Женатые любовники - Джеки Коллинз

Марлон развязал повара и официанта, после чего все трое выбрались через черный ход в сад. Там Марлон достал мобильный телефон и вызвал полицию.

«Ничего себе!.. — подумал он, когда меньше чем через две минуты на подъездной дорожке появились два патрульных автомобиля и «Скорая». — Похоже, эти ребята не зря едят свой хлеб».

Впоследствии, однако, оказалось, что в полиции получили сигнал тревожной кнопки, которую ухитрился нажать кто-то из находящихся в доме заложников. Именно поэтому полиция явилась так быстро.

И бармен, и повар были порядком избиты, и им обоим требовалась медицинская помощь. Пока парамедики обрабатывали их ушибы и ссадины, полицейский детектив записал их показания. Марлона тоже допросили, однако сказать ему было почти нечего.

— Я не видел преступника, — сказал он детективу. — Но я почти уверен, что слышал звук выстрела. Я спал в комнате для прислуги, а этот звук меня разбудил. И здорово напугал, — добавил он в приступе откровенности.

— Что вы делали в доме? — спросил детектив с таким видом, словно подозревал в нем соучастника.

Марлон рассказал о задуманной Люси презентации. Он старался говорить как можно убедительнее, но полицейский все же велел ему оставаться на месте. Марлон, однако, и не собирался исчезать. С какой стати?! В доме Люси Лайонс разыгрывалась настоящая драма, а у него было место в первом ряду. Нет, Марлон ни за что не ушел бы отсюда.

Еще через какое-то время к дому подъехало полицейское подкрепление и телевизионщики. Появление последних чрезвычайно разозлило полицейских, но ничего поделать они не могли: захват заложников был чрезвычайным происшествием, и репортеры имели полное право находиться здесь.

Марлон сразу выделил среди телевизионщиков молодую дикторшу в короткой юбке и кожаных сапогах до колен.

— Я был там, внутри, — сказал он, подходя к ней, и ткнул пальцем в сторону дома. — Кстати, вам известно, кому принадлежит этот особняк?

— Нет. — Журналистка тряхнула кудряшками. В свете полицейских мигалок блеснула ее серебристая помада. — А кому?..

— Это дом мисс Люси Лайонс.

— A-а, я помню… Это одна из наших кинозвезд, верно? Она, должно быть, уже совсем старая.

— Она — звезда, но совсем не старая.

— Ну да, не старая!.. — недоверчиво фыркнула журналистка. — Мой отец водил меня на фильм с ее участием, когда мне было двенадцать. Фильм назывался… что-то там голубое, и папа вообразил, будто он — про дельфинов… — Она хихикнула. — Вот была неожиданность!

— Представляю. — Марлон быстро подсчитал, что сейчас мисс Серебряные Губки должно быть года двадцать три — двадцать четыре. Возраст подходящий, поскольку теперь он увлекался зрелыми женщинами.

— Вы говорите, что были в доме, когда все это произошло… — Журналистка, слава богу, вспомнила о своих профессиональных обязанностях. — Не могли бы вы поделиться со зрителями своими впечатлениями?

— Конечно. — Марлон криво улыбнулся в нацелившуюся на него камеру. Кажется, сегодня он все-таки получит свою минуту славы…