Опасная связь - Анна Джолос

— А с учебой как будешь совмещать? Лето ведь скоро закончится.

— Посмотрю-подумаю, — пожимаю плечом, раскладывая салфетки и вилки.

— Илья работу в караоке-клубе не одобрит точно.

— Илье на меня плевать с высокой колокольни, — моментально скисаю, стоит ей произнести его имя.

— О, а че эт мы нос повесили? — упирает руки в бока.

— Да ничего, — обиженно дую губы.

— Так и не объявился?

Молчу. Рыдать, блин, охота! Вот-вот не сдержусь.

— Саш… — Регина выключает плиту. — Я не настаиваю, но, может, поделишься? Что между вами происходит? Ты сама не своя.

Кулецкая — мегатактичный человек. Когда я вернулась от Паровозова сутки спустя, она не задавала никаких вопросов и не выражала любопытства. За что я крайне благодарна.

— В общем, он мне за Богдана высказал. Зачем мол легла под него. А сам, можно подумать, не спал ни с кем!

Аж скулы сводит.

— Ты опять упоминала Свечку? — строго на меня смотрит.

— Ой, да один раз всего! Там помимо нее столько других баб было! Будто я не в курсе, делает из меня дуру! — бросаю полотенце на столешницу.

— Спокойно, не нервничай. Илья просто ревнует. Мужчины, они же собственники по натуре. Тем более, что это твой первый мужчина.

— Первый — не последний! — отзываюсь зло.

— Ну-ну, — вздыхает она. — Поругались опять? Я правильно понимаю?

— Не поругались. Так… Повздорили. Не успели поскандалить. Друг его пришел.

— Может и хорошо.

— Да чего ж хорошего! Как-то по-дурацки все вышло, — присаживаюсь на свой любимый барный стул. — Он во сне сказал: «пиздец как люблю тебя, Бесстыжая». А когда уходил, даже не поцеловал. Да он, блин, вообще меня ни разу не поцеловал! В губы! — добавляю, отчаянно краснея.

— Хм, — вижу, что Регина с трудом сдерживает улыбку. — А ты?

— Хотела, но не успела! Как завелся… «Сколько их было?» и все в таком духе.

— Ревнует, говорю тебе!

— Я уже сто раз пожалела о связи с Богданом, — цокаю языком, — но прошлого не вернуть! Уже случилось!

— Не страшно, Сань. Стоило попробовать, чтобы осознать, как дорог тебе Илья.

Снова молчу какое-то время. А потом решаюсь быть честной и откровенной до конца.

— Он предложил мне жить вместе. Сказал: «Оставайся насовсем».

— Так… А ты?

— Мы расстались три года назад, потому что Илья… То, чем он занимается… В общем, если вкратце, бандит он, Регин, — поднимаю на нее взгляд.

— И тем не менее, ты собрала чемодан. Я случайно увидела его на балконе, когда поливала цветы, — тут же спешит объяснится, хоть и не обязана. У себя ведь в квартире находится.

— Собрала, Регин.

— Решилась значит? — берет меня за руку.

— Один раз живем. Я люблю его. Сильно-сильно. Но боюсь страшно, — мой голос дрожит.

— За себя?

— За него. Вот думаю, может и правда у него получится завязать со всем этим, если я буду рядом? Обещает ведь.

Она мягко сжимает мою ладонь.

— Рядом с сильным мужчиной обязательно должна быть сильная женщина, способная его поддержать.

— Уж Свечка поддержать не откажется! Во всех смыслах. Почему он не звонит и не пишет? — возмущенно спрашиваю.

— Смотри… Давай рассудим: цветы, поступки, признание, предложение совместного будущего — все было. Думаю, Илья ждет ответный шаг. И если его не сделаешь ты, всегда найдется та, что…

— Вот ей! — пальцами свободной руки показываю кукиш. — Я, знаешь что, Регин, вот прямо сейчас к нему и поеду! — заявляю, вскакивая со стула.

— А обед? — доносится мне вслед, но я, уже представившая Свечку, старательно ублажающую Паровозова, метеором залетаю в свою комнату. Резво выкатываю с балкона чемодан, суетливо заталкиваю необходимую мелочевку и сметаю туда то, что стоит на прикроватной тумбочке.

— Помочь? — Регина перехватывает взбудораженную меня уже в прихожей.

— Не-а. Я сама, — вызываю такси в приложении и ныряю в кеды.

— Придешь к нему, самое первое что сделаешь? — поправляет на мне кепку.

— Не переживай. Знаю, как действовать.

— Тогда удачи…? — крепко меня обнимает.

— Как заселюсь! Фиг он меня оттуда выгонит! — бормочу тихо. — Еще пожалеет, что позвал.

— Будьте счастливы, Саш, — гладит по волосам и… плачет как будто?

— Будем, — отстраняюсь и беру чемодан за ручку. — Спасибо тебе, Регин!

— Да за что, Санечка?

— За все…

Она провожает меня до самого такси, хотя я категорически против. А потом еще и долго машет вслед.

Смотрю на нее, и в груди тепло-тепло становится. Права Регина: каждый из нас нуждается в том, чтобы рядом был человек, способный поддержать в трудную минуту. Как поддержала меня она. Тогда, во время скандала с родителями. И сейчас, когда мое спонтанное решение идет вразрез со здравым смыслом…

Глава 59. Воу-воу-воу, полегче!

Илья

В клуб приезжаю поздно ночью.

— Закрыто, — сообщает дежурный мент у входа.

— Пройти дай.

— Ты че не одупляешь? — быкует, пожевывая жвачку. — Сказали тебе, закрыто.

— Это мой клуб. Съебись, — грубо задев его плечом, прохожу мимо.

Сегодня быть вежливым я не настроен. Это вторая облава за неделю. Ясно же, что кто-то целенаправленно создает «Эросу» проблемы.

— Здравствуйте, — приветствует меня гардеробщица, Катя, по привычке опуская взгляд в пол.

— Доброй ночи.

Да вот только ни хрена она не добрая.

В зале лицом вниз лежат задержанные посетители. Их по очереди досматривают. Впрочем, в этот раз, как оказывается, обыскивают не только их. В кабинете управляющего все вверх-дном перевернуто. Лысый толстяк и его тощий напарник вскрывают сейф. За этим процессом наблюдают понятые. У окна в наручниках злющий Клим, которого скрутили двое. А посреди всего этого хаоса Ян. Сидит в кресле, закинув ногу на ногу. С непроницаемым лицом следит за происходящим. Спокоен как удав.

Мне бы его выдержку…

— В чем дело?

— Это кто? — недовольно рявкает один из ментов.

— Владелец заведения, — просвещает друзей Усатый.

С ним мы уже знакомы. Следователь по фамилии Кищук, в прошлый раз он тоже был здесь.

— Вы не переживайте, Илья Андреевич, сегодня все по закону. Бумага есть.

Да кто б сомневался.

— Граждане понятые, прошу вас подойти, — гундосит Тощий.

Те нехотя подступают ближе. После чего Толстяк начинает освобождать сейф от содержимого.

Документы, печать небрежно летят на пол.

Свинья гребаная.

— Чисто.

— Ты, блять, грязь ожидал там увидеть? — дергаясь, язвит Данила.

— Тише, агрессивный, уймись, — обращается к нему Усатый.

Цирк продолжается.

Менты тщательно обыскивают все помещения. И я прям как в дерьмовом кино жду того самого кульминационного момента.

— Что-то конкретное ищите? — интересуюсь, глядя на весь этот беспредел.

— Вынуждены. У вас же тот еще притон. Проституция процветает, распространение запрещенных веществ…

— Че ты гонишь? — возмущается Клим.

— Слухами земля полнится, — гаденько улыбается Кищук. — Вон в зале