Цунами неумолимой страсти - Карен Бут

Гас был сильно загорелым и одетым так, словно собирался играть в гольф, – в хаки и синее поло. Теперь, когда он вышел на пенсию, он выглядел более расслабленным, чем в те времена, когда управлял ранчо. Он тоже обнял Дэни, а потом пожал Коулу руку.

– Сын. Рад видеть тебя.

– Я тоже рад вам. Жаль, что я не знал, что вы приедете.

– А это кто здесь у нас? – спросила мать Коула.

Колин и Кэмерон представились ей.

– Хотите печенья? И посмотреть наш трейлер? Ваша мама, конечно же, разрешит вам.

– О, конечно. Я не против.

Как только его родители ушли с детьми, Коул повернулся к Дэни.

– Это было не так уж плохо. Учитывая, как ты к ним относишься.

– Я отношусь к ним так из-за того, что они мне говорили. Я хотела только одного, Коул, – чтобы они приняли меня.

– Я как-то поговорил с ними об этом, и они стали относиться к тебе лучше, разве нет?

– А потом произошла эта авария, и это было ужасно. Тебя не было в комнате ожидания в больнице. Ты не представляешь, что они мне наговорили.

Коул вздохнул.

– Мне очень жаль. Не знаю, что и сказать. Если бы я был там, я заставил бы их замолчать.

Дэни пожала плечами.

– Полагаю, мне пора забыть об этом. Но это очень трудно.

– Я понимаю. И я буду очень признателен тебе, если ты потерпишь их немного сегодня.

– Я постараюсь. – Она направилась к трейлеру. – К тому же дети ни за что не уедут, пока не поплавают в твоем бассейне.

Проведя несколько часов с родителями Коула, Дэни была ошеломлена. Бонни и Гас были не просто милы и любезны. Они из кожи вон лезли, чтобы быть добрыми с ней.

Они провели несколько часов у бассейна, пока Коул плавал с мальчиками. Коул купил для обеда фруктовый салат и все, что было нужно для сэндвичей. И Бонни не скупилась на похвалы Дэни, оценивая ее мастерство на кухне. Она даже назвала чесночный соус с оливковым маслом и травами, который сделала Дэни, «божественным».

Уже наступал вечер, и Дэни была готова ехать домой. Мальчики устали, и она тоже, хотя день для нее выдался насыщенным разными приятными событиями.

– Коул, ты не отвезешь нас домой?

Коул вскочил с дивана, на котором сидел с детьми и отцом.

– Да, конечно. Только возьму ключи.

Бонни отвела Дэни в сторонку.

– Мне было действительно приятно увидеться с тобой сегодня. Я просто хотела сказать, что мне жаль, что я так вела себя, когда вы с Коулом были вместе. И мне совестно за то, что я наговорила тебе после аварии. – Она положила руку на плечо Дэни. – Я надеюсь, что теперь, когда ты стала матерью, ты понимаешь, что такое защищать своего детеныша. Я просто потеряла голову от страха. И мне стыдно об этом вспоминать. Я сожалею и приношу тебе свои извинения.

Дэни едва верила своим ушам. И должна была признать, что теперь отчасти понимает Бонни. Она сама часто перебарщивала, оберегая своих детей.

– Спасибо, Бонни. Я ценю это.

– Теперь, когда ты снова в городе, я надеюсь, вы с Коулом сможете проводить больше времени вместе.

– Видно будет. Пока мы только заново знакомимся.

– Готовы? – спросил Коул.

– Да. Думаю, мальчики уже ждут снаружи.

Коул загрузил детские кресла в свою машину, усадил детей, и они поехали к дому Дэни. Несмотря на утомительный день, мальчишки болтали не переставая. Коул молчал, и Дэни тоже. Ей нужно было обдумать все, что произошло сегодня. Она хорошо провела время, даже с родителями Коула, что она всегда считала невозможным.

Когда они подъехали к дому, Коул спросил, можно ли ему зайти и посмотреть их новое жилище. Дэни не могла отказать ему, особенно после того, как он так старался сделать их день на ранчо особенным.

И конечно же, когда мальчики узнали, что Коул зайдет к ним в гости, они пришли в восторг.

– Может он почитать нам сказку на ночь? – спросил Кэмерон.

– Конечно, – сказала Дэни. – Но сначала вы оба примете ванну. Вы грязные с головы до ног.

И в этот момент Коулу позвонил один из агентов ФБР. Извинившись, он вышел на кухню. Закончив разговор, он вошел в детскую, где Дэни читала сыновьям их любимую книжку. Она не могла не заметить, как детям хочется быть поближе к Коулу. И это породило в ее душе странное чувство – радость и печаль одновременно. Именно так все и должно было быть. Так могло было быть.

– А может мистер Коул почитать нам теперь?

– Может быть, в другой раз, мои хорошие. Уже поздно. Вам пора спать.

Дэни закрыла дверь в детскую. Коул все еще был рядом с ней. Этот день был таким невероятным – и лошади, и смех, и восторг мальчиков, плавающих в огромном бассейне Коула. Она чувствовала угрызения совести, что не рассказывала ему о сыновьях все эти годы. Но Коул сам был автором этого сценария. Она никогда не порвала бы с ним по своей воле. И она решительно не хотела уезжать из Ройяля.

– Собираешься домой? – спросила Дэни, в глубине души надеясь, что он не спешит уезжать.

Хотя она отлично понимала, что остаться с ним наедине – плохая идея. Когда дело касалось Коула, сила воли подводила ее.

– Я выпил бы бокал вина, если ты мне предложишь.

Она должна была хоть как-то отблагодарить его за чудесный день.

– Конечно. Пойдем вниз.

Они спустились по лестнице и направились в кухню, где Дэни достала бутылку каберне и открыла ее. Она понюхала пробку и протянула ее Коулу. Работа в Глас-Хаус давала ей возможность доставать самые редкие вина, которые было трудно найти в продаже.

Он понюхал пробку и пожал плечами.

– Пахнет вином.

– Да, ты настоящий ценитель.

Он подмигнул ей и бросил пробку в мусорное ведро. Дэни не хотелось признаваться в этом, но ей нравилось, что он уже чувствует себя так комфортно в ее доме. Он хорошо смотрелся здесь. Настолько хорошо, что ей хотелось, чтобы он снял рубашку. Как могла она забыть до того вечера, как сильно она любила его грудь и плечи? Она бы солгала, если бы сказала, что не испытывает страстного желания снова прикоснуться к нему, прижаться к его телу.

Коул поднял свой бокал, и они чокнулись.

– За прекрасный день.

– За прекрасный день.

Дэни потягивала вино, стараясь не смотреть на Коула. А Коул уставился в стену, рассеянно покусывая нижнюю губу.

– Ты кажешься озабоченным. Все в порядке?

– Да. Просто я весь день думал только о тебе и о мальчиках и забыл о расследовании. А сейчас, полагаю, мой мозг жаждет вернуться к этой проблеме.

– Я уверена, что забыть об этом очень трудно. Я вчера провела весь день с Меган. Она держится из последних сил. Она горюет и злится и, полагаю, немного даже боится, не зная, что может сделать Рич.