Вдох-выдох - Мария Акулова

Саше снился странный сон, как будто она сделала то, что должна была сделать уже давно – без всяких сложностей перебралась через высоченный забор, отделяющий дом Глафиры от окружающего мира, что через дорогу, в машине, ее ждал Гена, что в аэропорту он дал ей паспорт, что самолет несколько раз начинало трясти, и с чего-то решив, что это может девушку испугать, Гена хватал ее за руки. Ей снилось, что выйдя из терминала, они сели в машину, присланную папой, что Гена даже ему позвонил, а потом сказал, что они первым делом заедут в офис, чтоб Саша могла с увидеться с отцом.

Ей снилось, что они поехали прямиком туда, что она вышла из машины, обвела взглядом всю площадь и только потом наткнулась на стоявшего на пороге отца.

– Папа…

А потом она бежала, плакала, обнимала так, как никогда в жизни, слушала голос и не верила, что все это не мерещится. Но мгновение… И сон превратился в кошмар. Саша открыла глаза.

В горле першило, нестерпимо хотелось пить, голова гудела, в ушах разносился то усиливающийся, то затихающий писк, взгляд никак не хотел фокусироваться на предметах вокруг, сложно было разлепить глаза, не говоря уже о том, чтобы двигаться. На памяти Саши, такое с ней уже однажды случалось, или это тоже был сон?

– Она еще спит, – кто-то говорил за дверью. Заставить себя открыть глаза полностью Саша так и не смогла, но на то, чтобы слушать, сил требовалось меньше. – Да… Когда проснется… Нет. Нет, Артем. Нет, – мужчина замолчал, видимо, слушая. – Запланировано на послезавтра. Да. Будь там и держи меня в курсе.

Девушку снова окутало поволокой тишины, лишь изредка откуда-то извне слышались шаги, звуки открывающихся дверей, звон стекла, шуршание штор. Кто-то в соседней комнате никак не мог успокоиться, мешая Саше снова окунуться с головой в сон.

Ему, наверное, показалось мало учиненного там шума, и суетящийся решил подействовать девушке на нервы уже в комнате. До полусонного сознание дошло, что кто-то зашел в комнату, поставил у изголовья кровати стакан, присел, пристально смотря на нее. А она, кажется, так и не закрыла глаза…

– Выпей, станет легче, – Ярослав протянул какую-то таблетку, но, так и не дождавшись реакции, решил все сделать сам – ее обняли за плечи, подтянули выше подушку, усадили. Хочешь не хочешь, пришлось держаться. В одну руку вложили таблетку, а в другую, придерживая, стакан. – Давай, выпей.

С осознанием, чего именно от нее хотят, было еще туговато, но приказу Саша подчинилась. От таблетки вряд ли могло стать легче в тот же миг, а вот вода помогла справиться с пустыней, жегшей горло.

– Хочешь что-то еще? – черт, а ведь так хорошо, что это был всего лишь сон, сложно представить, что Ярослав сделал бы с ней, посмей она сбежать по-настоящему. Он бы не мог смотреть так странно, слишком нежно, слишком обеспокоено, слишком… виновато, что ли…

– Нет.

Только сейчас Саша, наконец, обвела комнату более-менее трезвым взглядом – это не его спальня, и не ее, и, судя по виду из окна, они в городе…

– Где мы?

– В моей квартире, – то, как он смотрел, заставляло Сашу насторожиться. Она не привыкла видеть Самарского таким… Он будто сомневался…

– Как я сюда попала? – последнее, что она помнила, если не учитывать дурацкое сновидение, – утро, когда он пообещал поехать на прогулку. Судя по всему, прогулка удалась… – Глафира знает, где мы? Она снова будет волноваться.

– Ты ничего не помнишь? – в голосе Яра звучала какая-то обреченность, и вот это начинало пугать уже намного сильней. По спине прошел холодок.

– Что я должна помнить?

«Забери ее, Артем!

Нет! Пусти!

В машину!

Нет!!!»

– Саша, – Яр посмотрел ей в глаза, сжимая безвольные пальцы в своих ладонях.

– Что я должна помнить? – про себя Саша молила об одном – чтоб они вчера просто напросто напились и потому она ни черта не помнит, или чтоб оказалось, что она где-то навернулась, ударилась головой, или, или, или… Да что угодно!

– Саша, твоего отца… – боги, как сказать ей об этом? Как сказать так, чтоб не убить своими же словами, как там люди это называют? Помягче? Ну как тут скажешь помягче? – Саша, его не смогли спасти.

– Нет, – она отбросила руки Самарского в тот же миг, как слова сорвались с губ. – Нет. Ты врешь. Если ты думаешь, что это смешно… Пошел ты!

Куда исчезла вся апатия? Неужели она действительно только что не могла поднять даже стакан? Сейчас все было не так. У Саши появились силы идти, бежать, лететь, поднимать камни, весящие тонну, лишь бы доказать – он врет.