Обреченный трон - Каролайн Пекхам

Я двинулся через кукурузное поле позади Калеба, остальные шли впереди нас вслед за Тори и Дарси. Тори необходимо было выпустить гнев, и хотя брать ее с собой в эту вылазку очень рискованно, для нее это чертовски полезно. Ей нужно позволить своему Ордену окрепнуть и напомнить о том, какой яростной она была, чтобы потом, когда она вернется к Лайонелу, ей было за что держаться.

Я окружил себя и Кэла заглушающим пузырем и побежал вперед, держась рядом с ним. Он взглянул на меня, но потом быстро отвернулся, подняв свои парные клинки. Я понимаю, что говорить об этом сейчас — не самое подходящее время, но он избегает меня с того момента, как появился стояк, и последнее, чего я хочу, — это потерять друга из-за случившегося.

Я прочистил горло, столкнувшись плечом с его плечом. Несмотря на то, что у меня было достаточно времени, чтобы определиться с тем, что я собираюсь ему сказать, сейчас я не мог вспомнить ничего из этого. Что же посоветовала Дарси? Не говорить о моем стояке или говорить о нем?

Ее план выяснить его отношение пока что не слишком удавался. Всякий раз, когда она пыталась перевести разговор в это русло, Калеб менял тему. Возможно, я обманываю себя, думая, что он действительно может испытывать ко мне какие-то чувства. Возможно, он возбуждался, когда пил из меня, поскольку кровь возбуждает его. Он — Вампир, в этом есть смысл. Так что мне, вероятно, нужно лишь подняться, разбить свои чувства кувалдой и навсегда похоронить их под землей.

Мое сердце забилось сильнее, когда я украдкой взглянул на его лицо, на его идеально прямой нос, на его глаза, омраченные и напряженные. Я знаю его всю свою жизнь и понял, что он привлекателен, где-то в возрасте двенадцати лет. Для меня не стало новостью, что он сексуален. Но каким-то образом мне всегда удавалось отделить это от нашей с ним дружбы. Теперь же все слилось воедино, и я вижу только то, насколько он чертовски потрясающий, и как сильно я его хочу, и как все эти годы смотрел ему в лицо. Но как бы сильно я ни жаждал его, видно, этому не суждено сбыться. Я просто не знаю, как заставить свое сердце принять такое.

— Помнишь, как в детстве мы украли у твоей мамы огненные кристаллы и случайно сожгли ее розовый сад? — произнес я, желая напомнить себе, как и ему, что у нас есть целая жизнь дружбы, независимо от одного неловкого момента со стояком. Ничто не может разлучить нас. Даже наши члены.

Калеб хихикнул.

— Да, и я пытался прокатиться на твоей спине, когда ты был Волком, чтобы мы смогли сбежать быстрее.

— Самая глупая затея, — рассмеялся я, вспомнив, как Мелинда бросилась за нами со своей вампирской скоростью и за уши втащила нас обоих в дом. В наказание она заставила нас вычистить водосточные трубы от кислотных слизней без какой-либо магической защиты.

Калеб повернулся ко мне, схватив меня за руку, не давая идти дальше. Он открыл рот, потом снова закрыл, и мое сердце забилось сильнее, когда я задался вопросом, о чем, черт возьми, он думает. Моя рука нашла его руку в темноте, и я инстинктивно переплел свои пальцы с его.

— Сет, — сказал он низким рычанием, которое могло быть как предупреждением, так и желанием притянуть меня ближе. Наверное, мне хотелось верить в последнее, поэтому я шагнул в его личное пространство, вдыхая его и пытаясь обмануть себя, думая, что между нами действительно может что-то быть. Что я ничего не выдумываю.

— Послушай, то, что случилось в лесу на днях… — начал я, но Тори издала боевой клич, и крик Нимфы наполнил воздух, обрывая фразу на полуслове.

Я охнул, повернувшись к тропинке, через которую мы пробирались через кукурузу, и обнаружил, что остальные члены нашей группы исчезли.

— Блядь, — выругался Кэл, и мы бросились к ним, протискиваясь через заросли и выискивая их в темноте.

— Используй свою скорость, — приказал я, но он оглянулся на меня с таким видом, будто не хотел покидать меня.

Еще один крик Нимфы пронзил воздух, и в сотне ярдов от нас в небо взметнулось пламя Феникса. Мы побежали к нему, и я толкнул Калеба в спину, чтобы он бежал быстрее.

Над нами нависла огромная тень, и Калеб с вампирской скоростью отбросил меня в сторону, как раз в тот момент, когда через поле к нам устремилась огромная Нимфа. Я отпрыгнул от Калеба, перекинулся в воздухе, разрывая одежду, а перчатки на моих руках расширились. Они обхватили мои передние лапы так, что десять острых металлических когтей вонзились в землю, когда я приземлился, и вокруг меня вспыхнуло пламя.

Я повернулся и бросился на Нимфу, оскалив зубы и жаждя крови.

Калеб носился вокруг нее кругами, нанося удары парными клинками, огонь Феникса пылал на теле чудовища. Оно взмахнуло рукой в воздухе, сбивая его с ног, и отбросило назад в густые заросли кукурузы.

Из моего горла вырвался яростный рык, и я прыгнул на спину Нимфы, разрывая ее костлявую плоть своими пылающими смертоносными когтями и вонзая зубы в ее плечо. Она потянулась назад, пытаясь отцепиться от меня, но я крепко ухватился, когтями пробивая себе путь глубже, пока не заметил через ее плечо, что остальные наши друзья сражаются с пятью другими на поле.

Нимфа вцепилась в мой хвост, и я взвыл, когда она швырнула меня вперед и повалила на спину, отчего боль рикошетом пронеслась по мне. Она схватила меня за горло с невиданной силой, ее длинные щупы были вытянуты и готовые украсть мою магию. Страх охватил меня, когда хрип, исходящий из его груди, обездвижил источник моей силы. Она собирается забрать всю мою магию и мою жизнь вместе с ней, если я не освобожусь.

Я дико бился, уже готовый перейти в форму Фейри, хотя и зная, что это сделает меня еще более уязвимым, но, может быть, даст мне возможность вырваться на свободу.

Калеб с гневным криком выпрыгнул из кукурузных стеблей и разрубил руку Нимфы, отчего в моей крови вспыхнула надежда. Отрубленная конечность упала на землю, и