Шрамы - Вера Холлинс

Сара, Джесс и Кевин не поверили мне, когда я рассказала им о событиях воскресной ночи. Мне и самой казалось, что полицейская погоня и наши поиски укрытия были лишь частью причудливого сна. Я все время ожидала, что копы вот-вот постучат в мою дверь, но мы были в безопасности.

Мейсен был расстроен.

— Они могли бы подождать до конца гонки. Я был так близок к победе! — Воскликнул он, ударив кулаком по столу.

— И что теперь? — Спросил Блейк. — Ты регулярно участвовал в гонках здесь и там. Тебе стоит позвонить своим старым знакомым и вернуться в игру. Я уверен, что в конце концов ты станешь профессионалом.

— Легче сказать, чем сделать, — ответил Мейсен. — Мне придется совмещать учёбу в колледже и работу. Это будет еще сложнее для меня. И я должен купить новую машину.

— Если кто-то и может это сделать, то только ты, — заметил Хейден.

Я посмотрела на Мейсена.

— Ты участвовал в гонках на местных трассах?

Он пожал плечами.

— Да. Несколько раз.

Блейк усмехнулся.

— Посмотрите, как скромно он себя ведёт. — Он встретился со мной взглядом. — Он не просто обычный гонщик. Он всегда побеждал.

Я улыбнулась Мейсену.

— Я знала, что ты хороший гонщик, но не думала, что ты, типа, легенда гонок.

Теперь настала его очередь усмехнуться.

— Конечно, я такой. Я самый лучший.

Я закатила глаза. Он был таким же самонадеянным, как и всегда. Однако я не просто шутила. В воскресенье я убедилась, что вождение действительно является его призванием. Когда он садился за руль, я ощущала исходящую от него силу. В этой среде он чувствовал себя наиболее комфортно, и его уверенность в своих действиях была неоспорима. Если бы он больше не участвовал в гонках, это было бы пустой тратой его таланта.

— Попробуй, — сказал Хейден. — Я слышал, что в Нью-Хейвене ищут новых водителей. Тебе повезло.

— Да, я согласна, — ответила я. — Это знак от могущественной Вселенной, что тебе стоит попробовать.

Выражение его лица стало задумчивым, когда он встретил мой взгляд. Он сказал мне, что не присоединится к другой банде, если Ти потерпит неудачу, но деньги могут соблазнить его. Он готов сделать все ради Эли, даже если это будет означать отказ от своих мечтаний и счастья.

Почесав подбородок он сказал:

— Я подумаю об этом.

В его глазах я увидела эмоции, которых раньше не замечала, и сразу поняла, что он старается стать лучше для меня. Как бы тяжело ему ни было, он готов на все ради меня. Наши отношения были в новинку, и мне еще предстояло свыкнуться с мыслью о будущем, где он будет рядом со мной. Но в глубине души я знала, что все будет хорошо. Мы обязательно во всем разберемся.

Я подмигнула ему.

— Тебе лучше быть хорошим. Иначе у тебя будут проблемы с моим кулаком. — Я сжала руку в кулак и легонько толкнула его в плечо.

— Спасибо за идею! Я обязательно подумаю над этим.

Я показала ему язык. Кевин хихикнул.

— Как тебе так удается властвовать?

Я набросилась на овощи, пожав плечами.

— Я приручила зверя своим кнутом. Вот и все.

Хейден фыркнул.

— Это говорит само чудовище.

Я одарила его своим фирменным хмурым взглядом.

— Приятно слышать от тебя такие слова, ведь ты настоящий мастер. Никто не может соперничать с тобой, Хайди Бамблби.

— Это больше похоже на то, что я её приручил, — с иронией заметил Мейсен, прежде чем Хейден успел нанести свой, без сомнения, сокрушительный ответный удар. — Теперь она не может оторвать от меня своих рук.

— Конечно, я не могу оторвать от тебя свои руки, потому что я пытаюсь задушить тебя навсегда, — парировала я.

Джесс хихикнула, переводя взгляд с меня на него и обратно.

— Что? — Спросила я её.

— Вы двое идеально подходите друг другу. Так мило, что вы продолжаете препираться.

Я посмотрела на неё из-под опущенных ресниц.

— Мило? Это не мило! У меня из-за него будет язва.

Мейсен закатил глаза.

— У тебя будет язва только потому, что ты дышишь. Тебя всё раздражает. — Он положил руки мне на плечи и начал массировать их. — Расслабься. Сделай глубокий вдох.

— Интересно, кто будет королём и королевой выпускного бала, — сказал Кевин.

— Это просто. Я собираюсь стать королём, — сказал Мейсен. — Сатана будет моим слугой.

— Ха! В какой вселенной? — Я щёлкнула пальцами перед его лицом. — Просыпайся. Это ты сейчас встанешь передо мной на колени.

Он ухмыльнулся мне.

— Милая, я встану на колени, когда ты захочешь. Твоя кис…

Я зажала ему рот рукой, и весь стол разразился смехом. Я собиралась убить его. Медленно и безжалостно. Клянусь.

Хейден улыбнулся Мейсену.

— Киска, — пропел он нараспев.

Мейсен показал ему средний палец.

Сара наблюдала за нами с улыбкой, которую я не могла разгадать. Хейден тоже это заметил.

— О чём ты думаешь? — Спросил он, проводя тыльной стороной пальца по её щеке.

Она улыбнулась.

— Просто я очень счастлива.

— Почему это? — Спросил Кевин.

Она оглядела сидящих за столом и глубоко вздохнула, на её щеках появился лёгкий румянец.

— Я счастлива видеть нас всех такими. Всего девять месяцев назад я сидела здесь совсем одна и чувствовала, что останусь одна навсегда. — Она посмотрела на свои колени. Хейден накрыл её руку своей.

— Ты больше никогда не будешь одна, — сказал он так тихо, что я едва расслышала его, но убежденность в его словах звучала как громкое эхо.

Она улыбнулась ему.

— Я знаю. — Она посмотрела на Джесс, затем на меня, а затем на остальных за столом. — Теперь мы все есть друг у друга.

Джесс кивнула с улыбкой.

— Верно. И даже когда мы все поступим в колледж, мы будем поддерживать связь, верно?

— Да. — Кевин энергично кивнул. Он поправил очки на носу. — Определенно.

За исключением Джесс и Блейка, которые собирались в Нью-Йорк, остальные из нас должны были находиться относительно близко друг к другу. Хейден и Сара собирались в Нью-Хейвен, а Кевин и Маркус в Хартфорд. Что касается меня и Мейсена, то мы остаемся в старом добром Энфилде, так что нам было бы легко видеться, как только мы поступим в колледж. Если только мы не поубиваем друг друга летом, что было более вероятно.

— Я буду скучать по всем вам, — сказала Джесс.

— Мы тоже будем по тебе скучать, — сказал я. — Вы с Блейком хорошо проведите время в Нью-Йорке, ладно? Не устраивайте слишком много вечеринок и оставайтесь трезвыми. Ваша печень будет вам благодарна, когда вам исполнится тридцать.

— Ты тоже, —