План "Перехват" - Евгения Озерова

Это действительно было так — ряды охраняли такие же люди с цепкими взглядами, как и стоявшие на входе. И не просто охраняли — вот парень в очках подошел, видимо, хотел пересесть поближе из-за зрения, но «цепкие» с благожелательными улыбками отправили его обратно…

«Интересно… Между прочим, ни одного представителя нежити в зале, кроме меня! — подумала Настя. — Ну, еще Эдичка собирался, да…»

Шум постепенно стихал, но напоследок, закрыв двери зала, «цепкие» спустились от входов и осмотрели сидящих. Как результат, еще несколько человек были пересажены…

«Блин, неужели помнят, кого на какое место послали? Чего они добиваются?» — пронеслось в голове.

В груди зародилась тревога и принялась нарастать, тяжело ворочаясь.

Свет начал меркнуть, и постепенно погас полностью.

Глухая темнота держалась долго, очень долго. Настя почти физически ощущала нарастающее в зале напряжение, и вдруг поняла, что сейчас кто-то не выдержит, психанет…

Сцена озарилась светом.

В центре освещенного прожектором круга стояли мужчина и женщина в строгих костюмах. Зал облегченно выдохнул.

— Здравствуйте, участники! — начал мужчина. — Вы не услышите от нас — «дорогие участники», потому что вы — не-до-ро-ги-е!

«Что это?!» — ошеломленно подумала Настя.

— Вот вы! — указала на кого-то в зале женщина. — И вы! Выйдите к нам! Да, да! Сюда, на сцену! Быстрее!

Из зала, спотыкаясь в ошеломлении и щурясь от яркого света, на сцену поднялись парень и девушка. Застыли.

— Вот доска. Это просто доска, ничего сложного! — женщина и мужчина шагнули в разные стороны, и взорам зала открылась обычная белая доска. — Напишите на ней слово «не-до-ро-ги-е».

После недолгой паузы на доске у парня появилось слово «недорогие», а девочка написала через пробел — «не дорогие».

— Вы двое — слабое звено! — голосом прокурора произнес мужчина. — Вы оба должны были написать по два варианта. Незачет, на место! Следующее предупреждение будет предпоследним, следите за собой.

Тишина в зале, пока двое несчастных шли обратно, была такой, что Настя отчетливо слышала биение собственного сердца.

— Ита-а-ак! — голос женщины разорвал эту тишину. — Мы должны представиться нашим недорогим и не дорогим участникам!

— Ты права! — кивнул мужчина. — Ведь мы — их первые учителя, а первые учителя не забываются! Потому что вызывают массу разнообразных эмоций… Меня зовут Борис!

— А меня — Наташа! И это все, что вам дозволяется знать на этом этапе! — сообщила женщина.

— Ну, еще то, что мы — политтехнологи с большим опытом! — добавил мужчина. — А теперь напомню тем, кому не понравилось то, что здесь происходило пару минут назад — выход там!

Очень недолго подумав, Настя решила, что ей ситуация с парнем и девушкой определенно не понравилась, но недостаточно сильно для того, чтобы выйти.

Однако, несколькими рядами ниже завозились, кто-то встал и принялся пробираться к боковому проходу. Тут же прожектор, пару секунд пометавшись по залу, выхватил девушку — та загородилась от света рукой и продолжила путь.

«Сейчас что-то будет, — билось в виске, как пульс. — Сейчас будет что-то нехорошее…»

И оно произошло. Как только девушка вышла в проход, прожектор отключился на пару секунд — этого было достаточно, чтобы, как Настя успела разглядеть, кто-то сделал ей подножку. Девушка, вскрикнув, рухнула на лестнице в полный рост, сумочка полетела вперед, расстегнулась, из нее что-то посыпалось…

Кто-то, сидевший неподалеку, с краю, выкрикнул возмущенно:

— Эй, ты! Ты зачем это сделал?!

— А ты подойди, разберись со мной! — обернувшись, издевательским тоном заявил подставивший подножку.

«Сиди, сиди! — мысленно молила Настя защитника. — Это же подставной!»

Но возмущенный был непреклонен и очень самонадеян. Он рванул к месту падения девушки и вцепился в пиджак парня, сделавшего подножку. Настя не успела ничего понять, а защитник девушки уже упал навзничь, снова сшибив с ног только что поднявшуюся жертву, и нелепо завозился на полу.

— А кто сказал, что здесь будет легко?! — издевательски осведомилась со сцены Наташа.

— Так выглядит неподготовленный человек по сравнению с подготовленным, — усмехнулся Борис. — Неподготовленного всегда можно опрокинуть. И сейчас мы будем выяснять уровень вашей подготовки.

Прожектор, освещавший свалку на лестнице в проходе, погас, и внимание к ней исчезло.

«Блин, блин, блин! — пронеслось в голове. — Я хочу уйти отсюда! Я очень хочу уйти! Но не могу!»

Ей стало действительно страшно — от того, что здесь происходило и, видимо, еще должно было произойти. И было страшно… нет, не уйти, а услышать в свой адрес слова, которыми наверняка сопроводят ее уход. Но одновременно — сжигало невозможное, невероятное любопытство: что будет дальше?!

— Подготовка — что это? — спросила Наташа. — Это — ваш внутренний ресурс. Помните: подготовленный всегда выигрывает у неподготовленного. Вы спросите, какие еще есть ресурсы?

— Ну, во-первых, внешние, — сообщил Борис. — Их надо научиться использовать. Это долгий процесс, и этим мы не будем заниматься сегодня. Кроме того, можно задействовать глобальный ресурс — но он вне ваших желаний и вне вашего контроля!

— Усвойте раз и навсегда, — тоном ментора произнесла Наташа. — Здесь не вы решаете. Помните: власть берут! Но берут в составе группы. А допуск в группу — дают!

— А кому дают — сейчас выясним! Вы, наконец, узнаете, сможете вы туда попасть или нет! — с заговорщицким видом сообщил Борис. — Итак, у нас викторина!

— А ну-ка! Кто из вас… считает… что в политику… идут… — вкрадчиво начала Наташа, и вдруг выкрикнула: — за известностью?!

Настя оглянулась. Очень, очень долго никто не решался откликнуться — явно не одна она сидела в диком напряжении и страхе стыда… Но вот поднялась одна рука… Три… Пять…

Ведущие ждали.

Около двадцати рук!

Борис засмеялся в голос:

— А что вы не поперлись на курсы актерского мастерства?! А?! Недаром артистов провожают в последний путь аплодисментами! Они получили свои пятнадцать минут или семьдесят пять лет славы!

— Что вы сидите здесь?! Скоро экзамены в эстрадно-цирковое училище, там даже ЕГЭ не нужно сдавать! — вторила ему Наташа. — Что, эстрадно-цирковое — это слишком низко для вашего уровня?! Ну, тогда заламывайте руки в монологе Сонечки на экзаменах в РАТИ[1]! Бегом изучать мастерство актера!

— Но учтите! — зловеще добавил Борис. — По статистике, семьдесят три процента девушек, не поступивших в театральный, идут на панель! А у непоступивших мальчиков есть выбор — армия или… гомопроституция!

Он снова заржал.

Зал молчал, те, кто тянул руки минуту назад, сидели потупившись.

— Что вы сидите?! — осведомилась Наташа. — Уже сдаете зачет по органическому молчанию[2]?

В зале раздались робкие смешки.

— Нет, я не понял! — возмутился Борис. — Вы пришли на серьезное мероприятие, вы разговариваете с серьезными людьми!