Тайны Калинова моста - Валентина Ильинична Елисеева

– Ни в коем случае! – наложил строгий запрет их старший брат. – Я перекрыл доступ в деревню, жители временно эвакуированы. Правда, Род Ваалович, неугомонное божество, наверняка одним глазом за развитием событий подглядывает.

«Клеветнические измышления!» – рокотнуло за окном голосом географа.

– Всё хорошо, – рискнула успокоить детей Василиса и зря: направленного воздействия мощной звуковой волны несчастное яблоко не выдержало и рассыпалось осколками.

– Я им перезвоню, а вы, пожалуй, впрямь к колодцу выдвигайтесь, – тяжко вздохнул Алексей, пополняя телефоном мешок с перекорёженными и разбитыми вещами. – Какое счастье, что у папы огромный учительско-тренерский опыт!

Спустя пятьдесят лет

На этом Переходе навь сумела пробить оборону охранников.

Отряд Василисы споро зачистил поднявшихся по району умертвий, а они с Елисеем на пару прикончили осатаневшего лича, взявшего в осаду школу, в которой укрылись защищающиеся учителя. Однако двух защитников Перехода к прибытию подкрепления не досчитались, и их уже не вернёшь. Иногда рассвет приходит слишком поздно. А до первых лучей рождественского солнца приграничная зона существует в режиме нерушимой изоляции, таковы законы Калинова моста.

– Этой школе нужны новый директор и учитель математики, – сказала Хель. Атмосфера горя пронизывала всё вокруг: залитый кровью песок реки, полуразрушенное здание школы, опалённые края кратера на месте упокоения новоявленного лича. – Велес сетует, что на открывающиеся время от времени директорские вакансии в мире не хватает высших духов.

Велес был главным смотрителем реки Смородины и всех Калиновых мостов. Он знал, о чём говорит, так же как знал и то, что школа Лысой Горы давно перестала быть приграничной. Намёк Хель был прозрачней ключевой воды.

– Предлагаете Елисею вновь занять пост духа-хранителя? – внесла полную ясность Василиса.

– Нет, речь не обо мне, – неожиданно опроверг её муж, и она ощутила исходящее от него тепло и чувство поддержки.

Что?! Однако выражение лица Хель подтверждало догадки Елисея.

– Ваше сдвоенное звено – чрезвычайно крепкий элемент защитной цепи, – подтвердила замдекана факультета тёмной магии и некромантии. – Если решитесь переехать сюда, где чрезвычайно нужна ваша помощь, то звоните в секретариат – они мигом вышлют вам договоры со школой.

– Я... я могу подумать до завтра? – спросила Василиса.

– Можешь. Как надумаешь – звони, будешь сомневаться – приходи поговорить, всегда рады видеть тебя в деканате. Я толковала Сетху, что в институт пришла будущая Хранительница Перехода, когда ты ещё заочницей первого курса была.

– Я-то наоборот заверяла тогда Твердолобова, что никогда не стану директором школы.

– Всё течёт, всё меняется, – пожала плечами Хель и исчезла.

Упругие горячие руки мужа легли на плечи Василисы – такие же обманчиво плотные. Теперь они – существа одинаковой видовой принадлежности.

– Я буду рядом, – напомнил Елисей. – Чего ты опасаешься? Ты командуешь отрядом некромантов, руководить школой – примерно то же самое.

Чего она опасается? Рядом с ним – ничего, даже века бестелесности её не страшат. Их дети выросли, внуки тоже успели стать уважаемыми магами. Пора двигаться дальше: и у бесплотных сущностей на свете много важных дел. Миры не хранят стабильность просто так – их надо защищать.

– Берёшь на себя математические классы, – постановила Василиса, разворачиваясь к призраку своей мечты.

– Как скажете, госпожа директор.

КОНЕЦ