Виктор Вейран - Ольга Александровна Валентеева

Следствие по делу судьи Гарднера тоже подошло к концу. Инесса получила документы на дом, а судья выплатил штраф, лишился должности и уехал подальше от позора, только пятки засверкали. Я дождался окончания следствия, и вот сегодня утром со спокойной совестью пошел в магистрат. Место Тейнера уже успел занять его воспитанник – накануне темный посох признал своего владельца. Таймус, как всегда, был спокойным и уверенным, в отличие от его юного коллеги, а Верхард заметно сдал. Магистры выслушали мое прошение с нечитаемыми лицами.

– Вы хорошо подумали, месье Вейран? – спросил Таймус. – Не скрою, мы огорчены вашим решением, потому что вы многое сделали для Гарандии на своем посту и остаетесь непревзойденным специалистом.

– Я уверен, магистр Таймус, – ответил без колебаний. – Не скрою, это решение не было легким для меня, но уходить надо на пике своих способностей, а не тогда, когда усталость сковывает по рукам и ногам. Думаю, я еще не раз послужу Гарандии, но уже не в рамках службы.

– Что ж, воля ваша, – склонил тот голову. – Благодарим за службу, граф Вейран. Надеюсь, ваши дети пойдут по вашим стопам. И буду рад видеть месье Анри в светлом магистрате после окончания его обучения.

– Благодарю, – поклонился магистрам. – До встречи.

– До встречи, граф.

Я уже вышел из зала и почти дошел до выхода, когда меня догнал магистр Верхард.

– Вейран, на два слова, – запыхавшись, сказал он, и стало особо заметно, насколько магистр стар.

– Слушаю вас, магистр Верхард, – ответил я.

– На самом деле я хотел попрощаться. Мой срок в должности магистра пустоты тоже заканчивается, и смена готова. А это значит, что Гарандию ждут большие перемены.

– Собираетесь в отставку, магистр? – с удивлением уставился на него.

– Увы, для меня отставка невозможна, – хрипло рассмеялся Верхард. – Нет, со дня на день я умру. А значит, уйду в пустоту. Каждый магистр в конце своей жизни соединяется со стихией, которой принадлежит. Вы не знали?

Я отрицательно покачал головой.

– Еще бы, – закашлялся Верхард. – Так вот, Виктор, я хотел сказать, что действительно вам благодарен. И прошу быть осмотрительнее. Вы еще молоды, у вас все впереди. Но новый магистрат… как бы вам сказать… уже не будет прежним. Свергая монархию, мы хотели лучшего для Гарандии, а получили три неконтролируемые силы. Я знаю, что в ваших жилах течет капля крови королей. И, может… вы бы приняли пустоту?

– Нет, магистр, – ответил я. – Вам ли не знать, как мало меня интересует власть. Мне не нужна вся страна. И не нужна пустота.

– Я так и знал, – улыбнулся старик. – Тогда удачи, граф. И знайте, что я горжусь нашим знакомством.

– Я тоже, магистр Верхард, – ответил искренне. Увы, магистр пустоты оставался единственным, кто хоть как-то за все эти годы попытался мне помочь.

И вот теперь я ехал домой, думая, как отреагирует Анжи на мою отставку. Супруга сидела в гостиной и читала, когда я тихонько подкрался со спины и опустил ладони ей на глаза.

– Вик, это не смешно! – развернулась ко мне. – Ты напугал меня.

– Прости.

Я поцеловал Анжелу и сел рядом.

– А у меня для тебя новости, – сказал весело и опустил заявление ей в руки. Она пробежала глазами по строчкам и уставилась на меня.

– Ты серьезно? – спросила тихо.

– Более чем, – кивнул в ответ. – Более чем, любовь моя. Теперь я весь твой.

– Ну наконец-то! – Анжела всплеснула руками, обняла меня крепко-крепко и едва не задушила. – Я не думала, что ты решишься.

– Пора отдохнуть немного, – ответил я. – И знаешь, а давай уедем куда-нибудь? Хотя бы в Вейран. Проверим, стоит ли он на месте. Я устал от столицы, если честно.

– Я тоже, – признала Анжи. – А как же Анри?

– Он уже взрослый и ближайший месяц будет занят только своими экзаменами, а там и мы вернемся. Так как?

– Я согласна.

– Ура, мы едем путешествовать! – раздался звонкий голос Фила.

Вот еще!

– Подслушивать нехорошо, – обернулся я.

– Я не подслушивал, а шел с тобой поздороваться. – Сын уселся между нами. – Так когда мы едем?

– Да хоть завтра.

Сборы действительно вышли недолгими. Мы попрощались с Анри и уехали в Вейран до самого лета. Эта передышка была необходима и мне, и моей семье. А главное, можно было спокойно подумать, что делать со всем, что навалилось на голову: с магией Фила, с неудавшимися поисками Андре, с растущей светлой силой Анри и предложением Таймуса. Подумать и принять решения, которые и определят то, как жить дальше.

К счастью, в тот момент я не знал, что шесть лет спустя наши жизни перевернулся с ног на голову и я не смогу прийти на помощь собственным детям. А еще не подозревал, что задумала Пустота, и какая плата ей нужна. А в том, что рано или поздно она снова позовет, сомневаться не приходилось. Счастье человека в незнании. И я был счастлив, потому что находился рядом с любимой женщиной и младшим сыном, а тревоги хотя бы ненадолго остались далеко-далеко, давая возможность просто жить.

* * *

– И кажется, я знаю, что было дальше, – усмехнулся король Раймонд.

– И что же? – спросила его призрачная собеседница.

– Падение магистрата.

Пустота тихонько рассмеялась, опуская пальцы на ладонь любимого, но такого далекого мужчины.

– Сложно назвать это падением, мой король. Но было весело. А все началось с того, что ко мне пришел мальчик. Точнее, как пришел? Прислали. Мальчику нужна была справедливость, и я предоставила ему множество дверей на выбор.

– Да, и в результате этого выбора мы сегодня имеем нового короля и трех магистров, которые связаны кровными узами.

– Именно. Вы очень проницательны, мой король, – рассмеялась Пустота. – Да, прошло всего шесть лет, и я пришла за своей платой. Кстати, плата была что надо. Симпатичная, зеленоглазая.

– Ты любишь своего магистра, – насупился король.

– Конечно люблю, – кивнула Пустота. – Мы много времени провели вместе. А еще он понимает меня, как никто другой. Но мальчик счастлив, и я его не беспокою, как и его семью. А вам не стоит ревновать, ваше величество. Я ведь здесь, с вами. И останусь навсегда.

– Ошибаешься. – Раймонд неожиданно наклонился и коснулся губами её губ. – Рано или поздно всему приходит конец, Анабель. Но что-то я устал, пора отдохнуть. Когда Гарандия опять затрещит по швам, зови.