Я верю в любовь - Морин Гу

Что делает героиня корейского сериала, столкнувшись с вопиющим хамством? Я вспомнила, как в «Защитите босса» главная стерва испачкала мороженым зад Ин-Сол, но та оставалась спокойной и вежливой.

Люка стоял рядом с Вайолет, прямо в центре автобуса. Поэтому, хоть в глазах у меня и покалывало – ужасное ощущение, предвещавшее слезы, – я молчала. Наши глаза на мгновение встретились, и он нахмурился.

От этого намека на заботу я тотчас забыла, что последний раз он видел меня в трусах и с упавшими на пол штанами.

Люка посмотрел на Вайолет и поинтересовался:

– Так вы знакомы?

Он перевел взгляд на меня. Я молчала, пытаясь совладать с гневом и с тем, что меня только что унизили.

Неожиданно для всех ответила Кассиди.

– Да, мы с Дези играем в одной футбольной команде. А вы знакомы? – Она вопросительно подняла брови.

Я взглянула на Люку, тот пожал плечами и ответил:

– Типа того. Знаю, что стрингам она предпочитает трусы. – Он посмотрел на меня с усмешкой.

О… мой… бог.

Кассиди слегка приоткрыла рот, а Вайолет с демонической скоростью повернула ко мне голову. Но не успела я ответить, как в автобус вошел мистер Россо и заревел:

– Так, мои маленькие Ренуары, начнем! – Он похлопал себя по животу, и нижний край его гавайской рубашки слегка приподнялся. – Все готовы ехать в зоопарк? – Ответом ему было молчание.

В этот момент мистер Россо внимательно посмотрел на нас.

– А, да, – продолжил он, – начнем по порядку. У нас двое новеньких, давайте все тепло поприветствуем Дези Ли и Люку Дракоса. – Кто-то вяло захлопал в ладоши, послышался смех.

Мистер Россо сердито посмотрел на смеявшихся.

– Как бы то ни было, Дези и Люка, две последние недели мы готовили работы для благотворительной выставки. Все сборы пойдут в пользу Калифорнийского государственного фонда парков. Ну а сегодня сделаем небольшой перерыв, порисуем в зоопарке.

Я кивнула, натянув улыбку, хотя в глубине души меня душили рыдания.

– Замечательно, – буркнула я.

Снова послышался смех, и Вайолет пискнула:

– Да, замечательно.

Мистер Россо, укоризненно взглянув в глубину автобуса, сел.

– Ведите себя прилично, – предупредил он, – нам ехать около двадцати минут.

Вайолет села рядом с Люкой, через два ряда от меня и Кассиди.

В глазах Кассиди читалось любопытство.

– Так откуда Люка знает, какое нижнее белье…

Я отмахнулась, и она замолчала.

– Это совсем не то, что ты думаешь. Он шутит.

Кассиди, судя по всему, было недостаточно этой информации, но докапываться она не стала и просто поджала губы. Через некоторое время она шепнула:

– Ты извини Вайолет, она обычно не такая…

– Приветливая? – сухо закончила я. Моя соседка хмыкнула.

– Именно. Не знаю, она просто очень любит искусство и осуждает людей, которых считает… выскочками, – смущенно добавила Кассиди.

Я негодующе втянула носом воздух, хотя, если честно, так и есть: я – выскочка. Я взглянула на Вайолет и Люку.

– Так, м-м, эти двое вместе или как? – Я надеялась, что задала этот вопрос вполне безразлично.

– Что? Люка и Вайолет? – переспросила Кассиди, нахмурив лоб. Неужели нельзя было сказать это еще громче?!

Я улыбнулась, хоть втайне и заскрежетала зубами.

– Да.

– Нет, что ты. Он здесь еще и недели не пробыл. Девчонке пришлось бы очень подсуетиться. – Кассиди изобразила дьявольскую улыбку. – Но, поверь мне, все впереди. Она на него еще в пятницу, на уроке изобразительного искусства, глаз положила.

Только через мой труп.

– Ясно, – как можно спокойнее ответила я.

Кассиди придвинулась ближе.

– Но, по-моему, это дохлый номер. – У меня перед глазами мелькнуло лицо Гарри Чена. Может, Люке… не нравятся девушки? – В первый же день в классе девчонки приглашали его на свидание, я немного подслушивала. Но он сказал, что не хочет заводить подружку.

Теперь наступила моя очередь нахмурить лоб.

– Почему?

Кассиди пожала плечами.

– Кто знает? Я думаю, это оттого, что он такой серьезный художник. Знаю, что он хочет добиться большой стипендии, чтобы легче было платить за учебу в Род-Айленде. – Она мельком взглянула на меня. – Там находится…

– Школа дизайна. Да, я знаю названия всех колледжей в Северной Америке. – Я сразу пожалела о сказанном и виновато улыбнулась. – Извини, я на этом сдвинута.

Кассиди засмеялась.

– Так и запишем.

Я с любопытством посмотрела на нее.

– Откуда ты так много о нем знаешь?

Она покраснела.

– Он говорил в классе об этой школе, стипендии… Я просто услышала. – Прошло несколько секунд, и Кассиди изменилась в лице. – Кроме того, я посмотрела о нем в Сети.

Я не могла винить ее в любопытстве. Просто поудобней устроилась на сиденье и посмотрела на затылок Люки в этой милой шапочке. Тот факт, что он и это ужасное существо не вместе, уже радует. Но загадочная история с нежеланием заводить подружку была препятствием, которого я не предвидела.

Хорошо, что ничто так не побуждает к действию, как высказанные сомнения в моих способностях.

Что ж, вердикт был вынесен: художник из меня не очень. Я энергично стерла ластиком рисунок жирафа, который почему-то напоминал работу кубистов.

Кассиди заглянула в мой альбом и попыталась скрыть улыбку.

– Честно говоря, если бы ты и в этом оказалась сильна, нам, возможно, пришлось бы тебя прикончить.

Слышать это было лестно, но невыносимо. Я с ненавистью уставилась на то, что осталось от моего рисунка.

Мы сидели на скамье неподалеку от вольера с жирафами. По приезде все сразу разбились на пары, и не успела я даже заговорить с Люкой, как Вайолет взяла его под руку и куда-то утащила. Да, оказывается, я не одна такая бесстыжая.

И вот мы сидели с Кассиди, пытаясь рисовать животных. События развивались совершенно не по плану.

– Эй, вы Люку не видели?

Я подняла голову и увидела взбешенную Вайолет.

– Нет. А что, он тебя бросил? – спросила Кассиди. Вайолет уперла руку в бок и сердито посмотрела на нее.

– Не смешно. Ищу его последние минут двадцать. Он пошел в туалет и исчез.

– Может, обратиться в бюро находок? – пробормотала я. Ну и чудак же этот парень.

Она презрительно взглянула на меня и скривила верхнюю губу.