Клуб первых жен - Оливия Голдсмит

– Мы здесь из-за Синтии, – напомнила Элиз.

– И ты очень пожалеешь, – добавила Бренда.

– Что бы вы там о себе ни думали, я требую, чтобы вы покинули мой кабинет! В противном случае я вызову охранника.

– Ой, как я боюсь! – засмеялась Бренда.

– Послушайте меня, вы, идиотки, – зашипел он, – чего бы вы ни хотели, я не позволю, чтобы мной командовали.

– А мы не командуем, – заметил Боб.

– Мы поем, слышал про «Майбейби»? Ты не ослышался. Твоя сделка погибла, – сказала Анни.

У Джила засосало под ложечкой.

– О чем вы говорите? – спросил он низким голосом.

– Сколько тебе там принадлежит, около 28 процентов, может, 30 процентов? Сколько ты заплатил за все? – спросила Анни. – Ну, ты можешь думать, что контролируешь компанию. Но Танаки уже продал верфи «Блужи Индастриз», – она помахала контрактом у него перед носом. – Кстати, цена еще больше упадет, когда все узнают об этом. Танаки понял, что если ты завладеешь компанией, то немедленно продашь верфи и легко получишь оставшуюся часть. Он почувствовал ответственность перед своими служащими, он не позволит уничтожить компанию.

– Я смогу предложить больше. Ваша сделка не состоится, – закричал Джил.

– Нет, состоится, ведь, кроме того, Боб продал Танаки цементный завод в Портлэнде, им как раз нужен был выход на американский рынок. Сделка уже подписана, – сказала Анни, показав контракт.

– Черт возьми, что вы о себе возомнили. Я договорюсь об этой сделке с Танаки!

– Тебе это не удастся. Танаки – человек слова. А потом, после сегодняшнего дня это вряд ли будет иметь значение, если ты вообще будешь работать на Уолл-стрит.

Анни вспомнила, как последний раз была в этом кабинете и как Джил отнесся к ней и к проблемам ее дочери. Теперь она чувствовала, что все, что происходило здесь, было справедливо. Она рассмеялась.

– Господин Джил, кажется, отступает!

Джил побледнел. Ей на минутку стало жаль его. Он был на грани истерики. Но тут Анни вспомнила слова своего отца: «Слабые мстят, сильные вершат правосудие».

– Интересно, как ты себя чувствуешь, потеряв в одно утро семьсот миллионов долларов? Ведь это деньги компании, а не только твои, – спросила его Анни.

– Почему вы делаете это со мной?

– Вспомни Синтию.

У Джила задрожали руки, ему захотелось вскочить и набить им морду. Но они встали и молча вышли из кабинета. Неужели это не сон? Он разорен, потерял все. Его замысел потерпел полный провал. Господи, эти люди разорили его.

Вошла миссис Роджерс.

– Пресс-конференция скоро состоится. Но мистер Лейдер хотел бы сначала поговорить с вами, и другие ваши компаньоны звонили. Они все хотели переговорить с вами немедленно, сейчас они в приемной. Там еще один посетитель, он сказал, что ему тоже необходимо поговорить с вами. Миссис Роджерс замолчала и улыбнулась, Джил почувствовал, что она все знает.

– Что, все с ума посходили? – заорал Джил. – Я не хочу никого видеть!

– Думаю, что вам стоило бы поговорить со мной. – В кабинет вошел Мигель де Лос Сантос. – Нам есть о чем поговорить.

Миссис Роджерс с улыбкой закрыла за собой дверь. Джил замер, как водолаз перед погружением, он вспомнил слова Наполеона, бежавшего из Москвы: «От победы до поражения один шаг».