Ты принадлежишь мне - Ноэми Конте

Я слегка отступаю, чтобы посмотреть на неё. Свежая кровь также окрашивает её лицо. Я замечаю её дрожащие пальцы, когда она просовывает их между нами, пытаясь расстегнуть мою рубашку. Они тоже окрашены в красный цвет, что заставляет меня ещё больше задыхаться.

Мой рот приоткрывается, ища немного воздуха.

Когда Руби удаётся расстегнуть самую последнюю пуговицу, я резким движением стаскиваю с себя одежду и тут же набрасываюсь на неё. Менее чем за две секунды её футболка пролетает у неё над головой. Её тело, почти обнажённое, предлагает себя мне. Её соски твердеют сильнее от малейших моих ласк, от малейшего моего дуновения на них. Я смотрю на них, прикасаюсь к ним кончиками губ, когда она скулит:

— Кейд, пожалуйста...

Её руки сжимаются по обе стороны от моего лица, черты которого морщатся от её прикосновения. Я сжимаю её рёбра, пока ей не становится больно.

— Ты... — выдохнула она. — Ты делаешь мне больно.

Я улыбаюсь ей в губы, ещё сильнее сжимая свои объятия.

— Я очень на это надеюсь, сокровище.…

Её ладони прижимаются к моей груди, которую она резко отталкивает, чтобы бросить на меня убийственный взгляд. Я стискиваю зубы и смотрю на неё так же.

— Продолжай, — приказывает она, как раз перед тем, как снова впиться в мои губы.

В самодовольном смехе я не спорю, доходя до того, что заставляю страдать себя. Мои фаланги на расстоянии двух пальцев от того, чтобы сдаться. Я не врал, когда сказал ей, что она определенно была женщиной моей жизни. Она, чёрт возьми, такая!

Мой член вот-вот взорвётся под моими джинсами, поэтому я прекращаю эту пытку и ставлю её ноги на пол. Тем не менее, Руби продолжает хватать меня, тереться, кусать, облизывать…

— Подожди, — проворчал я, отступая.

Мои ладони упираются в стену по обе стороны от её головы. Я тяжело дышу, возможно, слишком сильно, желая потратить время на то, чтобы в сотый раз взглянуть на неё...

Её глаза, её нос, её рот, её шея... чёрт...

Повисла тишина, в которой громкие удары моего сердца гулко отдавались в коридоре. Сначала нерешительно, затем Руби позволяет одной руке проскользнуть между нами, чтобы положить её на мой торс, останавливаясь на сердце.

— Оно так быстро бьётся... — без особого усилия констатировала она.

Я выгибаю бровь и склоняю голову набок, удивлённый.

— И это доказательство того, что оно существует, — возразил я серьёзным голосом.

Время останавливается на несколько секунд. Наши смешки стихают, уступая место всё тому же ощутимому напряжению, которое постоянно присутствует между нами. Чёрт возьми, я хотел бы быть сверхчеловеком только для того, чтобы иметь возможность постоянно трахать её. Неустанно. До конца моей грёбаной жизни.

— Чёрт, Кейд... — стонет она, хватая меня за бёдра, чтобы приблизить мой таз к своему. — Чего ты ждёшь?

Чего я жду, сокровище? О, так много всего... ты даже не представляешь. Да, тем не менее, возможно, есть то, что имеет приоритет.

Желая впервые попробовать её на вкус, я сгибаю ноги и резким движением руки срываю с неё трусики, так, что на её коже остаётся ожог. От неожиданной боли, её грудь начинает сильно вздыматься.

Руби мстит мне, хватая меня за волосы, но я продолжаю пытку, пожирая каждую частичку её кожи, падая на колени. Она уставилась на меня и довольная улыбка расползается на её лице. Да... эта маленькая сучка просто течёт от удовольствия.

Я не спускаю с неё глаз, выражение её лица свидетельствует обо всём возбуждении, которое она испытывает в этот момент. Но то, что я также вижу сквозь её радужную оболочку, — это небольшой намёк на опасения. Мои веки прищуриваются, когда я анализирую это дальше.

— Кто-нибудь когда-нибудь делал это с тобой? — Спрашиваю я, запечатлевая короткий поцелуй с низу её живота.

Впервые я боюсь, что всё сделаю неправильно. Я не... чёрт, я не хочу напоминать ей о чём-то, о чём она не хочет вспоминать.

— Руби... — прорычал я, задыхаясь. — Ответь мне.

Мои пальцы поднимаются к её груди и сжимают её, как бы принуждая её к этому. Чтобы заглушить боль, которую я причиняю ей, она прикусывает нижнюю губу, и отрицательно качает головой.

— Никогда, — наконец вздохнула она.

Моя грудь налилась тяжестью, этот ответ был тем, которого я ожидал. Затем меня оживляет смех, и я провожу языком по губам, бормоча:

— Хорошо…

Мои пальцы освобождают её лоно и спускаются по её коже, пока не достигают низа её живота. Я вынужден прервать наш зрительный контакт, чтобы посмотреть на то, что я собираюсь поглотить.

У неё идеальная маленькая киска.

Мои челюсти сжимаются, а брови так сильно хмурятся, что от этой картины меня лихорадит. Столкнувшись с моим звериным взглядом, Руби вздрагивает и начинает поджимать ноги, поэтому я мешаю ей. Резко, моя ладонь хватает сгиб её колена, и я закидываю его себе на плечо.

— Доверься мне, сокровище, — шепчу я, не сводя глаз с её гладкой кожи. — Я всё сделаю правильно.

Медленно мой язык начинает ласкать её пах, затем постепенно опускается, чтобы добраться до её клитора, который я с нежностью посасываю.

— Я буду осторожен, — я дую на её кожу, прямо перед тем, как впиться в неё коротким поцелуем. — Как будто я целую твои губы…

— Кейд... — шепчет она, наклоняясь к моему лицу.

Наконец, я перестаю сдерживаться, и вылизываю её с деликатностью, которая меня поражает. Мои губы целуют её, в то время как мои пальцы скользят по внутренней стороне её бедра, которое я резко массирую. И ей это нравится.

Подняв взгляд, чтобы встретиться с её, более тёмным, чем когда-либо, я спрашиваю её:

— Тебе нравится?

Она с трудом сглатывает, но ничего не отвечает. Я повторяю:

— Когда я нежен, сокровище... тебе это нравится?

Руби улыбается:

— Чёрт возьми, да…

Мой живот сжимается. Блядь... почему мне это нравится также сильно, как и ей? Это так не похоже на меня…

В нетерпении Руби нажимает на мой затылок, чтобы побудить меня продолжить. Я с удовольствием облизываю её киску, в то время как её руки усиливают хватку, желая, чтобы я ускорил темп. Она изгибается ещё немного, прижимается к моим губам, и, чёрт возьми, мой член болит так сильно, что я вынужден просунуть одну руку под джинсы, чтобы немного