Морально противоречивый - Вероника Ланцет

— Я знаю, — вздыхает он, — я сказал это на всякий случай, — он грустно улыбается мне.

Телефон звонит, сигнализируя, что время вышло. Мои руки вспотели, все тело дрожит, когда я беру тест. Закрыв глаза, я произношу короткую молитву, прежде чем открыть их.

Беременна.

— Ну что? — спрашивает Раф, и я всхлипываю, мои глаза уже влажные от слез. Я отдаю ему тест и сажусь на кровать.

Положив голову на руки, я массирую виски, пытаясь унять это чувство обреченности, поселившееся во мне.

Ребенок.

Боже мой, но как я могу иметь ребенка? Есть еще Влад, а он... ну, он тем более не может справиться с ребенком. Он слишком неуравновешен, чтобы даже находиться рядом с ним.

Не то чтобы он этого хотел.

Почему иногда я забываю, что он отбросил меня в сторону? Что я ничего для него не значу? По его собственным словам, ему было скучно, а я была просто экспериментом. Кто-то, с кем можно скоротать время.

— Сиси, — Раф садится рядом со мной и обнимает меня. — Все будет хорошо. Мы что-нибудь придумаем, — шепчет он мне в волосы.

Рыдания сотрясают мое тело, когда я выплескиваю все, что держала внутри себя.

— Марчелло убьет его. Он убьет меня, он... — Я даже не могу подобрать слова. — Что я вообще знаю о детях? — шепчу я, мои мысли путаются в голове, все мои эмоции выходят на поверхность. — Я не знаю, что мне делать, — искренне говорю я ему.

Я в такой растерянности.

— Выходи за меня замуж, — неожиданно говорит он, и я откидываю голову назад, мои глаза расширяются от его слов.

— Что?

— Выходи за меня замуж, Сиси, и никто не должен будет знать. Наши семьи уже надеются, что мы станем больше.

— Раф... — Я качаю головой, теряя дар речи.

— Возможно, мы знакомы недолго, но ты мой самый дорогой друг, и единственная, с кем я чувствую себя достаточно безопасно, чтобы поделиться своим секретом. Может быть, со временем... — он запнулся.

— Я не знаю, что сказать, Раф. Это так неожиданно. Слишком неожиданно.

Я никогда не думала о Рафе иначе, чем как о друге, и не думаю, что когда-нибудь увижу его в другом свете.

Не после него.

— Это решило бы обе наши проблемы. Мой отец хочет, чтобы я поскорее женился, и я мог бы претендовать на твоего ребенка как на своего собственного, — продолжает он, удивляя меня еще больше.

— Раф... Спасибо, но ты же знаешь, что я не испытываю к тебе таких чувств, — признаюсь я. Мы с самого начала говорили об этом. И хотя Влад, возможно, сейчас не в теме, это не значит, что он все еще в моем сердце.

— Нам не обязательно быть кем-то большим. Мы прекрасно справимся и как друзья, — начинает он, беря мои руки в свои. — Я знаю, что ты не влюблена в меня, так же, как и я не влюблен в тебя. Но у нас есть то, чего не хватает другим людям - доверие. И я клянусь, что буду заботиться о твоем ребенке так же, как о тебе, — он говорит искренне, и на мгновение я теряюсь в его светлых глазах. Такие полные доброты, и так кардинально отличающиеся от той пары, которую я люблю.

— Мне страшно, — шепчу я, делая глубокий вдох. — Я никогда не думала, что окажусь в такой ситуации.

Но какая альтернатива, в самом деле? Родить вне брака и быть отвергнутой, как Лина? Если Марчелло не убьет сначала меня и Влада. Я достаточно наслышана о нашем мире, чтобы знать, что так просто не делается, и я видела воочию, что пришлось пережить Лине, потому что она не была замужем, когда родила Клаудию.

Я смогу это выдержать. В конце концов, я умею спокойно воспринимать оскорбления людей. Но как же мой ребенок? Он невиновен, и я знаю, что ему придется вынести все это.

— Хорошо, — шепчу я, — давай сделаем это. Ты прав, что это единственный выход, и я обещаю, что буду лучшей женой, какой только смогу быть. Только не жди... — я сбиваюсь, и он улавливает мой смысл.

— Я знаю, где твое сердце, Сиси. В этом отношении тебе не о чем беспокоиться, — он слегка улыбается мне.

— Спасибо, — обнимаю я его. — Спасибо, — повторяю я.



Когда первоначальный шок от беременности проходит, я начинаю относиться к этой идее теплее. На самом деле, можно сказать, что я прихожу в восторг от перспективы рождения ребенка.

Наконец-то у меня будет кто-то специально для меня. Кто-то, кого я буду любить, и кто будет любить меня в ответ. То, что он - часть его самого, тоже плюс, ведь таким образом у меня будет что-то от него.

Марчелло то и дело уезжает из дома со своими процедурами, поэтому я не нашла подходящего момента, чтобы сообщить ему новость о браке. Но больше всего я не могла ничего о нем услышать.

— Боже, я даже не могу произнести его имя, — раздраженно бормочу я про себя.

В моей голове он стал кем-то вроде того, кто не должен быть назван, в основном потому, что даже мысли о его имени причиняют мне глубокую боль. Но это не мешает мне быть любопытной к нему и интересоваться, чем он занимается.

Марчелло был немногословен, и, кроме этого, у меня просто нет другого способа узнать о нем.

— Интересно, будешь ли ты похож на своего отца, — я поглаживаю свой живот, на моем лице появляется улыбка, когда я представляю себе темноволосого, темноглазого ребенка — его копию. Все, что я знаю, это то, что я одарю этого ребенка всей своей любовью, и ему никогда не придется сомневаться, нужен он или нет.

— Я люблю тебя, малыш, — шепчу я, и счастье уже охватывает меня, когда я представляю наше будущее. Пусть его в нем не будет, но у меня будет то, что лучше всего.

И это сделает все терпимым.

Раф был