Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

Шубу мехом наружу решил не брать — непрактично в лесу, а вот длинный толстый белый нагольный тулуп меня сразил наповал, и по цене хозяин хорошо уступил. К тулупу приобрёл лохматый малахай и меховые рукавицы — из разговоров с Оле, как с местным жителем, выяснил, что зимы в Майнау весьма суровые, несмотря на близость незамерзающего моря. Валенок не нашёл — просто не было. Видно, местные ещё не додумались до возможности их делать. Поэтому в сапожном ряду договорился об изготовлении на заказ кожаных меховых сапог, готовы будут через декаду, в чём истово клялся сапожник, взяв задаток.

— Смотри, — грозил я ему пальцем, — видишь вон того человека, — показал я на нашего сопровождающего, который старался находиться от нас на некотором расстоянии, — если какой обман с твоей сторòны — с ним будешь иметь дело.

Подёргав ещё и гипнозом мозг несчастного труженика молотка и колодки я пошёл дальше.

Накинув свежекупленный тулуп и натянув малахай, так чтобы не было видно повязки — специально искал такой лохматый, я, сопровождаемый Оле, шёл сквозь торговые лотки и палатки в полотняный ряд.

— А скажи мне, золотой мой, — обратился я к Оле, положив ему руку на плечо — вот вроде всё у тебя сейчас хорошо, мелкие пристроены, любят вас, а ты всё вроде какой-то смурной. Не так что-то? Или домашних своих вспомнил?

— Да нет, оме Шварцман, всё вроде нормально, я это и сам понимаю. А домашних… нет никого у меня… теперь нет… Родитель умер мой… Отец пил здорово, ну и по пьянке его задел… сильно задел… А потом эти явились, а тот всё не просыхал… ну и продал меня за ведро самогона… Месяц уже как продал. Даже бумагу дал, урод…, - откровенничал Оле, — А так, смотрю я на всё вокруг — не хочу я себе такой жизни. Не знаю, что со мной, а не хочу и всё…, - он остановился и уткнулся мне в живот, обхватив руками. Я и сам встал, лишённый зрения, запахнув Оле полами тулупа. Мы стояли в проходе между рядами и покупатели толкали нас, проходя мимо. Вел остановился где-то сзади и ждал, когда мы пойдем дальше.

— Возьмите меня, оме, возьмите куда-нибудь…, - всхлипнул маленький омега.

— Ну, Оле, не плачь, ты вон какой молодец. Мелких кинулся защищать… Возьму, обязательно возьму, только сам сначала определюсь, куда мне деться — не ты один в таком положении, — уговаривал я омежку и уговаривал сам себя.

Размышляя над тем, что мне сказал Оле, а передвижение пешком весьма стимулирует работу мысли, я пришёл к выводу, анализируя в том числе и поведение самого Оле — он был слишком для своего возраста и пола рассудочен и серьёзен, что можно бы попробовать сделать его искусником. Не получится — терять мы — ни он, ни я — ничего не теряем, а срастётся — будет здорово. И у него появится цель в жизни и цель охрененная.

В полотняном ряду мы с Оле купили несколько комплектов постельного белья, пару подушек, одеяло, а относительно матраса, купленного там же, я договорился о доставке в дом к омегам.

Посчитав свою миссию выполненной, я развернул Оле, держа его за плечо, и мы с ним пошли обратно в дом. Опять размышляя над произошедшим сегодня, я думал — а что собственно мне мешает оставаться в городе, а не уходить в лес? Взвешивая все за и против и так и эдак, всё-таки склонился к мысли, что правильно сделал, что ушёл в лес и всех своих туда уволок. Спокойной жизни мне тут никто не даст и тем, кто рядом со мной тоже — слишком я засветился со своей борьбой с людоловами.

Остаётся только пересидеть зиму: к тому времени Веник немного подрастёт, а Эльфи ещё не станет нетранспортабельным, и валить отсюда куда-нибудь. Хорошо, всё-таки, что я отстроил зимовье из расчёта возможности долгого проживания, вот и пригодилось. В общем, в городе я не жилец. Заходить за продуктами и навестить знакомых — это да, а постоянно жить — увольте.

Вернулись в дом и, пока ждал доставки матраса, я переговорил с Оле. Раскрыл ему возможность становления его искусником, от чего он пришёл в восторг и сразу же согласился. Я отослал его в гостевую комнату превратившуюся в детскую спальню, под отводом глаз от омег и детей прошёл следом, сел на кровать, поставил Оле перед собой и, прижав спиной к своей груди положил на его солнечное сплетение правую руку. Так-то источник силы есть у всех местных, но у искусников он раскачан и в силу повышенной чувствительности позволяет манипулировать Великой Силой в том или ином её направлении. Значит, будем качать источник.

— Оле, может быть дискомфорт, тебе придётся потерпеть. Ты согласен? — задал я вопрос мальчику.

— Да, оме, согласен, — кивнул он головой.

Я выпустил силу через правую руку в солнечное сплетение Оле. Сила поглощалась. Я усилил её поток стараясь перенасытить источник Оле, с тем, чтобы излишек силы выходил из его источника и проходил тело насквозь, попадая в мой источник. Наконец, добился этого и Оле дрогнул — ему было неприятно.

— Потерпи ещё, — направляя теперь силу из своего источника в спину омеги и улавливая её излишек своей рукой.

Так, гоняя силу через источник Оле туда и обратно, я провёл с ним около получаса. Под конец Оле утомился и с трудом стоял на ногах. Ну всё, хватит. Тело вновь обращённого адепта Великой Силы должно отдохнуть и в следующий раз, когда я приду к Хени и Дибо мы обязательно продолжим.

— Ну вот, Оле, на сегодня хватит, — я придержал паренька от падения и взлохматил его волосы на голове — тут может вот какая ситуация случиться — тебе кушать сильно захочется. Не стесняйся, проси у Дибо покушать. Он с удовольствием тебе поможет. Я его попрошу. Если тебе будет казаться, что ты видишь что-то необычное, не пугайся — твоё тело приспосабливается к тесному взаимодействию с Великой Силой.

Я развернул Оле лицом к себе, захватил его загривок ладонью и резко, но небольно приложил свой лоб к его голове. Отпустил.

— Смотри, — приказал я омеге, — примерно, на палец над моим телом смотри. Что видишь?

— Серебристую полоску вижу, — удивлённо ответил Оле.

Я снова