Завтрак для фанатки - Саша Керн

Вот только мой менеджер составил о Стасе свое мнение.

– Держись от нее подальше. Я попрошу ее проверить по своим каналам, а ты будь настороже. А еще лучше аккуратно так поспрашивай, что ей от тебя нужно.

Насторожился ли я после его слов? Да, я был просто в панике.

Я люблю читать книги. Обычно в книгах про маньяков или убийц ты никогда не думаешь на того, кто мог бы совершить преступление, потому что тот либо слишком милый, либо тихий, либо тебе кажется, что у него недостаточно мотива. Ведь Тед Банди тоже выглядел милашкой. Но эта русская девчонка?

Я поделился мыслями со Скарлетт и расстроился.

– Ник прав, – сказала она. – Ты должен быть осторожнее.

– Она даже о встрече с моими родителями нигде не написала. И фотки мои в труселях не снимала, – пытался отшутиться я.

– Знаешь, я тоже не думала, что тот козел пойдет и расскажет, какая я зажатая в постели и какие проблемы обсуждаю с психологом. А ведь я ему поверила и практически влюбилась. Натан, будь осторожнее. Поговори с ней, пойми, что это за человек. А вдруг она решит вас шантажировать потом. Ну из-за аварии или еще по какой причине.

– Это вряд ли. Ничего такого не случилось, и она подписала бумагу, что не имеет претензий.

– Ты сам знаешь, как это бывает, когда дело касается денег. Будь начеку.

Голова взрывалась от всех этих подозрений. Я вообще должен был думать о роли, а не о том, что кто-то может навредить моей семье. И все же, послушав Скар, я придумал план и завалился к Стасе в комнату, чтобы посмотреть на ее реакцию и понять, что же ей надо.

План, конечно, был так себе, поэтому я несколько раз разворачивался перед дверью в комнату с желанием уйти, понимая, что не знаю, о чем разговаривать с незнакомым человеком. Но слова Скарлетт и Ника о том, что опасность может грозить не мне, а семье, заставили постучать и войти в комнату к Насте. Она, конечно, удивилась. Я бы тоже удивился сам себе еще некоторое время назад, но теперь я ерзал под ее пристальным взглядом на стуле и все еще пытался придумать, о чем таком умном мы можем поговорить.

Мне хотелось расположить ее к себе, хотелось, чтобы она поняла, что я тоже простой и добрый парень. Что семья моя обычная и мне просто повезло заработать несколько миллионов долларов… Чушь какая, никто не верит в то, что мне просто повезло. Все думают, что я спал с нужными леди, поэтому и получил свои роли. Стереотипы сложно искоренить.

Хотелось построить доверительный разговор и узнать Стасю чуточку лучше. Ничего себе… я возомнил себя психологом. Читателем темных душ. В общем, в тот вечер я нес какую-то чушь, но все же добился того, что хотел услышать. И даже больше. Кажется, читателем темных душ оказалась как раз Стася. Ее нежные руки заставили меня нервничать, а мое имя, произнесенное ею, прозвучало так трогательно, будто она защитит меня от всех невзгод и никогда ничего плохого не сделает ни мне, ни моей семье. И все, чего мне захотелось взамен, – это ее доверия. И я не хотел уходить так сразу и болтал какую-то ерунду, пока она не заснула в обнимку с подушкой. И тогда как полный идиот я выложил все, что было у меня на душе. Про недоверие, семью и то, что она может нести угрозу.

Выйдя из комнаты, я глубоко вздохнул, в голове все смешалось. Хотелось что-то сделать, куда-то пойти или просто заняться механическим действием. В своей комнате я снял одну из гитар с крючка и попробовал ее настроить, а потом наиграть хоть что-то. Мысли путались. Эта русская девочка казалась мне симпатичной и интересной, она отличалась от девушек, которых я знал раньше. И в то же время я немного боялся ее.

Я бы, наверное, и дальше себя изводил этими размышлениями, но так получилось, что на следующий день мы договорились встретиться с Томом выпить и двинуть вместе на концерт к сестре. И он меня взбодрил.

– Нет, подожди. Ты скажи, как она вообще? – в пятый раз спросил Страуд, рисуя окружности у груди. – Ты там все рассмотрел, когда она к тебе в комнату залезла? Голые ноги меня не интересуют. А вот попа и сиси… да.

Я вздохнул и еще раз ответил:

– С этим все отлично. Я тебе говорю о том, что непонятно, для чего она вломилась ночью. И сейчас непонятно, чего хочет. Может, собирает какую-то информацию, а потом статью продаст в Time или The Sun.

– Если бы хотела, давно бы продала. За это время про вашу семейку уже можно было на целых три тома накопать.

Том звучно загоготал, привлекая внимание к нашему столику в пабе. Я приподнял кепку и прошелся рукой по волосам, пытаясь успокоиться. Хотелось поменьше внимания к нам.

– Да ладно тебе, Нат. Не напрягайся ты так. Хочешь, я сам сегодня ее так и спрошу: че те надо от Коулов?

– Нет, не хочу, – неожиданно для самого себя ответил я.

– Тогда придется как-то по-другому ее разговорить. Ну или соцсети ее просмотреть, в вещах покопаться.

Я с ужасом посмотрел на него.

– Ну, чувак, ты детективных сериалов не смотрел?

Если б я только знал, как он будет ее смущать и болтать всякие пошлости, то не пошел бы в паб после концерта Лиззи, а просто отправился домой спать. Но после первых шуток и озорного смеха Стаси даже позавидовал, что ее смешу не я. Так что мне оставалось тоже просто смеяться, пить пиво и думать о том, что Том немного переходит границы. Но его это, кажется, совсем не заботило. Он ржал громче всех.

На улице Страуд просто шепнул мне на ухо:

– Поцелуй ее, выведи из себя, и сразу все поймешь.

Сколько раз я себе говорил не слушать Тома, но в тот день я был чертовски пьян, а Настя очень красивой. Там в сугробе с розовыми щеками и припухлыми губами. Я только и мог думать о том, что сказал Страуд. Поцелуй ее, поцелуй ее, поцелуй ее…

Но это явно стало ошибкой. Я продолжал выглядеть игриво, но понял, что то, что я сделал, ей не понравилось. А меня разозлила ее реакция. Еще и тон, каким она сказала, что ей понравился Страуд. Он ведь умел заговорить зубы кому угодно. Зря я его позвал на концерт. Спать я тогда лег злой и голодный, кто-то опять съел все рогалики.

Утром меня ждал еще