый год жалуется, что «Гекльберри Финн» – очень сложная книга, что они пишут на каком-то своем английском.

– То есть ты работаешь… в библиотеке?

– Боже, конечно нет. Я работаю с недвижимостью, ну, то есть я только что получила лицензию риелтора. Но пока я помогаю в библиотеке. Донован думал, что для меня это будет полезно, раз уж он следующий в очереди на пост президента банка, когда его отец уйдет на пенсию. Но сейчас это все неважно, – она опять хихикнула, – все хорошо. Это ценный опыт.

Я кивнула, имя «Донован» все еще что-то во мне затрагивало, вызывая вибрации по всему телу. И вот, когда я уже почти забыла об этом имени, вуаля – появляется Мэдисон Х.

– Джубили?

Я моргнула. Ее голос звучал тихо, будто издалека.

– А? – Я пыталась не смотреть ей в глаза. Унижение такое сильное, такое мощное, что я хотела бросить велосипед, сумку, канистру, прямо тут, у стеклянной магазинной двери, и стремглав убежать домой.

– Что это ты такое пальцами делаешь?

Я опустила взгляд и увидела, что пальцы правой руки методично постукивали по запястью левой, стискивающей ручку канистры. Интересно, давно ли я так делала?

– Ничего такого. – Жар подкатил к щекам. Я пыталась покачать головой, стряхнуть прошлое. – Э-м-м-м, у меня с собой нет резюме. Можно я тебе его потом пришлю? Ну, для всей этой штуки с библиотекой?

Ее глаза просияли.

– Так тебе интересно? Отлично. Не волнуйся о резюме. – Она вытащила из сумки, висящей на плече, мобильный. – Просто дай мне свой номер, и я замолвлю за тебя словечко. Уверена, они тебе перезвонят.

Я снова кивнула и назвала цифры своего домашнего телефона.

– Отлично. Ну что же, была рада тебя уви…

– Зачем ты это все делаешь? – Я знаю, что перебивать невежливо, но вопрос пламенем жег мое нутро, и я была вынуждена его задать.

Она пожала плечами, будто бы не понимая о чем, но глаза забегали, выдавая ее с головой.

– Это удивительное совпадение. Ты ищешь работу, а я знаю место, где нужен человек.

Но мы обе знали, что тут нечто большее. Если бы можно было забраться к нам в головы и прочесть мысли, уверена, стало бы очевидно, что мы думали об одном и том же моменте, об одном и том же школьном дворе. Я изо всех сил пыталась, но не могла об этом забыть – о моменте, когда Донован поцеловал меня. Я думала, что мы с ним одни, пока толпа ребят не вышла из-за угла, толкая друг друга, и смеясь, и протягивая Доновану деньги – свою проигранную ставку. Мэдисон была с ними, хоть я и не помню ее смеха. Ее лицо вытянулось, посерьезнело, и это было последним, что я увидела, прежде чем отключилась. Я всегда думала о том, была ли она там, чтобы посмеяться надо мной, как и остальные? Зачем она вообще там была?